71060-1 (746145), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Инструментами корпоративного управления выступают не только модели поведения, закрепленные в нормах корпоративного права. Такие модели (институты) содержатся и в рекомендательных документах24, они могут быть почерпнуты из так называемой наилучшей бизнес-практики, включать в себя разнообразные психологические, экономические, управленческие и иные способы воздействия на поведение человека.
Действие принципов принятия эффективного решения, минимизирующих управленческие риски, обеспечивается введением в корпоративное право конкретизирующих их правил и процедур (моделей поведения, институтов), в том числе императивных — требования о сроках и содержании информации, предоставляемой заинтересованным лицам, распределения полномочий между органами управления, привлечения независимого директора, независимого оценщика, исключения из голосования по сделкам с заинтересованностью, персональной имущественной ответственности менеджеров и членов совета директоров и т. д.
Что же касается закрепления в нормах корпоративного права приоритетности интересов одних участников корпоративных отношений перед интересами других (выражающейся в получении доступа к общему, но ограниченному ресурсу), то при формулировании соответствующих моделей поведения законодателю следует учитывать экономическую затратность выполнения устанавливаемых им правил. Перераспределение между заинтересованными лицами возможных затрат и доходов достигается, в частности, через наделение одних дополнительными правами в отношении других, перераспределение бремени доказывания и т. п.25
Следует отметить, что организующее воздействие на поведение участников корпоративных отношений оказывают не только нормы корпоративного (частного) права, но и нормы публичного права, устанавливающие, например, административную и уголовную ответственность за соответствующие правонарушения.
Подводя итог вышесказанному, вновь хотелось бы обратить внимание на, казалось бы, очевидный вывод. При заимствовании и конструировании норм корпоративного права необходимо учитывать объективные условия их применения (психологические, политические, экономические). Подбор соответствующих норм должен быть направлен, во-первых, на внедрение в систему управления компанией общих принципов принятия эффективного решения и контроля (профессионализм, беспристрастность, ответственность, информированность и др.), а во-вторых, на закрепление приоритетности интересов одних участников корпоративных отношений перед другими (за счет установления очередности получения дохода и несения затрат для получения возможности использования ресурсов компании в своем интересе).
Проблемы совершенствования законодательства в сфере корпоративного управления
Рассмотрим некоторые правовые решения, нацеленные на оптимизацию корпоративного управления, минимизацию неблагоприятных последствий конфликтов, возникающих в процессе корпоративных отношений.
О реорганизации.
На заседании Экспертного совета по корпоративному управлению при Минэкономразвития России 24 февраля 2005 г. обсуждалась Концепция развития корпоративного законодательства и корпоративного управления, подготовленная по заказу Минэкономразвития России. Заметное место отводится в Концепции вопросам реорганизации юридических лиц, которая используется в последнее время в России в качестве одного из правовых институтов для осуществления так называемых враждебных захватов бизнеса и концентрации власти над экономическими ресурсами. В частности, при обсуждении Концепции указывалось на необходимость пересмотра основополагающих идей, когда российское корпоративное законодательство вкладывается в систему, заданную Гражданским кодексом РФ (далее — ГК РФ) и построенную по принципу «отдельная организационно-правовая форма — особый федеральный закон».
Отмечалось, в частности, что в реформировании нуждается не только специальное законодательство, посвященное отдельным организационно-правовым формам, но и ГК РФ в части, посвященной реорганизации и ликвидации юридических лиц. Тех немногих норм, которые содержатся в ГК РФ и посвящены реорганизации юридических лиц (статьи 57, 68), недостаточно для регулирования отношений реорганизации. В Концепции предлагается консолидировать нормы законодательства о реорганизации и ликвидации в едином законодательном акте. При этом наиболее принципиальные нормы предлагается отразить в ГК РФ с тем, чтобы впоследствии развить их на уровне специального закона.
