Диссертация (Конституционные ценности в доктрине конституционного права и практике конституционной юстиции), страница 30

PDF-файл Диссертация (Конституционные ценности в доктрине конституционного права и практике конституционной юстиции), страница 30, который располагается в категории "на соискание учёной степени кандидата юридических наук" в предмете "диссертации и авторефераты" изаспирантуры и докторантуры. Диссертация (Конституционные ценности в доктрине конституционного права и практике конституционной юстиции), страница 30 - СтудИзба 2019-09-14 СтудИзба

Описание файла

Файл "Диссертация" внутри архива находится в папке "Конституционные ценности в доктрине конституционного права и практике конституционной юстиции". PDF-файл из архива "Конституционные ценности в доктрине конституционного права и практике конституционной юстиции", который расположен в категории "на соискание учёной степени кандидата юридических наук". Всё это находится в предмете "диссертации и авторефераты" из аспирантуры и докторантуры, которые можно найти в файловом архиве РУДН. Не смотря на прямую связь этого архива с РУДН, его также можно найти и в других разделах. , а ещё этот архив представляет собой кандидатскую диссертацию, поэтому ещё представлен в разделе всех диссертаций на соискание учёной степени кандидата юридических наук.

Просмотр PDF-файла онлайн

Текст 30 страницы из PDF

R. America’s Unwritten Constitution. New York. 2012; Bickel A. M.The Least Dangerous Branch. NewHaven.1962; Jacobsohn G. J. Указ. соч.370Rosenfeld M.The Identity of the Constitutional Subject. London. 2012. P. 79.371Ackerman B. We the People: Foundations. Cambridge. 1991. P. 36.372Rosenfeld M. Указ. соч.P. 152-156.373Bassok O.Interpretative theories as roadmaps to constitutional identity: The case of the United States // GlobalConstitutionalism.

4:3. 2015. P. 289–327139конституционной интерпретации, как отмечают авторы, становится главнойпри определении американской конституционной идентичности374.С учетом того значения, которое отводится интерпретационнойдеятельности органа судебного конституционного контроля США приформировании её национальной идентичности, интересными представляютсяразмышления отдельных авторов, которые увязывают развитие концептаконституционной идентичности в Америке с проблемой использования такназываемых конституционных заимствований375 в практике Верховного СудаСША при толковании положений Конституции.Как отмечается в литературе, именно в рамках американскойсудебной компаративистской практики были подняты серьезные вопросыотносительности легитимности (законности) использования иностранныхисточниковприопределениизначенияположенийнациональнойконституции376.Толчком к актуализации данной темы в научных исследованияхпослужили три принятых в сравнительно короткий срок решения ВС США, вкоторыхСудприобоснованиисвоихрешений,касающихсяконституционных прав граждан, ссылался на подходы к решению схожихпроблем в иностранном законодательстве и судебную правоприменительнуюпрактику международных органов правосудия377.Речь идет о трёх делах: Atkins v.

Virginia378, в котором суд ссылался намнение мирового сообщества при решении вопроса о недопустимости казнидушевно больных, Lawrence v.Texas379 (которое уже упоминалось нами врамках настоящей работы), в котором в обоснование решения легла позиция374Тамже.См.: Śledzińska-Simon A. Указ. соч. P. 131;OsiatyńskiW.Paradoxes of Constitutional Borrowing //ICON.Volume 1. №2. 2003.

P. 244.376Там же.377Именно отсылки к иностранному законодательству и правоприменительной практике предлагаетсярассматривать в качестве случаев конституционных заимствований. См.: Simon S. A. The Supreme Court’sUse of Foreign Law in Constitutional Rights Cases: An Empirical Study // Journal of Law and Courts. Volume 1. №2. P. 280.378Atkins v. Virginia 536 US 304, 316 n 21 (2002)379Lawrence v Texas 539 US 558, 571–3 (2003)375140о разделяемых ценностях западной цивилизации, имея в виду ценности,разделяемые в Америке и Европе со ссылкой на позиции ЕСПЧ, Roper v.Simmons380, в котором в основу обоснования решения был положен тезис отом, что Соединенные Штаты остаются единственной страной в мире,устанавливающей меру наказания в виде смертной казни в отношениинесовершеннолетних.Вынесениеподобныхрешенийсопровождалисьнетольковысказыванием судьями Верховного Суда США, несогласных с такимобоснованием, своих особых мнений, но и вызвало бурю критики со сторонысудейского и научного сообществ и даже послужило основанием длявнесениявКонгресспоправоквзаконодательство,специальнооговаривающих запрет судьям США ссылаться на иностранные источникиправа в тех случаях, когда это не предусмотрено законодательством и неявляется необходимым для разрешения дела381.Наиболее известным при этом опять-таки является решение,вынесенное в 2003 году, а именно Lawrence v.

Texas, в котором Cуд, вопрекисвоей предыдущей прецедентной практике по делу Bowers v. Hardwick382,признал несоответствующими положениям 14 Поправки к КонституцииСША, закрепляющей принцип равенства граждан перед законом, нормыуголовногозаконодательстваштатаТехас,признающиевкачествепреступления сексуальные отношения лиц одного пола.В обоснование своего решения Суд в частности ссылался насоответствующую практику ЕСПЧ по делу Dudgeon v. Ireland383, в которойЕСПЧ признал не соответствующими ЕКПЧ положения уголовного закона,380Roper v. Simmons 543 US 551 (2004).

