Попов, Демин, Шибанова - Проблема белка. т.3. Структурная организация белка (947296), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Об этом событии П. Тейяр де Шарден писал: "Человек в том виде, каким его удается воспроизвести сегодняшней науке, — животное, подобное другим. По своей анатомии он так мало отличается от человекообразных обезьян, что современные классификации зоологии, возвращаясь к позициям Лин- иея, помещают его вместе с ними в одно и то жс семейство гоминоидных. Но если судить по биологическим результатам его появления, то не представляет ли он собой как раз нечто совершенно иное? Ничтожный морфологический скачок и вместе с тем невероятное потрясение сфер жизни — в этом весь парадокс человека" 11.
С. 135), Исключительность вида "Ноша зар)епз" и присущие только ему особенности проявления в биосфере связаны со способностями человека мыслить, приобретать знания, вести духовную жизнь. По-видимому, первый, кто еще на заре Нового времени (конец ХЧ1 — начало ХЧ11 в.) обратил внимание на мощь человеческого разума, был Ф. Бэкон, один из основоположников теоретических основ современной науки. Им была выдвинута идея завоевания человеком власти над природой и провозглашен тезис "знание — сила". В конце ХЧ1П в. Ж.
Бюффон связал становление новой геологической эры с разумом человека. Научное мышление вместе с другими видами мышления — философским, религиозным, эстетическим, этическим, социальным и политическим — составляют духовную жизнь отдельного человека, общества и человечества в целом. Склонность к научному поиску истины проявилась у людей сравнительно недавно — около трех тысяч лет назад.
К этому времени уже существовали все перечисленные выше виды мышления, были созданы правовые и социальные структуры общества, достигнут высокий уровень интеллектуального развития. В некоторых областях философии, религии, права и искусства этот уровень так и остался непревзойденным. Первое самостоятельное научное мировоззрение начало формироваться лишь в конце ХЧ11 в., без малого на два тысячелетия позднее появления христианства с его идеями свободы и любви и Римского права, впервые сформулировавшего понятия о человеческой индивидуальности н общечеловеческих ценностях и провозгласившего незыблемость закона. Спонтанное возникновение научного мышления завершило создание сложного. склонного к самосовершенствованию комплекса имманентных психических функций мозга, определивших разностороннюю умственную деятельность человека. Все формы сознания в той нли иной мере, а в наибольшей — религия и философия, участвовали в синтезе научного мышлении.
Его формирование означало становление еще одного уникального природного дара человека — способности к научному творчеству, поиску истины ради нее самой, генерации и аккумуляции объективных знаний о материальном мире. Все виды естественнонаучного, гуманитарного и религиозного мышления самоценны и качественно отличаются друг от друга, хотя, если иметь в виду не индивидуальное, а общечеловеческое сознание, не существуют порознь. Теснейшим образом взаимодействуя между собой, они образуют целостную систему. Изменение одного вида мышления непременно сказывается на состоянии остальных. В.И.
Вернадский справедливо отмечает: "Прекращение деятельности человека в области ли искусства, религии, философии или общественной жизни не может не отразиться болезненным, может быть, подавляющим образом на науке. В общем мы не знаем науки, а следовательно, и научного мировоззрения вне одновременного существования других сфер человеческой деятель- 12 ности; и поскольку мы можем судить из наблюдений над развитием и ростом науки, все эти стороны человеческой души необходимы для ее развития, являются той питательной средой, откуда она черпает жизненные силы, той атмосферой, в которой идет научная деятельность" [2.
С 58]. Опасно не только прекращение деятельности человека в той нли иной сфере духовной жизни, но, очевидно, не менее опасно противопоставление различных видов мышления и введение иерархии — завоевания одним из них господствующего положения и лишения возможности свободного развития других, История всех времен дает тому массу примеров. Неразрывная связь между многочисленными видами мышления без насильственного нарушения их автономии составляет главную особенность рефлексирующего сознания человека. Сущность человеческого духа заключена в триединстве чувства, разума и веры, т.е.
в сочетании трех качеств, никогда не расторгаемых, но и никогда полностью не поглощаемых их единством. Специфика каждого вида мышления, подобно дополнительным цветам радужного спектра, определяется не его особой природой, отличной от природы других видов, а соотношением в духовном единстве трех указанных составляющих. В искусстве превалирует эмоциональное переживание, чувство, в науке — разум, объективные знания и факты, в религии — вера, надежда или убежденность в существовании Бога и трансцендентного мира. Следует подчеркнуть, что основная составляющая только превалирует в соответствующем виде мышления, но никак не определяет его содержания целиком; роль минорных составляющих весьма велика и ни в одном случае не может быть проигнорирована.
