Попов, Демин, Шибанова - Проблема белка. т.3. Структурная организация белка (947296), страница 13
Текст из файла (страница 13)
Случайность и необходимость выступают в явлениях такого типа не как взаимоисключающие друг друга противоположности, а как взаимодополняющие альтернативы. Таким образом, неизбежен вывод о невозможности предсказания хода эволюционного процесса биосферы, поскольку составляющие этот процесс впервые возникающие статистико-детерминистические явления включают элементы случайности. Поэтому учение Вернадского, как и учение Тейяра де Шардена, о переходе биосферы в ноосферу, царство разума, где естественная эволюция будет заменена сознательно планируемым развитием, несостоятельна в принципе, а не в силу неполноты научных знаний. Все вопросы, касающиеся предсказания эволюционных явлений, направленности стратегического развития биосферы, человечества, общества и даже отдельной личности, не могут быть отнесены к научной проблематике, поскольку и эволюция биосферы, и развитие научного познания являются нелинейными неравновесными процессами, совершающимися по беспорядочно-поисковому механизму вдали от положения равновесия, где воздействие случайного фактора, каким бы незначительным он не казался, может оказаться чрезвычайно большим.
Ход эволюционного процесса на Земле непредсказуем и неуправляем человеком еще по одной объективной причине, имеющей вселенское значение. Наша планета как подсистема входит в космическую систему мироздания, солнечную систему. Эффективное воздействие на нее многочисленных физических факторов внешней среды и привело к возникновению жизни и повлияло на всю последующую эволюцию биосферы. АДБ Чижевский пришел к выводу, что излучения "связывают наружные части Земли непосредственно с космической средой, роднят ее с нею, постоянно взаимодействуют с нею, а потому и наружный лик Земли, и жизнь, наполняющая его, являются результатом творческого воздействия космических сил.
А потому и строение земной оболочки, ее физико-химия и биосфера являются проявлением строения и механики Вселенной" [39. С. 261. Более того: "Быть может, и эрцитивная деятельность на Солнце, и биологические явления на Земле суть соэффекты одной общей причины — великой электромагнитной жизни Вселенной. Эта жизнь имеет свой пульс, свои периоды и ритмы" 139.
С. 301. Действительно, Солнце находится так близко от Земли, всего на расстоянии, равном 107 своих диаметров. Исследования Чижевского стимулировали такое изменение во взглядах на жизнь, которое по своей сути близко ломке геоцентрических воззрений, начатой в ХЧ1 в. Коперником. Данные Чижевского и его последователей требуют замены привычных и широко распространенных в науке гео- 43 центрических и, как в случае эволюционных учений, антропоцентрических представлений, недооценивающих или даже игнорирующих влияние мирового пространства на структурную организацию биосферы и повседневные земные события, на гелиоцентрическую картину мироздания, в которой Земля и человек лишены ореола исключительности.
На фоне этой картины претензия человеческой мысли на руководство ходом эволюционного процесса выглядит особенно курьезной. В этом случае человеку надо возвыситься не только над Землей, а иад всей Вселенной. Таким образом, человечество не всесильно. Оно не в состоянии прогнозировать неподвластное и неизвестное ему будущее биосферы и строить неведомое царство разума. Достигнутый уровень естественнонаучных знаний и приобретенный опыт должны оказаться достаточными для понимания необоснованности и опасности любых претензий научного мышления на руководство ходом эволюции. Обсуждая, правда, не естественнонаучные, а экономико-социальные проблемы, что в данном случае не имеет значения, Ф. Хайек пишет; "Оглядываясь назад, мы можем понять смысл событий, случившихся в прошлом, и увидеть, какие последствия они за собой повлекли.
Но история, происходящая у нас на глазах, для нас не история. Она ведет нас в неведомые края, и лишь изредка мы можем на мгновение увидеть, что лежит впереди. Дело обстояло бы по-другому. если бы нам дано было пережить те же события вторично, обладая полным знанием того, что мы уже пережили. Насколько иным все бы предстало перед нами, какими важными, а зачастую и тревожными показались бы едва заметные сейчас сдвиги" [40, С. 178~, Научное мышление не может иметь глобальной цели и счратегического направления своего развития.
Назначение фундаментальной науки— следовать за уже совершившимися событиями и изучать актуальные факты и явления. Вл.С. Соловьев уже в конце прошлого века, отмечая "наивное поклонение мнимому царству науки", говорил, что наука "на самом деле познает только то, что бывает, а не творит то, что должно быть" 15. С. 1б41. В отличие от мира существующего, мир возникающий, потенциальный, непознаваем. Мудрость человечества не в стремлении подчинить себе природу и продиктовать ей будущее развитие. Мудрость в осознании через научное познание неустойчивого мира его реалий, своей сущности и своих возможностей, в предоставлении свободы развития личности, естественном включении своей жизни в стихии~ эволюции планеты, стремлении к внутренней и внешней, духовной и материальной гармонии. В эволюционных учениях Вернадского и Тейяра де Шардена о ноосфере по существу игнорируются все духовные потребности людей за исключением научного мышления, склонность к которому обнаруживают лишь очень немногие.
