Дарвин - Происхождение видов путем естественного отбора (947287), страница 70
Текст из файла (страница 70)
Былое воздействие ледникового климата на распространение обитателей Европы, по объяснению Эдварда Форбза, состояло в следующем.
Но нам, пожалуй, легче будет проследить за проистекающими отсюда переменами, если мы предположим, что новый ледниковый период вновь медленно надвигается и затем проходит, как это бывало прежде. По мере того
как холод надвигается и лежащие одна за другой все более южные зоны
•становятся пригодными для обитателей севера, последние занимают ме-
•ста прежних обитателей умеренных областей. В то же время эти формы
отступают все далее и далее к югу, пока их не останавливают преграды,
и в таком случае они должны погибнуть. Горы покрываются снегом и
•льдом, и их прежние альпийские обитатели должны спуститься в долины.
В то время, когда холод достигнет своего максимума, арктическая фауна
и флора займут центральные части Европы, к югу от Альп и Пиренеев,
Расселение во время ледникового периода 32 »
и даже проникнут в Испанию. Нынешние умеренные области СоединенныхШтатов должны были бы подобным же образом заселиться полярными.
животными и растениями, почти не отличающимися от европейских, так
как современные циркумполярные формы, которые, как мы предполагаем, везде продвигаются к югу, замечательно однообразны во всем
мире.5
Когда снова начнется потепление, арктические формы должны будутотступить к северу, так сказать, по пятам преследуемые во время своегоотступления организмами более умеренных стран. Так как снег тает,
начиная с подножия гор, то арктические формы должны удерживаться на
обнажающихся и оттаивающих местах, постепенно поднимаясь все выше'
и выше, по мере того, как становится теплее и снег тает все больше,
в то время как их собратья подвигаются к своему северному местопребыванию. Поэтому, когда станет совсем тепло, вид, населявший перед тем
низменности Европы и Северной Америки, снова окажется в арктических
областях Старого и Нового Света и на многих изолированных, далеко отстоящих друг от друга горных вершинах.
Отсюда мы можем понять идентичность многих растений, находящихся в столь далеко отстоящих друг от друга точках, как горы Соединенных Штатов и Европы. Мы можем таким образом понять, что альпийские растения каждой горной цепи особенно близки к арктическим формам, живущим прямо или почти прямо на север от нее, так как первые
миграции при наступлении холода происходили с севера на юг, а возвращение с наступлением тепла — с юга на север. Например, альпийские растения Шотландии, по замечанию м-ра Г. Ч. Уотсона, и Пиренеев,
по замечанию Рамонда (Ramond), особенно близки к растениям северной
Скандинавии; растения Соединенных Штатов — к растениям Лабрадора;
растения гор Сибири — к растениям арктической области этой страны.
Такое воззрение, основанное на том вполне установленном факте, что ледниковый период действительно существовал, на мой взгляд, вполне удовлетворительно объясняет современное распространение альпийских и
арктических форм Европы и Америки; таким образом, когда мы находим
одни и те же виды на удаленных друг от друга горных вершинах, мы
с большим или меньшим правом можем, без дальнейших доказательств,
заключить, что более холодный климат обусловил некогда возможность
миграции этих растений через межлежащие низменности, в настоящее
время слишком теплые для их существования.6
Так как арктические формы двигались сначала к югу, а потом обратно
к северу в соответствии с переменами в климате, то в течение своих
продолжительных миграций они не испытывали больших различий в температуре; а так как они мигрировали массою, то и взаимные отношения
их особенно не нарушались. На этом основании, согласно с проводимыми
в настоящей книге принципами, эти формы не подвергались большой модификации. Что же касается альпийских форм, оставшихся изолированными со времени возвращения тепла сначала у подножия, а позднее и
на вершинах гор, то их положение было несколько иным; маловероятно,
чтобы все арктические виды, оставшиеся на далеко отстоящих друг от'
330 Географическое распространение
друга горных вершинах, с тех пор сохранились здесь; по всей вероятности,
они смешались с древними альпийскими видами, которые должны были
существовать на горах до начала ледниковой зпохи, но в течение самого
холодного периода временно были вытеснены на равнины; кроме того,
они подвергались также до некоторой степени климатическим влияниям.
Их взаимные отношения были поэтому частично нарушены, вследствие
этого они были подвержены модификации и действительно изменились;
таким образом, если мы сравним между собой теперешние альпийские животные и растения с разных больших горных кряжей Европы, то найдем,
•что многие виды сохранились вполне идентичными, однако некоторые существуют в качестве разновидностей, другие — в качестве сомнительных
форм, или подвидов, и, наконец, некоторые стали различающимися,
хотя и близкородственными видами, заменяющими друг друга в разных
областях горных цепей.
