29536-1 (735185), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Исторические проблемы всегда будут волновать нас. Историческая память это нечто вроде духовной прививки против безнравственности.

Теперь мы знаем, что деятели революции ввергли страну в бездонную пучину страдания.

Русский характер

В описаниях русского характера приходится сталкиваться все с той же противоречивостью.

Вся история России - это непрестанное становление на бескрайних просторах и в сложнейших условиях. То же самое можно сказать и о русском характере.

"В жизни каждого народа, - отмечал Н. О. Лосский, - воплощены пары противоположностей, и их особенно много среди русских людей" .

Английский исследователь М. Бэринг писал в своей книге "Русский народ": "В русском человеке сочетаются Петр Великий, князь Мышкин и Хлестаков".

Конечно, такое перечисление не исчерпывает противоречивость нашего характера, но лишь образно выражает ее. Можно предложить и другое сравнение - "Братья Карамазовы" как наш коллективный портрет.

В каждом из братьев выражен размах положительных и отрицательных черт: бескорыстие любви у Алеши, неудержимость эмоционального порыва Дмитрия, до конца идущая рефлексия Ивана, подлая маргинальность Смердякова.

Но, пожалуй, сочетание основного противоречия и великих возможностей, которые реализуются при его успешном разрешении, выразил И. Ильин:

"Не разрешена еще проблема русского национального характера: ибо доселе он колеблется между слабохарактерностью и высшим героизмом. Столетиями строили его монастырь и армия, государственная служба и семья. И когда удавалось им их дело, то возникали дивные, величавые образы: русские подвижники, русские бессребреники, претворявшие свой долг в живую преданность, а закон - в систему героических поступков; и в них свобода и дисциплина становились живым единством. А из этого рождалось еще более высокое: священная традиция России - выступать в час опасности и беды добровольцем, отдающим свое достояние и жизнь за дело Божие, всенародное и отечественное...".

Мне бы хотелось сначала обратить внимание на те свойства русского характера, которые, прежде всего, бросаются в глаза.

Взглянем на себя как бы со стороны, задавшись вопросом: за что нас любят и ненавидят?

"Таинственная русская душа" поражает как ее поклонников, так и ненавистников своей чрезмерностью по отношению ко всем установленным канонам, своим постоянным выходом за "пределы".

В положительном смысле это воспринимается как широта, размах и открытость души, устремленность к высокому, способность к подвигу и жертве, отсутствие мелочной расчетливости. Отсюда и соответствующие надежды на всемирно-историческую роль России: "Запад, - пишет немецкий автор В. Шубарт в своей книге "Европа и душа Востока", - подарил человечеству наиболее совершенные формы техники, государственности и связи, но он лишил его души. Задачей России является вернуть ее людям…''

Мне кажется, можно обозначить одним словом то, что заслуживает внимание и вызывает ненависть, этим словом будет непредсказуемость. В самом деле, чего ждать от русского расчетливым претендентам на манипуляцию людьми или просто добропорядочным обывателям, которым, хоть трава не расти во всем остальном мире, только бы дали спокойно вылизывать мостовую перед своим домом?

Даже в общем-то безобидный образ русского, который нарисовал А. К. Толстой, не может не вызывать у них раздражения:

Коль любить, так без рассудку,

Коль грозить, так не на шутку,

Коль ругнуть, так сгоряча,

Коль рубнуть, так уж сплеча.

Коли спорить, так уж смело,

Коль карать, так уж за дело,

Коль простить, так всей душой,

Коли пир, так пир горой!

Поэт умиляется этому размаху, а ненавистники морщатся: как бы ненароком мои цветочки не порвал, да мою любимую клубнику не потоптал.

Что им великая культура и бессмертные подвиги русского народа - у них перед глазами иной образ "русопята" - хмельного, сквернословящего, неопрятного, необязательного, недисциплинированного, склонного к хулиганству, нерационального и иррационального в самой своей основе.

И особый ужас вызывает то, что - в их истолковании - толпы этих вроде бы никчемных людей вдруг организуются своими тоталитарными вождями и все сметают на своем пути, не думая ни о выгоде, ни даже о сохранении жизни - это уже совсем в их головах не укладывается!

