6372-1 (734762), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

В своей книге Яковенко впервые набросал несколько портретов этих субъектов-демонов, показав их скрытую от непосвященного взгляда жизнь и отношения.

Один из этих демонов черпает силы в природном ландшафте, другой - в геноме этноса, третий аккумулирует энергию универсалий социальной памяти, четвертый подстрекает к перманентному выходу за пределы, питаясь силой трансцендирующего порыва, и т.д. и т.д. А их совместные усилия образуют ту сложную розу ветров, которая и рождает то или иное историческое событие или состояние. Как правило, не только обыденный, но и аналитический ум склонен сводить равнодействующую силу к одному-двум "главным" факторам. Яковенко разматывает весь или почти весь клубок.

Помню, в школьные годы меня донельзя раздражала марксистская фразочка о "слепых и стихийных" силах, движущих жизнью социума, вернее, двигавших им до появления единственно правильного учения. Почему, черт возьми, слепых? Почему стихийных? Пережив крах возомнившего "законодательного разума" и последовавшую за ним панику иррационализма, научная мысль стала скромнее и глубже. Оказалось, что содержание последнего метафизического уровня исторического бытия не лежит где-то у Бога в закодированном сейфе, а растворено на сложно структурированных промежуточных уровнях реальности. И стоит только всерьез заняться этими уровнями, как возникает подозрение, что никакого сейфа и вовсе нет. А если и есть, то в нем не лежит ничего нового и интересного.

Историософия Яковенко - историософия среднего звена - выражение индифферентна к метафизике. Но зато связь средних уровней с нижним, т.е. с миром единичных фактов, выявлена блестяще. Между теоретическими моделями и пестрым конгломератом историко-культурных феноменов протягиваются многообразнейшие прямые и обратные связи. Ни одно обобщение не "повисает в воздухе", а ссылки, цитаты, исторические примеры и иллюстрации складываются в конструктивный, убедительный и не лишенный элегантности рисунок.

Современный гуманитарный дискурс переживает своеобразный пик неосинкретических тенденций. Никто ни с кем не может договориться о терминах, о границах и содержании понятий. Постмодернизм подверг саму идею установления границ снобистскому осмеянию, но легче от этого не стало. В ситуации невозможности общих конвенций единственным критерием остается убедительность оперирования терминами и понятиями тем или иным автором в рамках самостоятельного их толкования.

Понятие нации стоит в ряду "резиновых иероглифов", при упоминании которых все осознают, о чем примерно идет речь, но дать вразумительного им определения не в состоянии. Оно к тому же окрашено привкусом болезненности и нервозных реакций. Еще бы! Больной вопрос. Нужен исключительно трезвый и холодный ум, чтобы спокойно в нем разобраться. Я не вполне согласен с общим определением нации и ее исторических признаков, которые предлагает Яковенко ³ , но не могу не признать, что выстраиваемая им концепция весьма убедительна. Это не обрывочные, хотя и справедливые суждения типа "имперский народ не имеет нации". Это целостная объясняющая модель, которую вполне можно считать заявкой на самостоятельную теорию. На фоне полного, объективного и логически выстроенного анализа исторического генезиса нации и соответственно структуры и содержания национальных интересов становится особенно очевидной наивность и несостоятельность привычных подходов, известных не только по публицистическим, но и по квазинаучным контекстам, обозначающих русский народ как нацию или вводящих понятие "имперской нации".

И еще. Углубляясь в стройный, подробно развернутый анализ Яковенко вечной русской темы "Что делать?", то бишь как реализовать национальные интересы в конкретной политической практике, невольно предаешься чувству полной безнадежности. Нет в сегодняшней России таких социальных и политических сил, которые способны выйти на такой уровень понимания. Те, кто понимает, — ничего не могут сделать, ибо они - частные лица или, в лучшем случае, маргиналы политической жизни. Те, кто что-то еще может сделать, - ничего не понимают. Не понимают, по словам Макиавелли, даже тогда, когда им объясняют. А массовое сознание и обслуживающая его пишущая братия в упор не видят разницы между интересами национальными и имперскими. Многие, впрочем, из идеологических соображений скорее прикидываются, что не видят. Кого обманывают?