В предыдущем примере я допустил, что в начале нашего воображаемого
ледникового периода арктические формы были во всей области вокруг полюса столь же однообразны, как и в настоящее время. Но необходимо
также допустить, что многие субарктические и немногие формы умеренного
климата также были во всем мире одни и те же, так как некоторые из видов, ныне живущих на низких склонах гор и равнинах Северной Америки
и Европы, одни и те же; можно спросить, как я объясню эту степень однообразия субарктических и умеренных форм во всем мире в начале действительного ледникового периода. В настоящее время формы субарктической и северной умеренной полосы Старого и Нового Света отделены
друг от друга всем Атлантическим и северною частью Тихого океана.
В течение ледникового периода, когда обитатели Старого и Нового Света
жили еще дальше к югу, чем теперь, они должны были быть еще более отделены друг от друга обширными пространствами океана; поэтому можно
спросить, каким же образом один и тот же вид мог в это время или ранее
занять оба материка? Я думаю, что объяснение этого лежит в своеобразии
климата предледникового периода. В этот более новый плиоценовый период большинство обитателей земного шара в видовом отношении было
то же, что и теперь, и у нас есть все основания думать, что климат был
теплее современного. Исходя из этого мы, можем предположить, что организмы, ныне живущие под 60° широты, в течение плиоценового периода
жили севернее, под Полярным кругом, т. е. под широтой 66—67°, а нынешние арктические формы жили тогда на раздробленной суше еще ближе
к полюсу. Но, рассматривая глобус, мы видим, что под Полярным кругом
суша тянется почти непрерывной полосой от Западной Европы через
Сибирь до Восточной Америки. А эта непрерывность циркумполярной
суши с вытекающей отсюда возможностью свободного во всех направлениях передвижения при более благоприятных климатических условиях
достаточна, чтобы объяснить предполагаемое однообразие субарктических
и умеренных форм Старого и Нового Света в период, предшествовавший
ледниковой эпохе.
Принимая на основании вышесказанного, что наши материки долгое
время сохраняли приблизительно одно и то же относительное положение
331
Расселение во время ледникового периода
хотя их уровень подвергался большим колебаниям, я решительно склоняюсь к тому, чтобы расширить высказанный ранее взгляд и допустить
что в продолжение еще более раннего и еще более теплого периода, каков
был ранний плиоценовый период, большое количество одних и тех же растений и животных населяло почти непрерывную циркумполярнуюсушу; эти растения и животные как в Старом, так и в Новом Свете начали:
постепенно мигрировать к югу по мере того, как климат становился менее теплым, задолго до начала ледникового периода. Я думаю, что в настоящее время мы наблюдаем их потомков по большей части в модифицированном состоянии в центральных частях Европы и Соединенных Штатов. С этой точки зрения мы можем понять родственные отношения между
очень малоидентичными формами Северной Америки и Европы — родство в высшей степени замечательное, принимая во внимание расстояние
между этими двумя областями и их отделение друг от друга всем Атлантическим океаном. Мы можем далее понять и тот замечательный факт,
подмеченный разными наблюдателями, что формы Европы и Америки:
в течение более поздних эпох третичного периода были гораздо ближе
между собой, чем в настоящее время, ибо в продолжение более теплых периодов северные части Старого и Нового Света были соединены почти непрерывно сушей, служившей мостом, который с тех пор вследствие холода
сделался непроходимым для продвижения их обитателей в разных направлениях.
Во время слабого понижения температуры в плиоценовый период
виды Нового и Старого Света, переселяясь к югу от Полярного круга,
тем самым оказывались вполне отрезанными друг от друга. Это разделение, насколько оно касается организмов более умеренного климата,
должно было иметь место в очень отдаленные времена. Так как растения
и животные мигрировали к югу, то в одной обширной области они смешались с туземными американскими формами и вступили с ними в конкуренцию, а в другой —с формами Старого Света. Следовательно, мы
имеем здесь нечто благоприятное для большей модификации, гораздо
большей, чем в случае с альпийскими формами, изолированными в гораздо
более новый период на различных горных кряжах и в арктических странах Европы и Северной Америки. Поэтому при сравнении ныне живущих
форм умеренных областей Нового и Старого Света мы находим очень мало
идентичных видов (хотя Эйса Грей показал недавно, что идентичных растений гораздо больше, чем прежде предполагали), но в каждом большем
классе обнаруживаем много форм, признаваемых одними натуралистами
за географические расы, другими — за различные виды, и огромное число
близких или замещающих друг друга форм, которые всеми натуралистами
признаются особыми видами.