Действительно, российское законодательство о реорганизации и ликвидации юридических лиц нуждается в реформировании. Следует согласиться с необходимостью разработки более детальных норм о реорганизации и ликвидации. Это касается и общих, и специальных норм о реорганизации, касающихся отдельных организационно-правовых форм юридических лиц. Правильным является также подход авторов предложенной Концепции относительно того, что реформирование законодательства о реорганизации и ликвидации должно проходить в русле либерализации соответствующих экономических отношений.
Однако всякая либерализация имеет известные пределы, воплощаемые в механизмах сдерживания лиц, стремящихся к злоупотреблениям в условиях свободы. Поэтому необходимо найти и закрепить в законодательстве определенный баланс интересов лиц, связанных с реорганизацией и ликвидацией (прежде всего юридического лица и его кредиторов). Нельзя допускать перекосы в сторону тех или других участников реорганизации и ликвидации и рассчитывать на то, что в случае чего в судебном порядке ситуацию можно будет исправить.
К сожалению, российская судебная система в настоящее время еще не решила всех проблем реформирования. На государственные механизмы, включая судебную систему, следует уповать в последнюю очередь. Прежде всего регулятором отношений должен выступать закон, адекватно отражающий баланс заинтересованных лиц.
В свете отмеченного выше имеются некоторые замечания по предложениям, сделанным авторами Концепции. В частности, вызывает сомнения необходимость принятия отдельного Закона о реорганизациях. В принципе это возможно сделать. Известно, что в ряде развитых экономических стран такой Закон существует, например Японский закон о корпоративных реорганизациях № 172 от 7 июня 1952 г. (с последующими изменениями). Как правило, это те страны, в которых наряду с Гражданскими кодексами действуют Торговые кодексы либо в которых законодательные нормы некодифицированы.
Однако, на наш взгляд, принятие такого закона нецелесообразно прежде всего из соображений юридической техники. Во-первых, его принятие только усложнит процесс правоприменения: придется постоянно устанавливать соответствие норм ГК РФ, планируемого закона о реорганизациях, а также законов об отдельных организационно-правовых формах юридических лиц. Во-вторых, те же задачи можно решить и без принятия отдельного закона. Необходимо лишь расширить общие нормы о реорганизации в ГК РФ и специальные нормы о реорганизациях отдельных видов юридических лиц — в разделах ГК РФ об отдельных видах юридических лиц и в законах об отдельных организационно-правовых формах юридических лиц. Никакой перегрузки Кодекса не произойдет, так как количество статей о реорганизации в итоге будет невелико.
В существующую систему законодательства о реорганизациях вполне укладываются и нормы о так называемой смешанной реорганизации. (Примечание авт. На эту проблему указывалось, в частности, в разъяснении Пленума ВАС РФ: «Положения Закона об акционерных обществах, определяющие порядок их реорганизации путем слияния, присоединения, разделения или выделения (статьи 16—19), не предусматривают возможность проведения реорганизации этих обществ посредством объединения с юридическими лицами иных организационно-правовых форм (в том числе с обществами с ограниченной ответственностью) либо разделения их (выделения) на акционерное общество и юридическое лицо другой организационно-правовой формы. Слияние или присоединение двух или нескольких акционерных обществ может осуществляться в целях создания более крупного общества, а разделение (выделение) — в целях образования одного или нескольких новых акционерных обществ» — пункт 20
Постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.03 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах»26.) В ГК РФ должны быть развернуты общие нормы о пределах (допущениях и запретах) реорганизации различных организационно-правовых форм юридических лиц, а в Законах об отдельных организационно-правовых формах юридических лиц — нормы о конкретных реорганизационных цепочках данной организационно-правовой формы юридического лица.
Интересными являются предложения авторов Концепции о сокращении значимости разделительного и передаточного актов для целей определения правопреемства.