Я думаю неправильно, что вместо самопожертвования, любви к родине, добровольной самоотдачи наши критики видят здесь "архаичное общинное сознание", а душу нашу считают "тысячелетней рабой".

Что ж, каждый понимает в меру своей испорченности: если тебе не дано ничего видеть, кроме выгоды и комфорта (и, разумеется, самореализации), то все, находящееся выше твоего уровня, так соблазнительно поместить ниже его...

Однако нельзя не констатировать разрыв между его великими достоинствами и столь же большими недостатками.

Что касается достоинств, то здесь я разделяю ту же позицию, что присуща зарубежным исследователям, непредвзято относящимся к русскому характеру.

Положительные стороны русского характера - это духовность, душевность, и то, что можно обозначить как "единство в многообразии''.

Духовность проявляется в религиозности, способности, по словам Н. О. Лосского, "к высшим формам опыта" (религиозного, нравственного, эстетического), в искании высшего смысла жизни, в стремлении к абсолютному совершенству. Русский характер не мирится с конечными формами бытия (здесь сделать карьеру, здесь вскопать свой огородик), но всегда стремится пережить их в их соотношении с вечным и бесконечным.

Поэтому религиозность не следует трактовать только как распространенность определенной формы религии - православия (хотя роль последнего, как было показано, очень велика в становлении русской духовности). Она понимается гораздо более широко - как признание существования абсолютных святынь, как стремление причаститься к ним и с ними соразмерять свою жизнь.

Стремление соотнести земную жизнь с высшими ценностями порождает мессионизм и миссионизм, как определенные черты русского национального характера.

Мессия - тот, кто призван принести людям спасение. В православии ли, в идеалах ли коммунизма, в русской ли идее - отечественная духовность всегда видела наш народ таким мессией, указывающим человечеству верный путь. И в этом виделась его историческая миссия, предназначение. Сразу же возникает вопрос: хорошо это или плохо? Достоинство ли это?

Сейчас же отмечу - как бы там ни было и несмотря, ни на что - это, прежде всего достоинство.

Духовность и начинается там, где признается что-то более высокое, безусловно, святое по отношению к текущим потребностям (выгоде, комфорту, престижу). И это бесспорно присуще русскому характеру.

Мессионизм без душевности может быть жестоким и фанатичным. В русском характере целеустремленность духовности смягчается душевностью, широтой души. Душа русского человека открыта миру. Это не скопидом и не супермен, работающий под себя и ставящий себя над другими. Стремление понять и принять другого, отзывчивость на чужую боль и беду (сочувствие, жалость, доброта), терпимость и терпеливость (опять-таки, порой становящиеся чрезмерными, в ущерб себе и начатому делу) - вот в чем проявляется эта душевность.

Перед людьми жесткими, себе на уме, расчетливыми, такой характер бывает беззащитным. Но, в конечном счете, он побеждает и силу, и хитрость, ибо соединение душевности и духовности рождает еще одну особенность русского характера: способность к жертве.

Уступчивость, добровольное самоограничение вдруг оборачивается именно тем высшим героизмом, о котором говорил Ильин. Рост русской нации, ее победы над всеми, кто пытался расчленить и поработить Россию, возможны были, по словам П. Сорокина, только потому, что у русских людей всегда была "готовность жертвовать своими жизнями, судьбами, ресурсами и благополучием во имя спасения свободы, достоинства и других великих национальных ценностей".

Духовность в единстве с душевностью образуют установочную основу русского характера. Его волевые особенности проявляются в том общем свойстве, которое известно как размах. Что, собственно, стоит за этим словом? Особое отношение к препятствиям. Трудности можно преодолевать системно, целенаправленно, заранее планируя, дотошно вникая в каждую мелочь. Такой подход для русского человека не характерен. Он долго может "лежать на печи", "запрягать", отлынивать и отнекиваться. Но если его раззадорить - горы свернет. Тогда и проявляется это чувство, которое описал Алексей Кольцов:

"Разойдись рука, раззудись плечо...

По душе молодцу все тяжелое".

Можно привести великое множество примеров, когда на фоне очевидных прорех и отставании, русский человек вдруг начинает буквально совершать чудеса, причем не только в воинских подвигах. Так, в XIX столетии Россия стала производить ситцы, полотно и сукно, лучше, чем считавшиеся непревзойденными английские материалы.

