117216 (765555), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

В мире также резко возросло число международных неправительственных организаций (Гринпис, Красный крест и др.), а также таких акторов глобальной социальной жизни, как глобальные социальные движения в защиту прав человека, за мир, в защиту окружающей среды и пр., национальные, религиозные, этнические и политические диаспоры, а также коренные жители какой-либо страны или местности - аборигены. К другим видам транснациональных акторов, которые оказывают растущее влияние на процессы глобализации социальной жизни, относят мигрантов, зарубежных туристов, уникальных специалистов и профессионалов высокого класса (юристы, журналисты, инженеры, архитекторы, ученые, которые склонны придерживаться космополитических взглядов и образа жизни), музыкантов, спортсменов, работников шоу-бизнеса, персонал ТНК, консультантов и частных предпринимателей, дипломатов, пилотов международных линий, агентов сетевой торговли, студентов и т.д.

Наряду с феноменом глобализации внимание исследователей в последнее время все чаще сосредоточивается на таком явлении, как глобализм. "В то время как "глобализация" в большей части характеризует объективные изменения в мире, которые частично происходят вне нас, "глобализм" характеризует изменения, происходящие в субъективной сфере" [7] . В процессе практического освоения глобализирующегося мира общество отражает его в своем сознании, формирует комплекс идей и эмоций, которые называют глобализмом. Сегодня глобализм как форма общественного сознания, отражающая объективный процесс глобализации, показывает: стремление людей к коллективному стилю мышления, тенденцию идентификации с мировой цивилизацией, всем человечеством; окончание изолированного развития, рост мультикультурного сознания; усиление роли и значения осознающих свои интересы социальных акторов; рост идентичностей. Постепенное осознание и разработка глобальной проблематики с помощью научных методов ведет к формированию новой области знаний, которая возникает на стыке нескольких наук и которую все чаще называют глобалистикой.

Таким образом, факты и события последних лет, дополняемые эмпирической информацией и статистикой, показывают, что на нашей планете стремительно идет процесс становления единого глобального общества. В этом новом обществе складываются и находятся в состоянии развития новые социальные отношения, характер которых в многообразии своих социальных форм и конфигураций отличается от структур современных традиционных, индустриальных, постиндустриальных, "постмодерных" обществ, но которые детерминируются этими обществами и воспроизводят в линейных и нелинейных зависимостях качества протообществ возникающего глобального социума: новые возможности, новые угрозы и противоречия.

Социальные противоречия и катастрофы

Один из создателей идейно-политической доктрины либерализма английский философ-просветитель Джон Локк считал, что бедность разрушает человеческое общество точно так же, как война. По его мнению, причины бедности необходимо искать не в человеческих отношениях, а в природе. Для того чтобы победить бедность, человек должен покорить природу - производить как можно больше материальных ценностей. Формула либерализма: богатство побеждает бедность с помощью экономической экспансии, экономического роста. Отметим, что в определенной социальной практической интерпретации эта идеология осуществлялась и в период социалистического строительства в СССР.

Современное общество, стремясь установить свое господство над природой, столкнулось с ситуацией, когда функционирование искусственно созданной "второй природы" - техносферы и глобального социума породило сначала целый ряд проблем планетарного характера, а затем все чаще стало приобретать критический характер развития и оборачиваться катастрофическими ситуациями. Перерастающие в конфликт противоречия первого рода - между человеком и природой, и противоречия второго рода - между общностями внутри социума стали приводить к социальным, экологическим, технологическим катастрофам. В условиях глобализации эта проблема стала приобретать настолько большое планетарное практическое значение, что появились новые прикладные науки - медицина катастроф, социология катастроф и т.п.

В общем, самом широком смысле слова под катастрофой понимается переход, скачок из одного состояния развития социальной системы в другое. Как правило, общество и общности, подходя к критическим точкам своего развития, имеют несколько возможных путей изменения: от распада до устойчивого развития. В узком смысле обычно под катастрофой понимается нарушение нормального экономического, социального, политического, духовного развития общества или его части, сопряженное с большими людскими и материальными потерями. Научная типология выделяет четыре типа катастроф: природные, экологические, технологические, социальные [8] .

Природные катастрофы (наводнения, землетрясения, засухи, ураганы, смерчи и т.п.) вызываются действием стихийных сил природы. Человеческое общество пока не в состоянии их полностью предотвратить. Но своей деятельностью, например, по их предсказанию - научному прогнозу, оно может минимизировать потери, и напротив, своей бездеятельностью или необдуманными действиями (уничтожение лесов, источников воды, загрязнение среды обитания и т.п.) может многократно усилить имеющийся у природы разрушительный потенциал. К 2015 году около половины населения мира будет проживать в странах, испытывающих дефицит воды.

