25221-1 (735077), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Марксизм. Государство и право как надстроечные явления.
Суть историко-материального подхода к государству и праву состоит в понимании этих образований в качестве надстроечных по отношению к экономической структуре общества. Уподобление государства и права надстройке – исследовательский прием, призванный доказать наличие того факта, что данные явления коренятся в «материальных жизненных отношениях», опираются на «реальный базис» и в своем бытие зависят от него.
Одна из идей марксизма в том, что: «Способ производства материальной жизни обуславливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще». К государству и праву от экономической структуры идет линия причинно-следственной зависимости. Конечную причину и решающую движущую силу всех важных исторических событий марксизм находит в экономическом развитии общества.
Марксизмом утверждается, что реальный базис (экономика) всегда остается первичным и решающим моментом для политической и юридической надстройки. Это – всеобщий закон. Конкретные его воплощения от эпохи к эпохе меняются. Например, детерминация буржуазной государственности капиталистической экономикой не является по своим формам, методам, социально-психологическим рычагам и прочим факторам копией детерминации государств античного мира производственным отношениям того времени. Даже в границах одной общественно-экономической формации решающее воздействие производственных отношений на государственный строй осуществляется на ее начальных этапах по-другому, нежели тогда, когда она клонится к закату. Дело тут в историческом «перепаде» состояний самой экономики, вследствие чего один и тот же экономический базис обнаруживает в своем проявлении, в своем влиянии бесконечные вариации и градации.
Марксистский взгляд на классовый характер государства и права производен от историко-материалистического понимания природы социальных классов и их взаимодействия. Благодаря этому пониманию делается очевиднее укорененность государства и права в «материальных жизненных отношениях», нагляднее проступает объективная общественная потребность в них на некоторых этапах истории, яснее становятся закономерности происходящих в них изменениях и т.д.
В условиях разделения общества на противоположные классы жизнедеятельность политической и юридической надстройки, взятой во всех измерениях, пронизывает и определяет интерес господствующего класса. Данный интерес присутствует как в выполнении этой надстройкой сугубо принудительных акций, прямо обусловленных наличием классовых антагонизмов, так и в выполнении ею «общих дел, вытекающих из природы всякого общества».
Марксизм рассматривает обе упомянутые роли государства и права в их неразрывном единстве, т.е. в таком состоянии, в каком они находятся в практической, эмпирической жизни. Лишь во взаимообусловленности одной роли другой можно точно распознать всю истину каждой из них. Заведование общими делами общества и выполнение функций механизма, используемого господствующим классом для подавления своих классовых противников, - вовсе не параллельно совершающиеся процессы: у них есть множество точек соприкосновения и пересечения.
В марксизме классовая борьба выступает одной из важнейших закономерностей бытия общества, расколотого на антагонистические классы. В значительной мере из-за нее аппарат государства оказывается учреждением, легитимно осуществляющим целенаправленное насилие в обществе.
Помимо карательно-репрессивной функции государства Маркс и Энгельс выявили и иные социальные свойства, иные (напрямую не связанные с насилием) способы жизнедеятельности. Однако в идеологии революционного социалистического движения почти вся совокупность воззрений Маркса и Энгельса на природу государства была сведена к формуле: «государство – организация для систематического насилия одного класса над другим (одной части населения над другой)».
Государственное право современной России:
до 21 сентября 1993 года.
21 сентября 1993 г. и последующие акции ознаменовали известный рубеж в развитии государственного права Российской Федерации, - закончился период, открывшийся актами первого Съезда народных депутатов РСФСР. Фактологическая канва этого периода должна была бы следовать таким широко обсуждавшимися средствами массовой информации событиям, как, например, конфликты между Съездом и Президентом, созыв Конституционного совещания или вердикт Конституционного Суда по делу КПСС. Однако все это не должно закрывать более глубокий фон: тенденции развития государственного права современной России, которые лишь проявляются в фактах законодательной истории, но далеко не всегда усваиваются из этих фактов текущей публицистикой.
Значительные разделы государственного права, несмотря на произведенные модификации, продолжали оставаться чем-то наследуемым с так называемых «советских времен». Но рядом с ними возникли оригинальные для России институт президентуры с подключенной сюда иерархией глав администрации, конституционная юстиция, федеративный договор, законодательство о языках и реабилитации репрессированных народов, наконец, обширные акты, построенные вокруг реализации основных прав и свобод граждан, включая сюда закон о референдуме. Между тем именно эти юридические новеллы, как ничто другое, прекрасно демонстрировали «ненадежность» и пока еще сомнительную «перспективность» государственно-правовых новообразований.
