9262-1 (734809), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Э. Мах, идеалист, позитивист и фидеист, также игнорировал среду, когда предложил считать инерцию взаимодействием тела со всеми телами Вселенной. Это, как раз, именно то, настоящее измышление гипотезы, о котором говорил Ньютон.
Во-первых, все известные законы взаимодействия между телами имеют вид обратных квадратов. Объединив все тела, Мах получает инерцию, которая действует мгновенно и не связана обратным квадратом даже в непосредственной близости от тела взаимодействия – Земли.
И, во-вторых, какое взаимодействие имел в виду Мах – ядерное, электромагнитное, гравитационное или то, пока неизвестное, которое действует между галактиками? Ведь «объединив» всю Вселенную, он объединяет и все взаимодействия, в том числе, и те, о которых он и не догадывается.
Однако, вот что мы можем прочитать у Дж. Нерликара [12]: «В прошлом многие физики пытались сформулировать принцип Маха количественно. В частности, Эйнштейн, занимаясь разработкой ОТО, надеялся включить принцип Маха в свою теорию. Но его попытки оказались безуспешными, и он даже стал вообще сомневаться в справедливости идеи Маха. Одними из последних попыток включить принцип Маха в теорию тяготения была предпринята Шамой, Дикке, Линден-Беллом, Бартотти, Хойлом и автором настоящей книги. Цепочка наших рассуждений начинается с формулы, связывающей массу типичной частицы с существованием всех остальных частиц во Вселенной. Следовательно, наша исходная формула дает прямое количественное выражение принципа Маха...».
Когда читаешь эту выдержку, на память приходит шутка Чехонтэ (А.П. Чехова): «подъезжая к станции, с меня слетела шляпа», поскольку «Цепочка наших рассуждений (Шамы, Дикке, Линден-Белла, Бартотти, Хойла и автора настоящей книги) началась с формулы, связывающей массу типичной частицы с существованием всех остальных частиц во Вселенной». Вот и выходит, что ехала не голова, а шляпа; впереди была не мысль, а формула. Да, любую, даже самую бредовую идею можно облечь, в конечном счете, в математику, не заботясь ни о здравом смысле, ни о физическом смысле вообще. На этом фоне призыв доктора О.Эстерле [13] о том, что физика должна строиться на причинных физических основаниях, а не на математике, особенно актуален.
Ньютон, рассматривая пример вращающегося ведра с водой, пришел к выводу о том, что возможно определение абсолютного (истинного) и относительного движений с помощью выбора начала координат. Декларируя безотносительность пространства, он не мог, да и не связывал понятий абсолютности ускоренного движения и пространства.
И, если бы он все-таки применил свою концепцию природы, объясняющую всю совокупность явлений только движением и взаимодействием тел, то непременно бы пришел к понятию всемирной среды, эфира – более тонкой материи, с которой (в случае инерции) и через которую (в случае гравитации) взаимодействуют тела. И последующим поколениям исследователей не осталось бы шансов извратить его учение.
Необходимо, однако, отметить, что впервые в мировой практике появилась работа, в которой сделана попытка объяснения механизма инерции взаимодействием движущегося тела со средой, в которой оно движется [14].
Принцип относительности Галилея.
Абсолютные и относительные движения
После того, как мы определились с инвариантами и с взаимодействием инерции, мы можем приступить к рассмотрению одного из сложнейших философских вопросов, с которым связаны аномальные отклонения в развитии физики прошедшего столетия.
Из закона инерции следует вывод: нулевому ускорению соответствует нулевая сила (и наоборот). В совокупности с третьим законом Ньютона, действию всегда противостоит равное и противоположное ему противодействие, он приводит к формулировке принципа относительности: «относительные движения друг по отношению к другу тел, заключенных в каком-либо пространстве, одинаковы, покоится ли это пространство или движется равномерно и прямолинейно без вращения» (Ньютон).
Это определение Ньютона не выдерживает критики с позиций начальных принципов, данных им самим. Пространство безотносительно, и его движение неопределимо. Следовательно, Ньютон имел в виду нечто иное: систему тел (в том числе и молекулы воздуха), получивших одно и то же ускорение и движущихся далее равномерно и прямолинейно без вращения. Теперь, внутри этой системы законы механики и динамики неотличимы от тех же законов в этой системе до получения ею ускорения.
Более корректным надо считать определение принципа относительности, данное Галилеем [15]: «в каюте корабля, движущегося равномерно и без качки, вы не обнаружите ни по одному из окружающих явлений, ни по чему-либо, что станет происходить с вами самими, движется ли корабль или стоит неподвижно».