Закат империи всегда печален. Печальны и судьбы имперских народов, так и не ставших нациями. В последний момент будто некая пелена застилает и без того не слишком дальновидный взор тех, кто принимает решения, и тогда они отказываются воспринимать очевидное и оказываются неспособны извлекать уроки из хрестоматийно ясных исторических ситуаций. Что тогда делать пророку, который все понимает и предвидит, но не может ни до кого достучаться? Демоны знают свое дело. У них есть множество способов скрыть от человеческого интеллекта истинное положение вещей и не выпустить его из-под своего господства. Когда профессиональные ученые начинают вдруг говорить сказочными сюжетами и мифологемами вроде того, что империя тоже содержит потенциал развития личности и т.п., то это и смешно и страшно одновременно. Тогда субъективное поведение самоорганизующихся локальных подсистем культуры предстает во всей своей демонической образности. Вот как локальная культура зомбирует людей, вот как намертво привязывает она их к себе нерефлектируемыми экзистенциальными ценностями, вот какие шоры надевает она на них! И все это ради чего? Ради духовного роста самого человека? Ради вечных метафизических ценностей? Ничуть не бывало! Просто огню нужен материал, чтобы гореть - вот и все. Локальная культура ведет себя как субъект, а следовательно, как живое существо. Это значит, что она прежде всего должна выжить, затем по возможности расшириться и добиться максимального господства. А люди, включенные во владения демона, - суть материал, обеспечивающий реализацию этих задач. Ни больше, ни меньше. А вот тех, кто видит слишком много и часто пересекает границы владений, демоны не любят. Даже стоя на краю пропасти, их добродетельные подданные находят возможность кинуть камень в "отщепенцев". Вот почему самых умных и проницательных никогда не слушают.

Нам часто, с умудренным видом журя обыденное сознание, говорят, что в нынешней ситуации нет простых решений. Истинная правда! Но, что характерно, любая исторически напряженная ситуация всегда требует непростых решений, но всегда получает именно простые. Почему-то предлагающих непростые решения (а такие всегда есть) никто никогда не слушает. Будто кто-то специально следит, чтобы конкретные поворотные решения исторических коллизий не выходили за пределы определенного уровня простоты. Видимо, историческое и логическое вращаются все-таки по разным орбитам. Отрезвление и удивление приходят потом, когда становится очевидной примитивность намерений и действий, но вернуться к исходной ситуации уже невозможно. Нет сомнений, что и теперь все будет именно так. Пророк-интеллектуал бессознательно исходит из того, что совокупный исторический субъект внутренне столь же свободен в выборе ценностей и жизненной стратегии, как и он сам. Это и понятно - каждый, кто достиг определенного уровня самости и внутренней свободы, волей-неволей начинает подразумевать наличие такого же уровня в другом. Если мыслитель - личность, то и в народе, исторические судьбы которого он рассматривает, он склонен усматривать коллективную личность. Если народ дорос до буржуазной нации, то такие представления небеспочвенны. А если нет, то увы! И вот здесь нельзя недооценивать силу исторической инерции, т.е. того, насколько настоящее и будущее народа определяется его прошлым. Интеллектуал может построить всестороннюю, последовательную и кристально ясную концепцию наиболее разумных действий, но история все равно выберет простое решение, т.е. не "как лучше", а "как всегда". Демон не собирается уступать свои владения без боя и будет стоять до последнего. А самое грустное, что под конец он утаскивает в историческое небытие всех своих подданных.

При чтении книги Яковснко становится предельно ясно, что российский народ должен либо развиться до буржуазной нации, либо уйти с исторической сцены, как это случилось со всеми имперскими народами. И времени остается критически мало, ибо Запад - авангард буржуазной цивилизации - сам стоит на пороге глобальных системных изменений, ибо цивилизация буржуазной личности уже решила все свои задачи и исчерпала свой исторический потенциал. Разделенные одной исторической фазой цивилизации еще могут существовать в одном культурном пространстве. Двумя - вряд ли. Постбуржуазной (или уж не знаю, как ее назовут) цивилизации не о чем говорить с постфеодальной империей, а точнее, с ее обломками. Поэтому одна из ключевых тем в книге Яковенко - это тема модернизации. Но и здесь, читая книгу, ловишь себя на том, что ясность и убедительность разворачиваемой автором концепции разбавляется пессимистическим голосом интеллектуальной интуиции, внушающим ощущение полной безнадежности. Ах, как хочется вспомнить и перечислить все положительные тенденции сегодняшнего дня, чтобы убедить себя в возможности модернизационного прорыва.

Но, к сожалению, честный исследователь, каковым несомненно является автор, обязан видеть не отдельные тенденции, а общую картину. А она, увы, не радует. Имперский эгрегор, как проклятье истории, прочно завис над Россией и, похоже, не "рассосется", пока последняя не перестанет существовать как целое. Но и тогда модель национальных интересов, по Яковенко, не потеряет актуальности. Более того, может быть, именно тогда, когда власть демона ослабнет и мифологический туман хотя бы частично рассеется, она и станет более осуществимой в политической практике и принимаемые историей решения станут хоть чуточку менее простыми.

Список литературы

1. Яковенко И.Г. Российское государство: национальные интересы, границы и перспективы. М.,1999.

2. Пелипенко А.А., Яковенко И.Г. Культура как система. М., 1998.

Характеристики

Список файлов реферата