Подобно тому как на суше, и в водах моря медленное расселение
к югу морской фауны, которая в течение плиоценового или даже несколько
более раннего периода была почти однообразной вдоль непрерывной береговой линии у Полярного круга, могло произвести, по теории модификации,
много родственных форм, ныне живущих в совершенно разъединенных морских областях. Таким образом, как я думаю, можно объяснить и суще-
332 Географическое распространение
ствование нескольких родственных живущих и вымерших третичных форм
яа восточном и западном побережьях умеренной области Северной Америки, а также еще более поразительный факт существования многих родственных ракообразных [как это описано в прекрасной работе Дана
(Dana)], некоторых рыб и других морских животных, с одной стороны,
в Средиземном море, с другой — в морях Японии, хотя эти области теперь
•совершенно разделены преградами, которые представлены целым материком и обширными пространствами океана.
Эти случаи тесной связи между видами, обитающими в настоящее время
или прежде обитавшими в морях восточного и западного побережий
Северной Америки, в Средиземном море и в морях Японии, в умеренных
странах Северной Америки и Европы, необъяснимы по теории сотворения.
Мы не можем утверждать, что эти виды были созданы сходными в соответствии с приблизительно сходными физическими условиями этих областей;
в самом деле, сравнивая, например, некоторые части Южной Америки
с частями Южной Африки или Австралии, мы находим страны, очень
близкие по их физическим условиям, но с совершенно различными обитателями.
Чередование ледниковых периодов на севере и юге
Мы должны, однако, вернуться к вопросу, касающемуся нас более
непосредственно. Я убежден, что взгляды Форбза могут быть применены
в более широких размерах. В Европе мы встречаемся с чрезвычайно полными доказательствами существования ледникового периода, начиная
от западных берегов Британии до Уральского хребта и к югу до Пиренеев. Изучение вымерших млекопитающих и характера горной растительности Сибири приводит нас к заключению, что эта страна также подвергалась оледенению. В Ливане вечные снега покрывали прежде, по данным д-ра Хукера, центральный хребет и давали начало ледникам, которые
спускались на 4000 футов вниз в долины. Тот же наблюдатель открыл
недавно большие морены на невысоком уровне Атласского хребта в Северной Африке. Вдоль Гималаев ледники оставили следы своего прежнего
пребывания на низком уровне, в местах, лежащих на 900 миль в сторону;
в Сиккиме д-р Хукер видел, что маис растет на древних гигантских моренах. На юг от Азиатского материка, по другую сторону экватора,
огромные ледники, как мы это знаем из превосходных исследований
д-ра Ю. Хааста (J. Haast) и д-ра Хектора (Hector), спускались прежде
до низкого уровня в Новой Зеландии, а одни и те же растения, найденные
д-ром Хукером на далеко отстоящих друг от друга горах этого острова,
рассказывают нам знакомую историю о прежнем холодном периоде.
Из фактов, сообщенных мне преподобным В. Б. Кларком (W. В. Clarke),
следы прежнего действия ледников, как кажется, существуют и на горах
юго-восточного угла Австралии.
Обратимся к Америке: в ее северной половине находили занесенные
льдом обломки камня в восточной части материка вплоть до 36—37°
Чередование ледниковых периодов на севере и юге 333
южной широты, а на побережье Тихого океана, где в настоящее время
климат столь отличен,— до 46° южной широты. Эрратические валуны
отмечены также на Скалистых горах. На Кордильерах Южной Америки
почти под самым экватором, ледники спускались некогда гораздо ниже
их современного уровня. В центральном Чили я изучил обширную насыпь
из остатков больших валунов, пересекающую долину Портильо, относительно которой едва ли может быть сомнение, что здесь была некогда
огромная морена; а м-р Д. Форбз сообщает мне, что он нашел в разных
частях Кордильер, между 13 и 30° южной широты, на высоте приблизительно в 12 000 футов, глубоко изборожденные скалы, похожие на хорошо
известные ему скалы Норвегии, равно как и массы обломков с исчерченными голышами. На всем указанном протяжении Кордильер теперь нет
настоящих ледников даже на гораздо больших высотах. Далее к югу
на обеих сторонах материка, начиная с 41° широты до его южной оконечности, мы находим самые очевидные доказательства прежнего действия
ледников в виде многочисленных огромных валунов, унесенных далеко
от места их образования.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
