13408-1 (734937), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Как можно видеть, и генезис логических категорий, и рождение философии раскрывают перед нами, делают выпуклой и яркой центральную и непереходящую ее проблему - проблему соотношения, взаимозависимости сознания и реальной действительности.
Сознание и вещь. Внутренний мир человека и внешний мир. Сознание и бытие. Идеальное и материальное. Все это - вариации на одну и ту же тему.
Вокруг этого вопроса вращается вся философская проблематика. Поэтому, если проследить различные этапы и формы его постановки и решения, можно представить философию в виде некоей целостной системы, в виде своеобразного "созвездия" философских концепций и дисциплин.
Приступая к этому занятию, прежде всего отметим, что основной вопрос философии имеет две стороны - онтологическую и гносеологическую.
Когда соотношение материального и идеального, сознания и бытия рассматривают онтологически (онтология - учение о бытии), то берут их как первоосновные, взаимодействующие моменты, начала бытия. Акцент здесь, как можно видеть, делается на бытии, т. е. и сознание рассматривается как то, что есть, что "бытийствует". При этом философы стараются выяснить генезис (происхождение) того и другого, различные формы их взаимодействия, соподчинения, взаимопроникновения. По способу решения этого вопроса все философы делятся на монистов и дуалистов. Монисты исходят из признания в качестве первоосновно-го только одного начала - либо материального, либо идеального. Поэтому их и называют либо материалистами, либо идеалистами.
Материалисты считают первичной материю, а все формы идеального - сознание, волю, мышление - производными от материи, продуктом ее развития. Идеалисты, напротив, полагают идеальное первичным, а материальный мир, природу - продуктом "абсолютной идеи", "сверхразума", бессознательной космической воли и прочих видов идеального.
Дуалисты исходят из признания равноправности материального и идеального начал, их несводимости друг к другу.
Когда соотношение материального и идеального рассматривается не онтологически, а гносеологически (гносеология - учение о познании), тогда акцент делается на идеальном и речь идет о познавательном отношении между сознанием и миром, о внутреннем содержании сознания, о соответствии или несоответствии знания реальности. В одних философских концепциях преобладает оптимистическое отношение к возможностям познания, в других - пессимистическое. Иными словами, одни философы считают, что истина, верное отражение действительности возможно, а другие (их за это называют агностиками и скептиками) такую возможность отрицают.
Но это еще не все. Онтологический взгляд на соотношение идеального и материального также может быть двояким: внутренним и внешним. В одном случае философ смотрит на бытие и сознание как бы изнутри своего субъективного мира, через призму самосознания, а в другом - как бы извне, со стороны, размышляя о соотношении сознания и бытия несколько отстраненно, объективно - как это обычно делает ученый.
Субъективный онтологический взгляд, взгляд "изнутри" для каждого отдельного философа, да и для любого человека, - первичен. Это вообще - исходный момент того занятия, которое называется философствованием. Просто некоторые не замечают этого обстоятельства, принимаясь сразу рассуждать о строении "внешнего" мира, полагая, что все его характеристики и особенности даны нам непосредственно в наших ощущениях, в нашем жизненном опыте. Это позиция так называемого наивного реализма, который при более или менее серьезном размышлении об онтологических и гносеологических проблемах неизбежно приходит к серьезным противоречиям, причем именно в силу того, что изначально игнорирует субъективность своего взгляда на мир, которая рано или поздно себя проявляет.
Более пристального внимания заслуживает позиция тех философов, которые отчетливо видят, что исходным началом философствования выступает субъективный интерес человека, благодаря которому человек стремится стать "мерой всех вещей".
Начало философствования наполнено страстностью, удивлением, по выражению Аристотеля. Наиболее афористично исходность и непосредственность такого начала была выражена Р. Декартом: "Мыслю - следовательно, существую". Онтология в данном случае предстает учением о бытии особого рода - о бытии нашего духа. И только через него - о бытии вообще. Современный нам продолжатель ряда идей Декарта Э. Гуссерль (1859-1938) постоянно подчеркивал, что мир дан в философии через нашу субъективность. Ему вторил Ж. П. Сартр (1905- 1980): "В исходном пункте не может быть никакой другой истины, кроме: "Я мыслю, следовательно существую". Это абсолютная истина сознания, которое постигает самое себя". М. Хай-деггер выдвигает понятие "Dasein" (буквально - "тут бытие") как наличное сознание, анализируемое в качестве бытия.