Решением по делу Роупера против Симмонса Верховный судСША запретил применение смертной казни в качестве меры наказания к лицам, не достигшим 18 лет намомент совершения преступления.381В частности, предлагалось внести изменения в Свод законов США (United States Code), предусмотрев внём статью, закрепляющую специальные ограничения на использование иностранного права федеральнымисудами.

Согласно положениям данной статьи, предлагалось закрепить, что не могут разрешаться дела вфедеральных судах на основании иностранного права, за исключением случаев, когда подобноеиспользованиедопускаетсяКонституциейилиактамиКонгресса.URL:https://www.gpo.gov/fdsys/pkg/BILLS-112hr973ih/pdf/BILLS-112hr973ih.pdf382Bowers v. Hardwick, 478 U.S. 186 (1986).383Dudgeon v. Ireland, App. No. 7525/76, Eur.

Ct. H.R., Oct. 22, 1981.141запрещающие мужские гомосексуальные контакты, и указал что Америкаразделяет подобные современные ценности Западной цивилизации384.Именно последнее утверждение вызвало волну несогласия и, вчастности, было раскритиковано судьей А. Скалиа в своём особом мнении поделу, в котором судья, в частности, отметил, что право на мужеложество(right to homosexual sodomy), вопреки указанной позиции суда глубокопротиворечит национальной истории и традициям, а также христианскойморали и этическим стандартам385.Позднее в литературе критики данного решения, признавалидопустимостьконституционныхзаимствованийнастадиинаписанияконституции, но не стадии толкования конституционных положений по тойпричине, что это «разрушает основы демократического самоуправления»386 ипротиворечит самой прецедентной практике Верховного Суда США, вкоторой суд признавал «компаративный анализ непригодным для целейтолкования конституции, хотя и допустимым при написании таковой»387.

Врамках конкретного спора речь шла о содержательном наполнении принципафедерализма, толкуя который Суд обращался к первоначальным идеям отцовоснователей и подчеркивал тот факт, что американское пониманиефедерализма не тождественно европейскому388. Итогом подобной критикистало то, что в более поздних решениях по схожим делам389 суд отказался отпрактики ссылок на иностранный опыт в принципе.Приэтом,конституционныхВерховногоСудакакотмечаетсязаимствованийСШАприввлитературе,правоприменительнойразрешении384использованиеспоров,практикекасающихсяLawrence v Texas 539 US 558, 571–3 (2003)Lawrence v.

Texas, 539 U.S. 558 (2003) (Scalia, J. diss.).386Perju Vlad F.Constitutional Transplants, Borrowing, and Migrations // Oxford Handbook of ComparativeConstitutional Law. 2012.387Printz v. US, 521 U.S. 989(1995).388Там же.389United States v. Windsor, 570 U.S. (2013).385142конституционных прав граждан, хотя и имеет долгую историю, показательномала по сравнению с другими юрисдикциями390.Таким образом, проблематику конституционной идентичности вамериканской доктрине и конституционной правоприменительной практикойпредлагается рассматривать сквозь призму проблем интерпретации ииспользования конституционных заимствований, в связи с чем считаемвозможным также проследить связь конституционной идентичности иконституционныхценностейсквозьпризмутакихпонятийкакконституционная интерпретация и необходимость учёта национальнокультурных традиций при их выявлении и содержательном определении.Вконтекстепоследнегообстоятельствапредставляетсятакжевозможным отметить следующее.Возвращаясь к рассмотрению процессов европейской интеграции, какобъективных факторов, способствовавших появлению и развитию концепцииконституционной идентичности, считаем возможным обратить внимание нато обстоятельство, что тот факт, что данная концепция получиланаибольшую востребованность после принятия именно Лиссабонскогодоговора связано принципиальным нововведением данного документа, аименно–взакреплениирасширительнойформулировкипонятия«национальная идентичность», оговорка о признании и уважении которойсодержалась в статье 6 (3) Масстрихсткого договора до внесения в негосоответствующих изменений.Так, согласно первой редакции данной нормы, Европейский союзпринимал на себя обязательство уважать национальные идентичности странучастниц ЕС391.

Как отмечается в литературе, до указанных нововведений,390Так, в рамках специальных эмпирических исследований было установлено, что на май 2012 годаВерховный Суд США только в 63 случаях в качестве обоснования своего решения по делам, касающимсяконституционных прав граждан, ссылался на иностранные правовые источники, в частности,законодательные акты и правоприменительную практику.

Представляется, что приведённые данные можнорассматривать как актуальные с учётом их очевидной показательности. См.: Stephen A. Simon. The SupremeCourt’s Use of Foreign Law in Constitutional Rights Cases: An Empirical Study // Journal of Law and Courts Vol.1, No. 2 (September 2013), pp. 279-301.391Besselink L. National and constitutional identity before and after Lisbon.

Utrecht Law Review, vol. 6 (3). 2010.P. 40.143данная статья представляла собой «спящую норму», практически неиспользовалась в практике Суда Европейского союза, носила в большейстепени политический характер и содержательно охватывала собойнациональныеособенностиязыковые,государств,этнические,неохватываярелигиозныеприэтомикультурныеконституционно-политических аспектов392. С принятием же Лиссабонского договора понятиеидентичности стало трактоваться в конституционно-правовом, а не вкультурно-лингвистическом аспекте393.Так, согласно новым положениям статьи 4 (2), «Союз соблюдаетравенство государств-членов перед Договорами, уважает национальныеидентичностигосударств-членов,присущиеихосновополагающимполитическим и конституционным структурам, в том числе в областиместного и регионального самоуправления.

Свежие статьи
Популярно сейчас