184269 (743990), страница 7

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 7)

Самый большой прирост количества безработных (и уровня безработицы) за первое полугодие 1995 г. наблюдалось также в Ин­гушетии - 2,5 раза. При этом в некоторых регионах отмечено не­которое снижение количества безработных (и уровня безработицы): Орловская, Курская, Магаданская области, Республика Адыгея. В Москве за первое полугодие 1995 года численность безработицы и уровень безработицы практически не изменились.

Вынужденная неполная занятость наиболее остра во Влади­мирской, Ульяновской, Ивановской областях - более 15% (т.е. в два раза больше среднероссийского показателя по данным Госкомстата) занятых находились в первом полугодии 1995 г. в административных отпусках или вынужденно работали неполное рабочее время. Мини­мальна вынужденная неполная занятость в некоторых северных ре­сурсодобывающих регионах: Ненецком АО, Ямало-Ненецком АО, Якутии. В этих регионах ею охвачено менее 0,7% занятых (т.е. в 10 раз меньше чем в среднем по России).

Интересна также дифференциация регионов страны по со­ставу безработных. Первоначально основную массу безработных в России составляли женщины, лица с высшим и средним специальным образованием, лица предпенсионного возраста. Но затем в тех ре­гионах, где уровень безработицы был выше среднего, стали расти доля мужчин, доля лиц с низким уровнем образования, доля моло­дежи.

Таким образом, по составу безработных можно судить о про­двинутости того или иного региона по остроте безработицы. В тех регионах, где преобладают ”высокообразованные женщины пред­пенсионного возраста”, можно говорить лишь о начальной стадии безработицы. Уровень безработицы и напряженность на рынке труда в таких регионах как правило невелики (например, в Москве), хотя расти они могут высокими темпами (например, в Татарии). В тех регионах, где среди безработных преобладает молодежь, мужчины, лица с низким уровнем образования, проблема безработицы очень остра, но численность безработных зачастую растет медленнее, чем в среднем по стране

В общем случае все регионы Российской Федерации по ост­роте зарегистрированной безработицы можно разделить на несколько групп.

Первая группа - регионы с очень высокой безработицей. Это Ингушетия, Северная Осетия, Карачаево-Черкессия, Хабаровский край, Амурская область, Камчатская область вместе с Корякским АО. В эту же группу, по всей видимости, входит и Чеченская республика, данные по которой Федеральной службой занятости не собираются. Эти регионы отличаются высоким уровнем безработицы, высокими темпами его роста (в 2 раза выше среднероссийских), большой на­пряженностью на рынке труда. При этом самая высокая безработица - в Ингушетии и Северной Осетии и связана она в первую очередь с очень большой концентрацией беженцев и вынужденных мигрантов (более 10% - максимальный показатель по России).

Вторая группа - регионы с высоким уровнем безработицы и большой напряженностью на рынке труда (показатели превышают среднероссийские). Но темпы роста безработицы здесь средние или ниже средних. В основном это регионы северной половины европей­ской части страны. Многие из этих регионов отличаются повышенной вынужденной неполной занятостью. Лидируют здесь Владимирская и Ивановская области, где доля находящихся в административных от­пусках и не полностью использовавших рабочее время превышает 20 и 15% соответственно.

Третья группа - уровень безработицы и напряженность на рынке труда ниже среднероссийских, но темпы роста уровня безра­ботицы выше среднероссийских. Фактически по остроте безработицы эта группа средняя.

Четвертая группа - регионы с наименее острой безрабо­тицей в стране. В них уровень безработицы ниже среднего, низка напряженность на рынке труда, темпы роста безработицы ниже среднероссийских. В данной группе много северных регионов с до­бывающей промышленностью: Ханты-Мансийский АО, Ямало-Не­нецкий АО, Якутия, Магаданская область, Чукотский АО. За послед­ние годы здесь или объемы производства сократились незначительно по сравнению со среднероссийской ситуацией (округа Тюменской области, Якутия), или численность населения резко сократилась из-за миграционного оттока (Магаданская область, Чукотка). Интересно, что в группу попадают Москва и Санкт-Петербург, а также Кали­нинградская область. С вязано это с массовым созданием здесь новых рабочих мест в рыночных отраслях (торговля, банковская деятель­ность, посредническая деятельность). В итоге для покрытия дефицита работников в непрестижных отраслях (транспорт, строительство, коммунальное хозяйство) в Москве, отличающейся наибольшим де­фицитом работающих, пришлось использовать временных работников с Украины, из Белоруссии, Закавказья.