В соответствии с действующим законодательством передаточный акт или разделительный баланс утверждаются одновременно с принятием решения о реорганизации. Однако права и обязанности правопредшест-венников переходят к правопреемникам спустя определенное время — лишь в конце процедуры реорганизации, в момент государственной регистрации вновь созданного юридического лица. Время, разделяющее момент принятия решения о реорганизации и момент завершения реорганизации, особенно для крупных компаний, может определяться не месяцами, а годами, при этом в течение длительного времени разделительный баланс или передаточный акт теряют свою достоверность.
Авторы Концепции предлагают отказаться от передаточных документов для целей установления правопреемства и установить правило, по которому решением о реорганизации утверждаются лишь общие количественные и качественные параметры передаваемых прав и обязанностей. При этом исполнительный орган реорганизуемого юридического лица должен быть наделен правом утверждать в развитие указанных общих параметров конкретный перечень (а не передаточный акт, носящий двусторонний характер) передаваемых прав и обязанностей по состоянию на дату окончания реорганизации. В случае проведения реорганизации в формах слияния (присоединения) вопросы правопреемства могли бы найти отражение в договоре о слиянии (присоединении), а при реорганизации в форме преобразования, разделения, выделения правопреемство могло бы найти отражение в самом решении о реорганизации.
На наш взгляд, в случае реализации указанных предложений может укрепиться почва для злоупотреблений, поскольку общие количественные и качественные параметры передаваемых прав и обязанностей будут недостаточно конкретными. Это создаст возможность в период от принятия решения до завершения реорганизации «уводить» активы, производить их подмену, понижать их стоимость и т. п. Гарантиями против злоупотреблений в данном случае могли бы быть установленные законом ограничения по распоряжению имуществом должника в период реорганизации, например сделки с активами стоимостью более 5% — только по согласованию с заинтересованными лицами (общее собрание участников, правопреемники).
Не лишены смысла и следующие предложения авторов Концепции о настройке баланса интересов реорганизуемого юридического лица и его кредиторов.
Действующее законодательство предусматривает нормы, предоставляющие кредиторам реорганизуемого юридического лица право потребовать во внесудебном порядке прекращения или досрочного исполнения обязательств, должником по которым является реорганизуемое юридическое лицо, а также возмещения убытков. Эти нормы закрепляют безусловную защиту прав кредиторов реорганизуемого юридического лица, подчас в ущерб интересам реорганизуемого бизнеса, более того, они наделяют кредиторов экономическим правом вето на осуществление реорганизации.
Предлагается закрепить в законе правило, которое, как следует из текста Концепции, обеспечивало бы более устойчивый баланс интересов кредиторов и реорганизуемого юридического лица. За кредитором должно быть сохранено право требовать досрочного исполнения или прекращения соответствующих обязательств и возмещения убытков, однако реализовать это право он сможет только в судебном порядке. При этом суд вправе будет отказать в удовлетворении таких требований, если реорганизуемая организация или ее правопреемники докажут, что в результате реорганизации опасности ненадлежащего исполнения обязательства не возникнет. В качестве гарантий интересов кредиторов при реорганизации предлагается установить солидарную ответственность правопреемников реорганизованного юридического лица в случае, если после осуществления реорганизации хотя бы один из правопреемников окажется не в состоянии удовлетворить требования кредиторов.
Оценивая это предложение, следует отметить, что реализация прав кредиторов на досрочное прекращение обязательств и возмещение убытков действительно может стать препятствием для реорганизации должника. Право должника на реорганизацию должно быть обеспечено некоторым ослаблением возможностей кредиторов. Однако с предложением авторов Концепции также нельзя согласиться, поскольку они возлагают бремя доказывания обоснованности своих требований о досрочном прекращении обязательств и возмещении убытков на кредиторов в судебном порядке. С учетом того, что спорящие стороны могут обладать экономическим весом и политическим влиянием разной степени, прогнозировать исход большинства таких споров весьма затруднительно. Нельзя кредиторов ставить в такое положение, которое заведомо может лишить их возможности уйти из процесса реорганизации. Сама предлагаемая система является неоправданно сложной для кредиторов и повлечет сворачивание их экономической активности в целом.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