Экологические катастрофы вызываются локальными или планетарными дисфункциями биосферы. Чаще всего они имеют выраженную социоприродную детерминированность: антропогенное воздействие на среду обитания, использование, потребление природно-ресурсного потенциала. Растущее воздействие человека на природу, применение все более эффективных технологий по ее преобразованию нарушают баланс в соотношении различных биологических видов пирамиды жизни, нарушают основные круговороты, подрывают восстановительную способность биосферы, ее основных звеньев и, в конечном счете, вызывая локальные катастрофы, готовят условия для катастрофы глобальной. Перспектива решения локальных проблем окружающей среды: концентрации озона, углекислого газа, загрязнения почвы и атмосферы остаются сложными.

Технологические (техногенные) катастрофы также в своей основе антропо- и социально детерминированы, т.к. технические системы создаются людьми, управляются ими и функционируют в обществе. Энергетические, ядерные, транспортные, инфраструктурные аварии и катастрофы вызываются рассогласованием взаимодействия элементов человеко-машинных систем. В этом типе катастроф по мере развития техники огромную роль начинает играть человеческий фактор в своих проявлениях инженерных ошибок, просчетов персонала, неэффективной помощи спасательных служб. Возрастание размеров и мощи технических систем ведет к увеличению масштабов людских, материальных и экологических потерь.

Социальные (гуманитарные) катастрофы вызываются непродуманной управленческой или сознательной целенаправленной деятельностью по разрушению социальных общностей и государственных систем, изменению социально-политического строя, уничтожению народов, стран, политических союзов, цивилизаций. Этот тип катастроф ведет к огромным человеческим потерям, деградации демографической и социальной структур общества, разрушению духовных основ жизни и проявляется в войнах, конфронтационных противостояниях, бунтах, революциях, контрреволюционных переворотах и целиком детерминирован социальными (экономическими, политическими, психологическими и иными) факторами. В современных условиях многие из них носят латентный характер и очень трудны для распознания и измерения.

Технический прогресс цивилизации резко усилил значение факторов социальности и социетальности - общественной и организационной обусловленности современных катастроф и поставил вопрос об их системном научном изучении для выявления структуры причин и предупреждения потерь. По существу, речь идет о появлении нового вида жизнедеятельности человеческого общества - обеспечения социальной безопасности как способности общества к защите от внешних и внутренних угроз устойчивому развитию [9] . Новая проблемная ситуация вызвала бурное развитие научного знания по проблемам общей теории катастроф, математического моделирования катастроф и кризисов, социологии катастроф и риска, психологии поведения в кризисных и критических ситуациях, антикризисного регулирования, управления и менеджмента и т.д. Эти и другие теоретические и прикладные дисциплины интенсивно развиваются в развитых странах в рамках университетской и академической науки, а также научно-исследовательских проектов, которые ведут, исходя из своих проблем и целей деятельности, государственные министерства и транснациональные корпорации.

Особое внимание в открытых и закрытых проектах уделяется гуманитарным, социальным катастрофам, которые имеют комплексную природу, вызываются конкретными, существующими в данной стране, экономическими, политическими, социальными, духовными причинами и лежат в фундаменте любой катастрофы. В качестве экономических предпосылок катастрофических явлений в условиях глобализации выступают спады промышленного производства, финансовые обвалы, снижение темпов экономического развития и жизненного уровня населения страны. Социальные причины катастроф накапливаются в силу критического обострения межклассовых, межнациональных, межрегиональных и т.п. противоречий. Политические противоречия возникают в политически структурированном обществе между партиями, движениями, организациями, инициирующими политические и протестные действия. Духовные противоречия вырастают на фундаменте столкновения систем информации, ценностей и мировоззрений. В последнее время резко интенсифицировались столкновения на религиозной почве.

Все эти предпосылки катастрофического развития переплетаются в сложные, запутанные, трудные для прогнозирования с помощью обычных научных методов узлы противоречий и имеют прямое отношение к возникновению природных, экологических и техногенных катастроф. Современные катастрофы в их социальном и антропогенном проявлении представляют комплексные феномены, требующие такого же комплексного, углубленного и корректного социального, технического и экономического научного мониторинга. Изучение этих процессов становится возможным посредством привлечения синергетических подходов и методов в условиях бифуркационного развития, сопровождающегося неустойчивостью и вариативностью. В российском социуме и его структурах управления возникла острая практическая потребность в комплексном научном изучении и мониторинге кризисных и катастрофических процессов. Проблема настолько значима, что ее решение начинает приобретать политическое значение для будущего развития страны.