Всех этих и других философов, начинавших философствование с анализа внутреннего мира человеческих ощущений, впечатлений, представлений, понятий, с утверждения их первичности, в философской литературе принято называть субъективными идеалистами. При этом зачастую этому названию придается негативный смысл. И напрасно: ведь эти философы брались и берутся за решение труднейшей задачи: обосновать возможность (или невозможность) соединения внутреннего мира человека с миром внешним, обосновать возможность мировоззрения, т. е. возможность (или - невозможность) увидеть и понять беспредельный мир таким, каков он есть сам по себе. Субъективные идеалисты обратили также внимание людей на то, что учение о бытии, если из него исключить чисто субъективные переживания каждой личности - ее надежды и верования, желания, страдания и радости, - неполно и неинтересно. Особенно глубоко этот аспект бытия разрабатывается в философском направлении, получившем название экзистенциализма (от позднелатинского - ex(s)istentia существование), выделяющем в качестве изначального и подлинного бытия переживание субъектом своего "бытия-в-мире".
Конечно, далеко не одни лишь субъективные идеалисты интересуются данной проблемой. Многим известна мрачная символическая картина философской ситуации соотношения субъективного и объективного миров, нарисованная великим античным философом Платоном (427-347 до н. э.), классическим объективным идеалистом, т. е. философом, признающим духовное первоначально, существующее вне и независимо от нашего сознания. Итак, платоновский образ: в некоей пещере, спиной к выходу из нее и свету, проникающему через него, сидят закованные в колодки люди. Все, что они могут видеть - это стена пещеры, на которой движутся блики и тени, вызываемые другими людьми, проходящими мимо входа в пещеру и проносящими над своими головами различные предметы. Совокупность этих искаженных образов - бликов и теней, - все, что непосредственно дано человеку в его ощущениях. И располагая вот этим искаженным, ненастоящим внутренним миром, человек должен решать для себя - есть ли кроме этого какой-то другой, "истинный", подлинный мир, а если есть, то каким образом его можно узреть.
По этому поводу в философии имеется целая гамма разнообразных точек зрения. От Платона идет традиция признания возможности увидеть и познать объективно существующий подлинный мир (у него - это "мир идей") с помощью особого познавательного способа - интуиции. В. С. Соловьев (1853-1900) так формулирует эту точку зрения: для познания основ бытия "необходим особенный способ мыслительной деятельности, которой мы назовем уже известным в философии термином умственного созерцания, или интуиции... и который составляет первичную форму истинного знания, ясно отличающуюся как от чувственного восприятия и опыта, так и от рассудочного, или отвлеченного мышления..." .
Многие философы выступают с позиции, согласно которой от большей или меньшей доли субъективности в познании объективного мира избавиться невозможно. Крайностью здесь является направление, которое носит название солипсизма. Солипсизм (от лат. solus - один, единственный и ipse - сам) несомненной реальностью признает только мыслящий субъект, все же остальное объявляется существующим лишь в сознании индивида.
Итак, взгляд на бытие "изнутри" (его можно назвать отношением "Сознания (Я) - Бытие") характеризуется исключительным плюрализмом мнений. В. И. Вернадский (1863-1945) даже порой высказывался в том смысле, что философских учений может быть столько, сколько на свете существовало и существует людей. В этом ироническом замечании, действительно, есть доля истины: ведь разнообразие сочетаний вполне реальных внутренних и внешних миров огромное. Другое дело, что в философии имеется и действует и противоположная тенденция - тенденция единения, интеграции, так как существует не только различие, но и общность человеческих ценностей. Подобно тому, как бесчисленные ручьи и реки впадают в конце концов в одно из морей или озер, так же и многообразные философские идеи и концепции образуют определенное единство.
В центре внимания философов, взирающих на бытие "изнутри", прежде всего оказываются главные человеческие ценности: надежда, вера, любовь, добро (благо, счастье), истина, красота, - все то, без чего человеческая жизнь теряет смысл. Господствующим вопросом здесь выступает кантовский вопрос: "На что я смею надеяться?"
Современный швейцарский философ Эвандро Агацци поправляет и дополняет Декарта в том смысле, что в начале философствования, философского взгляда на мир, находится не содержание некоего "чистого мышления", а содержание живого переживания. Человеческие ценности не могут быть объектами научного наблюдения, они могут приниматься как данные личного опыта, но обращение к субъекту, подчеркивает данный философ, не обязательно влечет за собой субъективность и в конечном итоге все современные методы философской рефлексии (трансцендентальный, феноменологический, аналитический) имеют своей конечной целью достижение глубокой и радикальной объективности.
Итак, философ, исходя из своей принципиальной жизненной позиции, на основе своего самосознания старается составить представление о бытии как таковом. А поскольку такое "личное" видение присутствует в любой философской системе и на любой стадии развития философии, постольку по форме своей философия обречена быть экзистенциальной и аксиологичной (аксиология - учение о ценностях). Этим философия принципиально отличается от науки, где личностный момент всячески устраняется.