Я уж не говорю о таких известных вещах, как успехи в освоении космоса, самолетостроении и т. д. И каждый раз в таких случаях приходится слышать: "Ведь можем! Когда захотим..." Взять штурмом, подковать блоху, как лесковский Левша, и снова - на печь. Ровной линии, хотя бы нормальных успехов, но во всех сферах жизни - этого у нас, увы, не было.

В указанных положительных чертах русский характер вполне соответствует русской идее. Но почему же тогда "американская мечта" сбылась, характер среднего американца соответствует ей в достаточной степени, а русская идея не реализовалась?

Попробую разобраться. Рассмотрю причины в других качествах нашего характера.

Прежде чем говорить о недостатках, так сказать, в чистом виде, укажем особые - "переходные" - свойства русского характера, которые при определенных условиях переводят наши достоинства в противоположное.

Такими качествами оказываются максимализм и слабохарактерность (как противоположность "высшего героизма" в терминологии И. Ильина), взятые в их сочетании. Устремленность к высшим идеалам в сочетании с размахом легко переходит в максимализм, в нетерпение, в желание воплотить идеал немедленно и соответственно выражается в оценке реального положения дел с точки зрения явно завышенных критериев: даешь рай на земле!

Анализируем дальше, на понятном нами персонаже.

Обломов - очень душевный человек. Но дух в этой душе не проникает дальше общих мечтаний. В реальном поведении все определяет лень. Эта лень была взлелеяна исключительными (по сравнению с другими типами культур) условиями его формирования: абсолютная любовь к ребенку, широта родной природы, спокойный и устоявшийся быт - и никаких ролевых обязанностей. Никакого функционирования - одно душевное благоволение. Кончается все трагически - несбывшимися надеждами, ранней смертью.

Если Обломов олицетворяет волевую несобранность нашего характера, уход в экзистенциальную лень от действительности, несоответствующей максимализму мечтаний, то у Ивана Карамазова мы видим максимализм не останавливающейся ни перед чем. Вспомним главу "Бунт" из "Братьев Карамазовых" - исповедь Ивана перед Алешей. Не принимает он никакой будущей гармонии, если она унавожена страданиями невинных людей. Не принимает основанного на таком страдании ни божественного, ни человеческого мироустройства. И знаменитое "все позволено" он произносит не с легким сердцем, а с предельным отчаянием.

Вот как он думает сам:

"Да и слишком дорого оценили гармонию, не по карману нашему вовсе столько платить за вход. А потому свой билет на вход спешу возвратить обратно. И если только я честный человек, то обязан возвратить его как можно заранее. Это и делаю. Не бога я не принимаю, Алеша, я только билет ему почтительнейше возвращаю". "Это бунт", - тихо и потупившись, проговорил Алеша. "Бунт? Я бы не хотел от тебя такого слова, - проникновенно сказал Иван. - Можно ли жить бунтом, а я хочу жить''.

Итак, этот мир он не принимает, бунтовать не хочет, а жить все же хочет. Не принимает он и проекта Великого инквизитора: "осчастливить" людей "сверху", манипулируя ими, лишив их свободы. Умный человек Иван, но жить он хочет. Можно ли жить при таком умонастроении? В личном плане исход неизбежно трагичен.

Было бы неверным, однако, все наши беды относить на счет трагических обстоятельств истории и недостатков волевой организации характера. В характере фиксируются установки на определенный тип поведения в определенных ситуациях,- как положительные, так и отрицательные. Стало быть, противоречивость, сочетание крайних черт могут быть отнесены не только к нашему характеру, но и к культуре в целом.

В отечественной культуре - на ее духовном уровне - положительные ценности преобладают. Относительно же характера, без которого ценности культуры не могут быть реализованы в повседневной жизни, ситуация оказалась гораздо более сложной. Не будем забывать, что не только черты Алеши Карамазова, но и его сводного брата Смердякова, увы, входят в наш характер. И "Бесы" Достоевского - вполне русские бесы, а не западные .

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

Русский человек находится во власти ложной морали, ложного идеала праведной, совершенной, святой жизни, которые ослабляли его в борьбе с соблазнами. Эту ложную мораль и ложную святость Достоевский раскрыл и предсказал их последствия, Толстой же проповедовал их.

Характеристики

Список файлов реферата