Глобальная социальная безопасность

Экономические, технологические, политические, социальные и культурные факторы глобализации обладают системным свойством синхронизировать и умножать свое действие в пространстве и времени, и в зависимости от сложения сил может быть достигнут синергетический креативный или разрушительный эффект [10] . Можно привести длинный перечень объединенных усилий стран и народов, которые позволили человечеству в отдельных своих частях значительно продвинуться по пути социального прогресса. Однако список поражений будет не менее впечатляющим, а растущие параметры глобальных социальных угроз заставляют обращать внимание на эту сторону реальности в первую очередь. Было бы нереалистично понимать под глобальной социальной безопасностью отсутствие опасности как таковой. В нынешних условиях глобальная социальная безопасность означает осознание с помощью современных наук увеличивающихся видов опасностей, распознание их угроз, выработку властными органами разных уровней системы мер безопасности и, конечно, практические действия по предотвращению состояний опасности и минимизации эффектов угроз.

Во взаимозависимом мире возникает единый социальный узел проблем для всех жителей планеты. Глобализация делает одинаково взаимоуязвимыми перед новыми угрозами большие и малые, богатые и бедные, материковые и островные общества и страны. Обратим внимание на оценку ситуации, данную еще двадцать лет назад Чингизом Айтматовым: "...Нынешнее поколение людей приперто к стене. Существуют такие проблемы, когда нереалистично пытаться не только решить, но и осмыслить их, не считаясь с интересами других (разумеется, при соблюдении равной безопасности)" [11] .

В глобально зависимом мире национальная безопасность отдельной страны, выстроенная на принципах закрытых систем, становится неэффективной. Трагедия 11 сентября в США стала возможной потому, что национальная система безопасности США, оставаясь замкнутой в глобализирующемся мире, жестко ориентированная только на реализацию национальных интересов относительно небольшой в мировых масштабах группы граждан, не воспринимала извне, в том числе из России, сигналы о неадекватности этой системы, о растущей на почве глобальных диспаритетов и дискриминаций угрозе глобального био- и технотерроризма.

Сентябрьские события заставят и уже заставляют промышленно развитые страны пересмотреть концепции и доктрины национальной безопасности. Они должны стать в большей степени социально зависимыми и гибкими, открытыми для взаимной информации. Системы национальной и коллективной безопасности приобретают стабильный характер, технологически увязываются и начинают, так же, как и экономика, работать в режиме реального времени. Мира на планете уже невозможно достичь на основе доминирования одного или группы государств. Безопасность каждого становится необходимостью всех, точно так же, как безопасность всех - делом каждого. Факторы военного, политического, экономического, духовного, культурного господства перестают быть факторами эффективной политической стабильности и устойчивого развития мировой цивилизации. В условиях действия глобальных противоречий, трансформации функций государства-нации происходит смена парадигмы безопасности: становится неэффективным военно-техническое насилие, политическое и духовное господство и повышается значение социально-экономического партнерства и мультикультурного сотрудничества. Осознание этой новой реальности социальной безопасности происходит на протяжении всего прошлого века с его печальным опытом двух мировых "горячих" и одной "холодной" мировых войн. Обратимся к мнению Пьера Аснера - известного французского политолога и философа, который пристально наблюдал за мировыми социальными трансформациями, диалектикой войны и мира на протяжении последних трех десятилетий XX века. "Мирное сосуществование необходимо более, чем когда-либо. Но отныне проблема не столько в том, как могут сосуществовать системы, коалиции или сверхдержавы, сколько в том, чтобы обеспечить сосуществование многонациональных государств или даже экономических, социальных, культурных и религиозных коллективов в повседневной жизни, и не только на национальном и континентальном, но и на местном уровне. ... Но мы знаем также, что человечество живо только за счет свободы и универсализма, что стремления, которые привели к национализму и социализму, поиск общности и идентичности, поиск равенства и солидарности будут проявляться всегда, как они проявлялись до сих пор. Именно в той мере, в какой либерализм сумеет их включить в себя и примирить одновременно с личной свободой и планетарной взаимозависимостью, у него будет шанс не потерять мир после того, как он победил в холодной войне" [12].

По сути дела, необходимо преодолеть резко обострившееся планетарное противоречие между новыми потребностями глобальной системы социальной безопасности и продолжающими действовать старыми принципами практики конкуренции и насилия. В свою очередь, оно подготовлено фундаментальными противоречиями в материальной и духовной сферах жизни общества. В материальной сфере резко возросли производственные, созидательные возможности и, как уже отмечалось выше, усилились контрасты бедности и богатства, выросли разрушительные способности. Современные технические и технологические достижения подготовили дешевые асимметричные, но достаточно эффективные средства противодействия традиционным методам завоевания военно-политического господства. Огромные армии и дорогие вооружения оказались беспомощны перед использованием гражданских технологических достижений, биоматериалов, в качестве физических и психологических факторов массового поражения населения. События в Нью-Йорке 11 сентября и последовавшая затем англо-американская операция против режима талибов в Афганистане показали мировому сообществу это новое оружие и тактику его применения. Есть все основания предполагать, что формы и границы этого латентного оружия далеко не исчерпаны. Более того, они будут расширяться по мере вызревания новых гражданских высоких технологий и их приспособления к идеологии насилия.

Характеристики

Список файлов статьи