Начало есть начало. Бесконечно долго на позиции "Я - Бытие" или точнее - "Сознание (Я) - Бытие" философия оставаться не может. Причин здесь две. Первая заключается в том, что содержание "Я-сознания" при более серьезном рассмотрении оказывается отнюдь не автономным и не самодостаточным, а во многом - производным от общечеловеческой культуры. Человек становится мыслящим и действующим только через активное освоение доступной ему части культуры.
Вторая причина состоит в том, что любое интуитивное озарение необходимо выразить, оформить, с тем чтобы найденная идея, исходная мировоззренческая позиция стали всеобщим достоянием или, по крайней мере, доступны не только их автору. Подобно тому, как живописец должен найти некую специфическую форму, которая передала бы зрителям его видение мира, так и философ для выражения "увиденных" им универсальных, в первую очередь, - ценностных, принципов бытия должен найти и разработать некие универсальные же формы.
Интересно то, что даже философы, которые отрицают возможность рационального познания бытия (представители так называемого иррационализма) ищут некие общезначимые формы рационального мышления для истолкования и распространения своего учения.
Поскольку любую философскую позицию можно выразить и передать только с помощью системы философских категорий, постольку из области аксиологии мы переходим в область гносеологии и содержательной (гносеологической) логики. Субъективное переводится во внешний план. Учение о познании - это не психология, а гносеология и логика, т. е. философские дисциплины, исследующие процесс объективации знания. Здесь в центре внимания оказывается точка зрения любого индивида, поскольку он принадлежит роду "Человек". Основной вопрос обретает иную, более развитую форму: "Сознание рода "Человек" - Бытие". От психологического субъекта мы переходим к субъекту социальному, от чувственно-конкретного взгляда на мир мы переходим к абстрактному взгляду: из всех общечеловеческих ценностей на первое место здесь выходит одна ценность - истина.
Главная задача гносеологии и содержательной логики - создание системы категорий и законов, которые одновременно выступают и как универсальные формы мышления, и как универсальные формы бытия. Через гносеологию мы вновь переходим к онтологии, но это не возвращение назад, к субъективной онтологии, а движение вперед - к онтологии объективной. Носителем сознания на этом, третьем этапе оказывается уже не только индивид и не только человечество, но в целом Универсум, или, по определению Б. Спинозы (1632-1677) - единая, вечная и бесконечная Субстанция, неотъемлемым свойством (атрибутом) которой является мышление.
Положение Спинозы о том, что духовное начало имманентно всему сущему, следует соединить с идеей эволюции, ставшей в наше время неопровержимым "эмпирическим обобщением". Широкоизвестным вариантом такого синтеза является философия П. Тейяра де Шардена (1881-1955), рассмотревшего путь развития сознания "от альфы до омеги", выделившего и изучившего три последовательных, качественно различных стадии эволюции целеустремленного сознания ("ортогенеза"): "преджизнь" (литосфера), "жизнь" (биосфера) и "феномен человека" (ноосфера).
Предложенное нами рассмотрение соотношения сознания и бытия тоже, как можно видеть, носит эволюционный характер. Для наглядности изобразим этапы этой эволюции, этого становления в виде следующей таблицы:
| Формы (и этап) постановки и решения вопроса о соотношении сознания и бытия | Основные вопросы философии по И. Канту | Основные философские дисциплины |
| 1. Сознание индивида (Я) - Бытие (самосознание души) | На что я смею надеяться? | Аксиология |
| 2. Сознание рода "Человек" - Бытие (самосознание культуры) | Что я могу знать? | Гносеология и логика |
| 3. Сознание как таковое - Бытие (самосознание Универсума | Что я должен делать (чтобы быть человеком)? | Праксиология |
Как можно видеть, в таблице использованы и два других знаменитых вопроса И. Канта, правда, - не в той последовательности, в какой их называет сам Кант.
Перед нами как бы три основные парадигмы философствования. Движение от одной из них к другой не есть отбрасывание предыдущей, а ее диалектическое "снятие" (включение в последующую ступень развития в качестве преобразованного и подчиненного момента). Г. Гегель (1770-1831), критикуя И. Фихте (1762-1814), утверждал, что попытка последнего дать разуму развернуть свои определения из самого себя не завершилось успехом. Начинать философию с "Я", считал он, невозможно, ибо начало должно быть наиабстрактнейшим, а "Я" есть "сознание себя как бесконечно многообразного мира". Однако и "Я" и "Бытие" могут быть как абстрактными, так и конкретными. Начиная философствование со своего, казалось бы единичного, индивидуального взгляда на мир, человек затем обнаруживает сложность своего "Я", его зависимость от общества, а далее - и от универсума вообще. Философия есть в этом смысле самосознание постоянно расширяющегося, конкретизирующегося "Я", движение от индивидуального ко все более и более коллективному субъекту.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