В свое время это определение, данное Галилеем, было революционным, поскольку противоречило господствующему учению Птолемея, объяснявшему геоцентризм тем, что «Земля неподвижна, в противном случае облака и птицы отставали бы от ее движения».
С точки зрения эмпирики и наблюдений природы закон инерции и вытекающий из него принцип относительности не вызывают сомнений. Но, если взглянуть шире и обобщить эти явления на причины, механизмы и на конечность скорости взаимодействий, то можно прийти к выводу об их незаконченности, недостаточности и не окончательности.
В рамках эмпирики произошла идеализация как инерции, так и принципа относительности, поскольку подразумевается, что вид этих законов сохраняется при любой скорости тел относительно эфира. Это нельзя ставить в вину ни Галилею, ни Ньютону, ни Эйлеру, ни Лапласу и другим исследователям, работавшим до появления работ Гаусса, Вебера и Гербера по явлению запаздывания потенциала [16].
Но, как только появилась работа Гербера, исследователи обязаны были переосмыслить всю классическую механику, введя в нее динамику взаимодействий как результат конечности скорости распространения и запаздывания потенциала. Этого не произошло по субъективным причинам, перечисленным в [17].
Естественно, запаздывание потенциала должно отразиться при скоростях тел (относительно эфира) приближающихся к скорости взаимодействия на закон инерции и, следовательно, привести к несоблюдению принципа относительности Галилея. Этот вопрос не исследован.
Но, с другой стороны, Галилей и Ньютон (и их последователи) не до конца использовали открытый Галилеем принцип относительности. Ньютон, придя к выводу об абсолютности движения воды во вращающемся ведре, вернее – к абсолютности ускорения, не стал рассматривать движений внутри инерциальных систем.
Дело в том, что принцип относительности Галилея позволяет различать абсолютное и относительное движения. Это возможно лишь в рамках определенного взаимодействия в системе состоящей из двух тел. Если в изолированную (квазиизолированную) систему двух тел, взаимодействующих между собою, не вмешиваются посторонние взаимодействия, либо присутствуют взаимодействия, которыми можно пренебречь, то их движения можно считать абсолютными по отношению к центру их тяжести. Такими системами можно считать Солнце – планеты (каждая в отдельности), Земля – Луна и др. И, более того, если центр тяжести взаимодействующих тел практически совпадает с центром тяжести одного из тел, то движение второго тела можно считать абсолютным по отношению к первому. Так, за начало абсолютной системы отсчета Солнечной системы можно принять центр тяжести Солнца и движения планет считать абсолютными. И тогда: Земля вращается вокруг Солнца, но не Солнце вокруг Земли (вспомните Дж. Бруно), камень падает на Землю, но не Земля на камень и т.д.
Абсолютными движениями необходимо считать и движения тел в инерционной системе, каковой, например, является Галилеевская каюта корабля, если система отсчета неподвижна с ней.
Все остальные движения, не попадающие под определение абсолютных, необходимо считать относительными или сложными.
Институт наблюдателей
Итак, классическая физика использует всегда одного наблюдателя – мысль человека, которая имеет бесконечно большую «скорость» и рассматривает любое явление в его общей совокупности, находясь одновременно в разных его концах. Извращение этого постулата релятивистами, утверждающими, что Ньютон и его последователи якобы использовали бесконечно большую скорость взаимодействия, является подлогом.
Используя этот подлог, релятивисты ввели институт наблюдателей, которые оценивают любое явление с помощью сигналов. Сигналы должны приходить к наблюдателю с разных концов явления с некой постоянной скоростью, которая не складывается со скоростью наблюдателя. Это привело к тому, что процедура приходов сигналов к наблюдателю приводит к кажущимся искажениям длины движущегося тела, его массы и скорости течения местного времени, отнесенного к телу по отношению к наблюдателю. В зависимости от места расположения наблюдателя и его скорости по отношению к наблюдаемому телу, можно получить бесконечно большое количество результатов наблюдений.
В качестве сигналов принят свет, скорость которого принята за абсолютный инвариант. Однако прямых экспериментов, подтверждающих, что скорость света не складывается со скоростью приемника, не проведено. Такой эксперимент, например, предлагает провести Секерин [18]. Но уже звездную аберрацию можно считать доказательством того, что скорость света складывается со скоростью Земли по классической формуле сложения скоростей.
Институт наблюдателей – это фидеизм (махизм) в изощренной форме.
Об отсутствии общего принципа относительности
Принцип относительности Галилея породил у исследователей вопрос: подчиняются ли этому принципу электромагнитные явления? Это можно было бы проверить на поверхности Земли, которая выполняет в данном случае роль «каюты корабля». Но, для того, чтобы Земля выполняла эту роль, необходимо, чтобы среда, являющаяся носителем электромагнитных явлений, полностью ею увлекалась, как это происходит с воздухом каюты.