Итак, в России острая безработица имеется в регионах двух типов.

Во-первых, это регионы с высоким естественным приростом населения (Дагестан, Калмыкия, Тува, Карачаево-Черкессия, Чечня, Агинский Бурятский АО и т.п.). Здесь на рынок труда постоянно вы­ходит большое количество молодежи, тогда как количество рабочих мест в условиях экономического кризиса не только не увеличивается, но и сокращается. В особый подтип выделяются регионы, где высокий естественный прирост сочетается с массовым притоком беженцев ( Ингушетия и Северная Осетия). В регионах данного типа безработица существовала и в прошлом в виде аграрного перенаселения.

Во-вторых, депрессивные регионы, т.е. с преобладанием наиболее кризисных отраслей. На данный момент таковыми являются легкая промышленность и военно-промышленный комплекс, отли­чающиеся наибольшим сокращением объемов производства по срав­нению с концом 80-х. К этому типу относятся Ивановская, Влади­мирская, Костромская, Ярославская, Кировская и др. области, Уд­муртия, Мордовия, Марий-Эл.

Важен также вопрос сельской безработицы в России. В про­гнозах начала 90-х годов ожидался резкий всплеск безработицы в городах в итоге развала промышленности, сформировавшейся за со­ветский период (гигантские предприятия, которые работали в основ­ном на оборону, оказались неспособны адаптироваться к рыночным отношениям). Сельская же местность считалась крайне трудодефи­цитной, способной отвлечь большое количество безработных из го­родских поселений. Современная ситуация показывает, что и эти прогнозы не оправдались. Начиная с 1994 г. уровень безработицы среди сельского населения превышает аналогичный показатель для городского населения. Очень высока также напряженность на сель­ском рынке труда, т.к. свободных рабочих мест здесь практически нет. В основном сельская безработица наблюдается в регионах с вы­соким естественным приростом и в северных несельскохозяйствен­ных регионах. Так, в Ханты-Мансийском АО, в Томской области и др. уровень сельской безработицы в 2 раза превышает городской по­казатель (на конец 1995 г.). Повышенной сельской безработицей от­личаются также депрессивные сельские регионы со значительным развитием в прошлом маятниковых миграций из села в городские поселения (Ивановская, Владимирская и др. области).

Итак, развитие безработицы в России на современном этапе существенно отличается от общемировых закономерностей. При резком сокращении объемов производства (более чем в 2 раза) уро­вень безработицы с учетом незарегистрированных безработных не превышает 10%². При этом уровень безработицы в сельской мест­ности выше, чем в городских поселениях. В причинах безработицы существует значительная региональная дифференциация. Сущест­венными оказались и социальные причины (потоки беженцев и вы­нужденных переселенцев, высокий естественный прирост, значи­тельный миграционный отток), и экономические (резкий спад про­изводства в одних отраслях, незначительный - в других).

Наблюдается рост длительности безработицы.

Как уже говорилось выше, сегодняшняя информация о мас­штабах безработицы, предоставляемая Госкомстатом, занижает под­линный уровень безработицы приблизительно в 5 раз. Некоторые российские экономисты-аналитики видят в сознательном занижении уровня официальной безработицы причины финансового характера, так как Государственный фонд занятости способен сегодня обеспе­чить финансирование региональных программ занятости только при уровне безработицы не более 3%.