Нисколько ни умаляя значения проделанной с 1990 г. законодательной работы в области государственного права, все же рискнем заключить, что эта работа имела характер по-своему оправданного и объяснимого, но все же в немалой степени «искусственного моделирования», искусственного в том смысле, что правотворчество было слишком подчинено неким концептуальным установкам узкого круга лиц, следованию «мировым» демократическим образцам, а также преувеличенному представлению об авторитетности законов для их адресатов и связанной с этим слабой проработанности гарантий их исполнения.
Если говорить о складывающимся режиме с позиций не только российского обывателя, но и реального участника политической жизни, то наиболее лаконичной и емкой характеристикой современного режима оказалась бы болезненная зависимость изменяющегося государственного права от политической конъюнктуры, включая сюда откровенную борьбу за «право на власть», суеты своеобразно возрожденной римской «клиентеллы», сохранение отчаянного романтизма у части политических активистов и все более широкое «опохмеление» в политических и юридических анализах происшедших событий. Однако еще интереснее другое: стремление выработать некую методологию «переходного периода».
Вследствие всего этого вполне реально усомниться в тех перспективах, которые сегодняшняя конституционная доктрина и политическая практика связывают с образом «демократического правового государства», а по сути – заимствованным образом. Даже при отпадении доминировавших ранее просоциалистических начал российская государственность будет сохранять какой-то свой собственный «незападный» облик, обусловленный как историческими факторами, так и чрезвычайно противоречивыми реальностями огромной многонациональной страны. Ни историческая реституция, ни рецепция западной государственности не смогут сыграть решающей роли в становлении нового конституционного режима в России. И здесь вполне уместным кажется взглянуть на проблемы российской государственности и государственного права не с позиций определения оптимальных для России государственных форм, а совсем с иной стороны: судьбы государства в третьем тысячелетии нашей эры.
И тем не менее мы должны констатировать, что Россия, быть может, уже упустила свой исторический шанс предъявить миру новый гуманистический порядок публичного устроения. Сентябрьский кризис 1993г. вновь, уже в который раз, сокрушил зачатки российского конституционализма. И остается лишь припомнить с грустью слова русского правоведа Ф. В. Тарановского, написанные на чужбине: «Трагический исход нашей февральской революции 1917 года еще раз засвидетельствовал и подтвердил несостоятельность и пагубность отвлеченного геометрически-прямолинейного решения правовых и политических проблем вне условий пространства и времени.… Перед нами развернулся грандиозный и ужасающий эксперимент отрицательного характера. Он наглядно показывает, что основные начала права и власти, регулируемые общезначимой идеей нравственности, незыблемы как единственное средство к культурному преуспеванию человечества в его извечном стремлении к Правде Божьей».
После рассмотрения всех статей мне хочется показать свое восприятие этого сложного вопроса. Я хочу его начать со своего термина правового государства. Правовое государство – это государство, в котором общество подчинено единым законам и ни один класс, ни одна часть общества не может быть более равной перед законом, чем другая. В таком обществе не невозможно насилие одного класса над другим (одной группы людей над другой), следовательно, в идеале существуют три ветви власти: законодательная, исполнительная и судебная, которые уравновешивают друг друга. Но для того, чтобы было возможно такое государство необходимо единомыслие общества в вопросах права. Должны существовать единые для всех понятия прав, свобод, обязанностей и гражданского долга. В противном случае будут возникать разногласия между ветвями власти, так как каждая из них может рассматривать закон через призму своих чувств и желаний, не признавая других позиций. Так например, в нашей стране долго не могут принять закон о частной собственности на землю. В таком случае необходимо жесткое решение, которое может принять только президент. Я полагаю, что в субоптимальном случае правового государства возможно следующее: вся законодательная и исполнительная власть сосредоточена в руках президента и правительства, которые избираются народом. Их законы начинают приводиться в действие, если по мнению Верховного суда удовлетворяют конституции. Народ, видя государственные решения, принимаемые властью, делает вывод о том, достоин ли президент выбора на следующий срок. Такое государство не может быть приравнено к правовому, но этот вариант очень эффективен в критических для страны условиях (война, экономический кризис, революционная ситуация), в то время как правовое государство не всегда эффективно.
Перспективы развития гражданского общества.
Как быстро может завершиться процесс формирования гражданского общества в нашей стране? В условиях низкого уровня гражданской культуры и отсутствия длительное время у россиян возможности играть решающую роль в общественно-политической жизни резкий переход от тоталитарно-авторитарного общества к демократическому неизбежно привел бы к охлократии, развалу государства и парализовал бы деятельность формирующегося гражданского общества (во многом мы имеем возможность это наблюдать и сегодня).