Проверкой увлечения (или не увлечения) эфира Землей занялся Майкельсон, затем Майкельсон совместно с Морли, затем Миллер и другие экспериментаторы [19].
Но, во-первых, Майкельсон, а за ним все другие экспериментаторы, кроме Миллера, совершили логическую ошибку. Они брали скорость движения Земли в космосе лишь относительно Солнца, которая составляет всего 30 км/с, в то время как в составе Солнечной системы она движется вокруг центра Галактики со скоростью ~400 км/с. Направление движения Солнечной системы можно было легко определить на звездном небе по направлению Млечного пути.
Во-вторых, поверив Лоренцу в том, что эфир не должен увлекаться Землей, Майкельсон не принял во внимание экспериментов Араго с преломляющими свет линзами и, в связи с ними, теорию Френеля о частичном увлечении эфира.
Араго наблюдавший звездную аберрацию, указывающую на то, что скорость света от звезд суммируется со скоростью движения Земли в космосе по классической формуле сложения скоростей, обнаружил, что угол поворота линз по отношению к направлению движения Земли не влияет на преломляющее свойство линз.
Френель [20] интерпретировал результаты экспериментов Араго как частичное влечение эфира Землей. Звездная аберрация при таком предположении объясняется просто. А для отсутствия влияния движения Земли на преломление в призме Френель выдвинул гипотезу о том, что «нашим земным шаром увлекается только некоторая часть этой среды, именно та, которая образует собой превышение его плотности по сравнению с окружающим эфиром». Тогда скорость света (волн эфира) должна увеличиваться не на скорость Земли, а только на скорость центра тяжести двух эфиров. Гипотеза Френеля объясняла не только одновременно два факта – существование звездной аберрации и отсутствие влияния движения Земли на оптические явления на ее поверхности, но и весь спектр оптических явлений. Это могло означать только одно: теория Френеля имеет правильные фактические и логические основания.
Эксперименты Майкельсона можно было рассматривать лишь как уточнение опытов Араго: насколько увлекается эфир на поверхности Земли. Обнаружив, что центр тяжести эфиров, увлекаемого и неувлекаемого, движется со скоростью около 3 км/с, можно было утверждать, что увлечение практически полное (теперь эту цифру можно назвать почти точно: ~99,3%).
Из экспериментов Араго и Майкельсона следовал вывод: да, в частном случае, для Земли, можно считать, что существует общий принцип относительности, поскольку на ее поверхности практически полностью увлекается эфир. Но можно ли распространять его на любые инерциальные системы, как это сделали релятивисты? Конечно нет, поскольку величина увлечения эфира полностью зависит от массы тела. И, если теперь Вы будете рассматривать движение корабля, то в его каюте общего принципа уже не существует. Это доказано интерференционными экспериментами Погани и Саньяка на вращающейся платформе, а также опытами Физо по попытке обнаружения увлечения эфира движущейся водой. Увлечение эфира вращающейся платформой и водой на фоне «плотной атмосферы» эфира на поверхности Земли (в том числе, и каютой корабля) настолько мало, что им можно пренебречь.
А это означает, что распространять принцип относительности Галилея на любые инерциальные системы нельзя, и общего принципа относительности не существует.
Можно утверждать, что примерно такой же ход рассуждений был у Г.Герца [21], поскольку он обобщил уравнения Максвелла на движение электромагнитных явлений относительно эфира со скоростью u.
Релятивистские преобразования
Преобразования для инерциальных систем Галилея исходят из геометрии Евклида (и ортогональной системы координат). В результате выполняется требование постулата о безотносительности пространства к чему-либо внешнему через геометрию действия сил, поскольку направление ускорения точно соответствует направлению силы, а противодействие точно противоположно действию.
В пику Герцу, релятивисты (Лоренц и др.) стали искать некие преобразования координат, после которых уравнения Максвелла сохраняли бы свой вид при переходе в другую инерциальную систему, движущуюся относительно первой. Это им удалось благодаря «множителю Лоренца», который следовал из френелевского коэффициента увлечения света эфиром как предельный случай полного увлечения [22].
Таким образом, релятивистские преобразования, хотят того релятивисты или нет, уже следуют из полного увлечения эфира телами как результата применения ими «множителя Лоренца». Но, как показали эксперименты, полным увлечением эфир обязан лишь массивным телам, какими являются планеты и звезды, и, следовательно, перенос действия таких преобразований на любые инерциальные системы неправомочен. И, если рассматривать движение электромагнитной системы относительно поверхности Земли (относительно неподвижного эфира на поверхности Земли), то ее законы должны описываться уравнениями Герца, а не Максвелла.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