За низким показателем официально регистрируемой безрабо­тицы не видна, например, скрытая безработица (вынужденный дос­рочный уход на пенсию, сохранение рабочего места без реальной отработки и т.д.), что ставит необходимость подсчета макроэкономи­ческих издержек роста безработицы. Такая цена роста безработицы должна определяться в большей мере не ростом компенсационных выплат и финансированием программ занятости, а в форме потерь возможного, но не произведенного ВНП вследствие незанятости части рабочей силы. Известный американский экономист Артур Оукен математически выразил соотношение между уровнем безработицы и отставанием объема ВНП. Закон Оукена показывает, что если фак­тический уровень превышает естественный уровень безработицы на один процент, то отставание объемов ВНП составляет 2,5%. Например, попытки в 1953-1980 гг. уменьшить инфляцию путем роста безрабо­тицы создали для США потери в среднем от 6 до 18% ВНП. При другом варианте экономической политики занятость населения могла бы увеличиться на 4,5 млн. человек.

Как отмечалось выше, официальная статистическая инфор­мация о безработице далеко не адекватна реальному положению дел.

Так, в отчете Госкомстата за 1996 г. сообщается, что офици­альный статус безработного имеют 2,5 млн. человек, то есть 3,4% экономически активного населения. Такие цифры явно не соответст­вуют картине спада производства, а только подтверждают, что фак­тическую ситуацию на рынке труда определяет скрытая безработица.

Международная организация труда (МОТ) провела исследо­вание, показавшее, что уровень безработных в РФ значительно выше официально признанного. Директор МОТ Гай Стандинг, составляв­ший отчет по результатам исследования, заявил, что российские ис­точники “самым бесчеловечным образом” скрывают истинное поло­жение вещей. По данным МОТ безработица в России в 1996 г. со­ставила 9,5% (16,72 млн. чел.). Причина такого расхождения данных Госкомстата и МОТ в том, что людям не выгодно регистрироваться в качестве безработных (с уходом с номинальной работы человек ли­шается льгот), а предприятия стараются держать “мертвые души” чтобы сократить налоги.

В отчете МОТ также отмечается неуклонное снижение общего количества рабочих мест с 1980 г. при том что трудоспособное на­селение выросло. С 1990 по 1995 гг. Количество рабочих мест уменьшилось на 8,2 млн.

Одной из глубинных причин роста безработицы становится усиливающаяся дифференциация населения по доходам. Элитные слои населения, в пользу которых перераспределяется сегодня на­циональный доход, не могут сформировать мощного спроса на пред­меты массового потребления отечественного производства, что спо­собствует его стагнации и, как следствие, безработице.

В 1994 - 1995 гг. дифференциация доходов продолжала расти. При сохранении этой тенденции мы уже через два года догоним ла­тиноамериканские страны по глубине расслоения общества по до­ходам.

Однако не следует переоценивать значение безработицы как самостоятельного экономического фактора. Она достаточно условна - особенно по отношению к демографическим процессам, в рамках и при помощи которых формируется занятость населения. Сегодня демографические процессы в России проходят очень пессимистично. Из всех прогнозов в социально-экономической сфере демографи­ческие являются самыми точными в силу того, что демография как наука успешно продвинулась, используя отработанные методики и полную информацию. Так, Центр экономической конъюнктуры пра­вительства РФ и Госкомстат подготовили прогноз численности на­селения нашей страны. Население России будет продолжать умень­шаться несмотря на ощутимый миграционный прирост, уровень ко­торого зависит от экономико-политической ситуации в СНГ и обеспечения прав русскоязычного населения. В стране ускоряется старение нации, численность и удельный вес населения в возрасте моложе трудоспособного (основной источник пополнения трудовых ресурсов) сократится с 25,1 млн. человек в 1993 году до 21,4 млн. че­ловек в 2005 году (с 23,7% до 15,4%).

Это приводит к необратимым измерениям в профессиональ­ном составе трудовых ресурсов: людям в зрелом возрасте труднее сменить квалификацию, - словом, снижается мобильность трудовых ресурсов. Уже сегодня в ряде территорий Центральной и Западной России доля лиц пожилого возраста больше 30-40% и имеет тенден­цию к росту. Также в ближайшие два года произойдут изменения в численности населения в трудоспособном возрасте. В эту категорию войдет многочисленное пополнение 80-х годов при выбытии людей малочисленного поколения военных лет, что дополнительно обострит проблему занятости, в особенности для молодежи.