Нет науки без веры, как веры без знаний. И тут и там непременно присутствуют эмоции, точно так же, как в искусстве наряду с чувством должны присутствовать вера и разум. "Если допустить, что жизнь человеческая может управляться разумом, — писал Л.Н. Толстой,— то уничтожится возможность жизни" [3.
С. 628]. Поэтому высокообразованный и гармонично развитый человек должен в той или иной мере владеть тремя видами культуры: гуманитарной, религиозной и естественнонаучной. Три составляющие человеческого духа — чувство, разум и вера— имеют массу разновидностей и оттенков, число комбинаций которых практически бесконечно. Поэтому так неповторима личность каждого человека, его индивидуальность, так различны отношения людей друг к другу и к одним и тем же событиям, так непохожи их мировосприятие и мировоззрение. "Каждый человек, — утверждает Н.А. Бердяев, — имеет свой особый внутренний мир. И для одного человека мир совсем иной, чем для другого..." [4. С.
43].По-видимому, почти невозможно встретить духовных близнецов — людей, полностью независимых в своих суждениях и в то же время совершенно одинаково относящихся к достаточно широкому кругу проблем. Во всяком случае, их существование представляется менее вероятным, чем существование внешне идентичных близнецов. Унификация умственной деятельности и ограничение индивидуальной свободы человека противоестественны и поэтому неизбежно ведут к !3 пагубным последствиям во всех сферах духовной жизни как отдельной личности, так и общества в целом. "Не влезешь силой в совесть никому, и никого не вгонишь в рай дубинкой", — писал Вл.С. Соловьев 15. С. 422).
А. Эйнштейн по этому же поводу заметил; "Большая ошибка думать, что чувство долга и принуждение могут способствовать находить радость в том, чтобы смотреть и искать. Мне кажется, что даже здоровое хищное животное потеряло бы жадность к еде, если бы удалось с помощью бича заставить его непрерывно есть, даже когда оно не голодно, и особенно, если принудительно предлагаемая еда не им выбрана" [6. С. 31). Происхождение научного мышления.
О причинах того, что послужило побудительным мотивом к пробуждению в человеке интереса к окружающему миру, раскрытию склонности его сознания к научному мышлению, накоплению систематических научных знаний и формированию самостоятельного научного мировоззрения, существуют самые различные предположения. Н.А. Бердяев, например, утверждает, что: "По специфической своей сущности наука есть реакция самосохранения человека, потерянного в темном лесу мировой жизни... Наука есть усовершенствованное орудие приспособления к данному миру, к навязанной необходимости... Наука по существу своему и по цели своей всегда познает мир в аспекте необходимости, и критерий необходимости — основная категория научного мышления как ориентирующего приспособления к данному состоянию бытия" (7.
С. 266-267). "В науке, — говорит далее Н.А. Бердяев, — есть горькая нужда человека" 17. С. 269). Сходной позиции придерживается П.Л. Капица, который полагает, что возникновение науки есть прямой результат практической деятельности человека, впервые начавшего строить свое благосостояние путем преобразования природы, а не только путем приспособления к ней, подобно остальному животному миру. Рождение научного мышления, по мнению Капицы, произошло в то время, когда человек, подчиняясь как часть природы закону естественного отбора и используя лежащий в его основе эволюционный метод "проб и ошибок", научился "...
не повторять ошибок и теоретически обобщать опыт найденных эмпирически полезных проб" 18. С. 61) и таким образом сделал этот метод более эффективным. Сущность механизма трансформации утилитарной деятельности в научное творчество, считает Капица, состоит в том, что «при использовании метода "проб и ошибок" приобретенный опыт становится научным, когда он обобщается на основе закона причинности: определенные причины всегда вызывают определенные следствия...» )8. С. 71].
По существу ту же точку зрения на происхождение науки имеет А.Д. Александров. Так, он утверждает: "Наука зарождалась вместе с развитием земледелия и государственности в тех центрах, где это происходило: в Египте, Вавилоне, Китае, Индии, Практические задачи усложнялись и требовали более систематических и более сильных средств их решения. Если примитивному охотнику достаточно было считать, скажем, до десяти, то чтобы сосчитать войско или собирать дань и подать, нужно было доходить до тысячи и дальше... Началом науки можно считать достаточно систематическую и достоверную сводку фактов и приемов решения каких-либо задач" )9 С. 306).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