Ему отдается не только безусловный примат над другими сферами человеческого сознания, но и приписывается роль геологической силы как единственно руководящего и направляющего начала эволюции биосферы. Это роднит учение о царстве разума с экономическим учением К. Маркса, в котором из сложнейшего комплекса отношений людей друг с другом и окружающим миром исключительное и доминирующее значение в развитии общества отводится лишь одному фактору — социально-экономическим отношениям, причем неправильно трактуемым. Выше была сделана попытка обосновать несостоятельность основополагающих положений учения о ноосфере случайным характером и принципиальной непредсказуемостью эволюционных процессов, а также неизбежной ограниченностью научных знаний.
Сейчас обратим внимание на неправомерность и даже опасность провозглашения самой идеи о всесилии науки. Тезис об исключительном значении для эволюции биосферы научного мышления и научного прогресса включает в себя в неявном виде две мысли, в принципе неприемлемые для гармонического развития как отдельного человека, так и общества.
Первая мысль связана со спецификой научного творчества, которое, как и любой другой талант, есть редкий природный дар. Ориентировочно можно считать, что из миллионов людей не более десяти человек предрасположены к занятиям чистой наукой, т.е. могут испытывать счастье и добровольно переносить муки научного творчества при поиске истины рада ее самой. Следовательно, чуть ли не все общество не имеет прямого отношения к науке, а подавляющая часть наукой вообще не интересуется и не стремится получить о ней хотя бы элементарное представление.
Сознание многих, их мировоззрение н мировосприятие, по существу, остается вне воздействия научных знаний, вне интенсивно развивающегося и посгоянно убыстряющегося процесса научного познания. Подавляющее большинство людей является потребителями утилизированных отходов творчества истинных ученых. Имеет место разрыв, склонный к увеличению, между эффективностью развития самой науки и эффективностью ее облагораживающего влияния на духовное состояние общества.
С другой стороны, богатство общества и материальное положение его членов напрямую связаны с научным прогрессом. И здесь благосостояние соответсгвует росгу научных знаний. В результате возникает противоречие между бытовыми условиями жизни, улучшающимися с развитием науки, и духовными запросами людей, остающимися на прежнем уровне или даже деградирующими.
Как показывает жизнь, экономический прогресс в современных высокоразвитых демократических обществах, обусловленный развитием науки, не сопровождается заметным расцветом личностных духовных качеств людей, нх индивидуальностей. Скорее наблюдается обратная картина, что проявляется в устойчивом снижении культурных запросов, стремлении к избыточной комфортности, падении морально-этических норм поведения, разобщенносги людей, росте преступности, наркомании и т.п.
К.Э. Циолковский говорил: "Не признаю я технологического прогресса, если ои превосходит прогресс нравственный, если физика и химия не служат, а подчиняют себе медицину, как не признаю много другого. Для человечества нужна не техника, а моральный прогресс и здоровье" (цит, по: 141. С. 208]). О духовном оскудении людей свидетельствует также отсутствие бережного отношения к природе, чему способствует и антропоцентрическая пропаганда. В борьбе двух начал— духовного и плотского, если она н ведется, победу,как правило, одерживает последнее. Экономический прогресс, постоянно подстегиваемый наукой, при неадекватном умственном развитии общества увеличивает 45 бездну, в которую засасывается человечество.
Если не изменить существующую тенденцию обеднения духовной жизни людей с помощью образованна, как светского, так н религиозного, философского, н приобщения к истинной, а не так называемой массовой культуре, то рано или поздно разрыв достигнет критической точки, и возникнет бифуркация с тяжелейшими последствиями для человечества. Выход не в установлении господства над биосферой, а в собственном преобразовании, создании культа высокообразованного человека, в котором бы гармонично сочетались естественнонаучные знания с гуманитарными и религиозными.
Вторая мысль о негативном влиянии развития науки связана с ее подчиненным положением в современном обществе. Долгое время поиск научных истин мало волновал общество и практически не оказывал влияния на экономику. Вплоть до ХЧ11 в. наука заметно не сказывалась и на развитии духовной жизни общества, во всяком случае ее воздействие на умы людей было значительно менее ощутимо по сравнению с поэзией, литературой, музыкой, архитектурой и живописью, не говоря уже о религии и философии. Перелом впервые обозначился на рубеже ХЧБ — ХЧ1В вв. после сформирования первого в истории научного мировоззрения, когда стала очевидной огромная потенция, заключенная в науке для развития общества.