Итак, в связи с вышеперечисленными показателями макро­экономический спад неизбежен. Только за счет демографического фактора ВВП сократится к 2000 году на 4,8% по среднему варианту прогноза или на 8% по пессимистическому, а к 2005 году - соот­ветственно на 7% или 13%.

Таким образом, в обсуждаемых сегодня программах выхода экономики России из кризиса безработица понимается как результат и следствие экономической политики, и, следовательно, борьбе с безработицей не отводится стратегической роли в системе мер го­сударственного регулирования. Между тем, безработица уже вышла на уровень, в значительной степени предопределяющий его грядущую динамику.

Уровень безработицы, достигнутый в 1995-1996 годах, говорит за то, что кризис занятости будет продолжаться по меньшей мере в течение нескольких последующих лет. Возникнут различные соци­ально-экономические диспропорции, в том числе: резкие регио­нальные различия в динамике занятости, сегментация и маргинали­зация рынка труда. Резкий рост безработицы запустит в действие механизм дополнительного снижения деловой активности: кроме со­кращения потребительского и инвестиционного спроса рост безра­ботицы будет определяться динамикой незанятости предыдущих пе­риодов. По оценкам специалистов Министерства экономики такая так называемая "гистерезисная составляющая" составит 15-20% общего изменения безработицы. Безработица будет самовоспроизводиться и обусловит продолжительный спад, вызванный долговременной, за­стойной незанятостью: это будет дезориентировать рациональное распределение трудовых ресурсов.

Рынок труда, как и любой товарный рынок, основан на спросе и предложении. Спрос в данном случае выступает в форме потребности на занятие свободных рабочих мест и выполнения работ, а предложение- наличие незанятой рабочей силы или желание изменить место работы. Спрос и предложение осуществляются в конкурентной борьбе, с одной стороны, между работниками за занятие того или иного рабочего места или выполнение работы, а с другой стороны между работодателями за привлечение нужной рабочей силы, как по своему количественному так и качественному составу. Справедливое решение этой состязательности предполагает соблюдение целого ряда условий. Прежде всего мобильность рабочей силы, рациональное размещение производительных сил. Для нашей страны в силу большой оседлости население, вызванной национальными особенностями, характерно развитие региональных рынков труда, что может негативно сказываться на соотношении между спросом и предложением в отдельных регионах страны. С целью выравнивания положения между различными региональными рынками труда, обеспечение социальной защищенности трудящихся, проживающих в регионах с избыточными трудовыми ресурсами, на местных уровнях разрабатываются государственные программы занятости. Кроме того государство предусматривает меры финансово- кредитной, инвестиционной и налоговой политики, поощрения создания малых предприятий и применение гибких режимов труда и другие меры, способствующие сохранению и развитию системы рабочих мест.

Начнем анализ механизма рынка труда с классической концепции занятости применительно к условиям совершенной конкуренции. Под классической теорией в немарксистской экономической литературе подразумевается преимущественно теория английских и американских экономистов , базирующихся на учении, идущем от Смита и Рикардо к Маршаллу, Пигу и другим ученым, посвятившим себя разработке теории общего экономического равновесия.

Неоклассическая теория занятости предполагает построение функции совокупного спроса на труд и совокупного предложения труда, применимых к условиям совершенной конкуренции. Эти сложные функции получаются путем агрегирования функций спроса отдельно взятых предпринимателей и функции предложения отдельных работников. Субъектами на рынке труда выступать бизнес и государство, а субъектами предложения- домашние хозяйства.

Конфигурация кривой и ее отрицательный наклон показывают, что более низкой заработной плате соответствует больший спрос и наоборот.

Иначе обстоит дело с функцией предложения труда.

Характеристики

Список файлов реферата