186978 (768595), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Ирреальный мир, отражаемый в условных предложениях, подразделяется в нашей иерархии "миров" на две ипостаси: нереальный, но земной мир и алогичный мир.
Условные предложения, фиксирующие ирреальный, но земной мир, оперируют фактами и событиями, которые, в принципе, физически возможны, но они - нелепо преувеличены или комически бессмысленны:
Если бы выставить в музее плачущего большевика, Весь день бы в музее
торчали ротозеи. Еще бы - такое
не увидишь и в века! (В.Маяковский. В.И.Ленин)
Обществу было бы приятно, если бы правительство сослало бы всех мужей на Сахалин (А. Чехов. Мститель).
Чего - чего, а есть Иван умел. И если бы за это умение давали звание, то Иван был бы примерно подполковником (Л. Давыдычев. Многотрудная, полная невзгод и опасностей жизнь Ивана Семенова, второкласника и второгодника).
Может быть, и есть такое место под солнцем, где за рекордный аппетит дают определенные знаки отличия? Излюбленная шутка лондонских подростков - застыть на несколько минут в зале знаменитого Музея восковых фигур мадам Тюссо. Однако подобные события нарушают общепринятые стереотипы поведения и напоминают сцены из театра абсурда.1 В реальной жизни "так не делают" и "так не поступают". Вместе с тем, необходимо подчеркнуть некосмический характер как самих деятелей, так и условных действий, хотя они квалифицируются как смешные и несуразные.
Алогичный мир - это "иной мир" в полном смысле этого слова. О сослагательном наклонении как о явлении, отражающем факты иных миров, пишет А.А. Кретов. По А.А. Кретову, исследовавшему проблему констатации "невозможного" (и сослагательное наклонение-первый, хотя и не единственный его маркер), категория невозможного трактуется как категория скрытой грамматики русского языка, в отличие от явной её манифестации в некоторых других языках. Так, например, в абхазском языке имеются специальные грамматические средства, выражающие оценку высказывания говорящим с точки зрения соответствия-несоответствия его содержания действительности и тем самым указывающие на объективацию фантазии, вымысла, воображения в речи. Учёный подчеркивает, что категория невозможности позволяет определить рамки "языковой картины мира", выявить представления носителей языка о том, что возможно или невозможно в окружающей нас действительности. "Категория ирреальности, - подчёркивает А.А. Кретов, - обслуживает креативную, творческую функцию языка и основана на осознании языковым коллективом относительной независимости, самостоятельности, свободы языка от окружающей действительности" (12, с. 131).
См. нижеследующие иллюстрации:
Фигуры (в костюмах Евы) кокетливо улыбались и вообще имели такой вид, что, кажется, если бы не обязанность поддерживать подсвечник, то они спрыгнули бы с пьедестала и устроили бы в комнате такой дебош, о котором, читатель, даже и думать неприлично. (А. Чехов. Произведение искусства).
Если бы хоть одна настоящая звезда упала на заслуженную грудь, то не осталось бы ни того человека, ни даже самых отдаленных его единомышленников. (Сочинение Козьмы Пруткова. Афоризмы.)
Вот если бы я умела вся складываться, как подзорная труба или, еще лучше, как веер, - тогда бы другое дело! Научил бы меня кто-нибудь, я бы сложилась и все в порядке (Л. Керрол. Алиса в стране Чудес. - Пересказ Б. Заходера).
Отец обожал маленьких детей. Сам пеленал, купал и наверняка кормил бы грудью, если бы она у него имелась (Из газет)
В качестве фильтра вероятности подобных событий выступает здравый смысл. Здравый смысл - это совокупность взглядов людей на окружающую действительность и самих себя, используемых в повседневной практической деятельности. Именно с позиции здравого смысла мы понимаем юмористический "запал" приведенных выше условных предложений.
Тем не менее, разграничение двух сфер "ирреального мира" не абсолютно. Еще в 20-ых годах В. Асмус писал: "Самый отчаяный фантаст и визионер не "творит" свои образы, но слагает их, комбинирует, синтезирует из реальных данных и реальных компонентов опыта. Поэтому в самом безумном и нелепом представлении всегда можно найти какой-то пусть ничтожный, но все же реальный эквивалент" (13, с. 30-31).
Ах, - говорил Бендер -высокий класс! Если бы я был женщиной, то делал бы такому мужественному красавцу, как вы, восемь процентов скидки с обычной цены (И. Ильф, Е. Петров. Двенадцать стульев).
Размышляя о фактах фантазии, философ начала века не мог и предположить, что, например, достижения медицины позволят изменять пол человека, данный ему от природы, то есть алогичный мир вдруг станет возможным миром. Удивительно, что превращения Шарикова в "Собачьем сердце" М.А. Булгакова воспринимается читателем и зрителем не как метафора, а как реальный факт. Мир художественных произведений, творимый пером художника, - это особый предмет изучения.
Таким образом, проведенное исследование показало, что содержание давно вошедшего в научный обиход термина "семантическое пространство языка" не является одноплановым. Наши знания способны подразделять это пространство на возможные миры. Эти миры существуют не "где-то там", а в сознании человека.
Сослагательное наклонение вывело нас на проблему существования целого ряда миров, открывая перспективу более глубокого анализа "возможных миров" на материале выражаемых в языке условно-следственных отношений.
1 Драма абсурда — одно из проявлений авангардизма в западноевропейской драматургии 50-60-х гг. 20 в; для драмы абсурда характерны гротескная демонстрация ложности и бессмысленности человеческого бытия, действительность предстает лишенной внутреннего смысла и причинно — следственной связи.
Список литературы
Храковский В. С. Условные конструкции: взаимодействие кондициональных и темпоральных значений // Вопросы языкознания. - 1994. - №6. - С. 129-139; Он же; Исчисляющие классификации в типологии // Вопросы языкознания. -1996. - №3. -С.42-54; Он же: Анкета для описания условных конструкций // Вопросы языкознания.-1996. - №6.-С.49-71.
Философский энциклопедический словарь, М.,1983.
М.К. Сабанеева. Стилистические функции коллективной речи во французском эпосе 23
Краткая философская энциклопедия. - М.,1994.
Adams P.M. Possible Worlds // The Cambridge Dictionary of Philosophy.-Cambridge University Press, 1996. - P.633-634.
Крипке С. Тождество и необходимость / Пер. с англ. Л.Б. Лебедевой // Новое в зарубежной лингвистике. -Вып.ХШ. Логика и лингвистика (Проблемы референции). - М., 1982. - С.340-376.
Davis W. Counterfactuals // The Cambridge Dictionary of Philosophy.-Cambridge University Press, 1996. P.163-164.
Ле Пор Э. В каких отношениях неудовлетворительна теоретико-модельная семантика / Пер. с англ. Н.Н. Перцовой // Новое в зарубежной лингвистике. Bbin.XVIII.- Логический анализ естественного языка.- М., 1986. - С. 173-193.
Сгалл П. Значение, содержание и прагматика / Пер. с англ. Н.В. Перцова // Новое в зарубежной лингвистике. - Вып. XVI. Лингвистическая прагматика. - М., 1985. - С.384-398.
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.vestnik.vsu.ru
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