Поэтому в течение длительного времени неизбежен переходный период тесного, часто противоречивого взаимодействия и взаимовлияния демократически сформированных органов правового государства и институтов гражданского общества. Постепенно по мере повышения культурного уровня, приобретения управленческих навыков, компетенции в суждении о важнейших общественно-государственных проблемах, граждане через институты гражданского общества будут брать на себя все больше функций государственной власти, и переходить к самоуправлению. Пока же в ходе политической реформы члены общества должны иметь гарантированную законом и обеспеченную всем механизмом реформируемой государственной структуры возможность свободно выражать свою политическую волю и повышать уровень своей гражданской культуры.
Процесс формирования гражданского общества у нас имеет свои особенности и сложности. В стране, особенно в ее центральных районах, в последние десятилетия разрушены органичные вековые связи общественной жизни, во многом утрачены народные традиции. В то же время горизонтальные связи иного типа гражданского общества) только начинают складываться. Государственные структуры, пронизывающие все общество сверху донизу, оказались в этой ситуации единственным соединяющим его основанием. В таких условиях форсированная перестройка экономики на рыночной основе, ослабление вертикальной регулирующей роли государственных структур, демократизация, федерализация и децентрализация общественного управления могут создать (и уже создают) социальный вакуум, неизбежно ведущий к серьезным экономическим и социально-политическим потрясениям. Поэтому необходим осторожный подход к разрушению вертикальных структур государственного регулирования и выбор правильной стратегии поэтапного свертывания вертикальных структур и параллельного развития горизонтальных взаимосвязей. Их генезис (горизонтальных рыночных, политических и правовых взаимоотношений) и будет процессом формирования гражданского общества.
Нельзя не учитывать, что отчуждение от собственности, от власти, психология социального иждивенчества, получившая широкое распространение в годы уравнительного "социализма", привели к появлению значительных социальных слоев, негативно относящихся к периоду перехода к рынку. В обществе, где в течение длительного времени была подорвана мотивация к труду, уровень и качество жизни в значительной мере были оторваны от конечных результатов труда людей, страх этих социальных слоев перед рынком в определенной степени закономерен. Рыночная экономика неизбежно ведет к обострению конкуренции между работниками, чего многие боятся. Но страх порождает и то, что, как показал опыт 90-х годов в России и странах Восточной Европы, процесс перехода к рынку часто приобретает неуправляемый характер, ведет к возникновению "дикого" рынка, чреват резким повышением цен, ослаблением социальной защищенности простых тружеников, ростом значительной имущественной дифференциации между различными социальными слоями общества и другими негативными явлениями. В этих условиях проблемы социальной защищенности, социальной справедливости независимо от чьей-то воли выступают, во всяком случае, в нашей стране, на первый план.
Не просто идет процесс формирования многочисленных новых общественных организаций и движений. К естественным трудностям их становления добавляется, и сознательное стремление придать им полугосударственный статус и тем самым под видом обновления сохранить старую систему. Примером здесь может служить созданный еще в СССР Крестьянский союз, который фактически объединил многих руководителей колхозов и совхозов, а не простых сельских тружеников. В то же время не всегда оправданно стремление некоторых независимых профсоюзов (например, профсоюзов горняков) добиться путем организации многочисленных забастовок, а не диалога с правительством, все новых уступок без ущемления прав и интересов рабочих других отраслей. При отсутствии нормальной налоговой системы тактика давления на любое правительство будет иметь серьезные отрицательные последствия для нашей экономики.
Серьезным препятствием на пути формирования гражданского общества является российская бюрократия. В ходе длительного исторического развития она превратилась в мощное социальное образование, функционирующее не только как внутригосударственная, но и общественная структура, заменяющая собой настоящие общественные образования экономического и социального порядка. Присвоив себе общественные функции, государственная бюрократия тем самым узурпировала их роль в качестве контрагента высшей государственной власти. Без ликвидации подобного противоестественного положения вещей развитие гражданского общества будет невозможно.
Принимая во внимание все вышеперечисленное, можно предположить, что процесс формирования гражданского общества в нашей стране будет длительным и во многом болезненным. Из мировой практики основные направления его развития известны: становление демократического механизма политической власти на основе четкого разделения ее функций, выражающего интересы разнообразных слоев населения; создание необходимых условий для перехода к рыночной экономике как основе гражданского общества; подчинение всех государственных, хозяйственных органов, структур всех политических партий закону, обеспечение его верховенства; разгосударствление собственности в самых разных формах и образование равноправных различных экономических субъектов; достижение необходимого уровня гражданской культуры, постепенное формирование навыков социально-политической деятельности в демократических условиях жизни. Без последнего, думается, основная часть населения страны окажется неспособной воспринять ценности гражданского общества, не поймет необходимости его становления и развития.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
