~1 (731180), страница 3
Текст из файла (страница 3)
В Федеральном законе "Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации" нет нормы, регламентирующей административно-властные отношения между сотрудниками. В нем имеется положение о том, что военнослужащие органов федеральной службы безопасности проходят военную службу в соответствии с законодательством о прохождении военной службы с учетом установленных этим Законом особенностей, обусловленных спецификой выполняемых ими обязанностей. Но остается без ответа вопрос; вносят ли контрразведывательная, оперативно-розыскная и разведывательная деятельность достаточную степень специфики в прохождение военной службы, чтобы определять пределы повиновения приказу согласно Закону "Об оперативно-розыскной, деятельности"? Или все же необходимо руководствоваться общевоинскими Уставами?
Такая же неопределенность имеется и в отношении сотрудников федеральных органов правительственной связи и информации. В соответствии с законом на них вне зависимости от служебного положения в случае получения от кого бы то ни было приказа или указания, противоречащего законодательству Российской Федерации, возложена обязанность выполнять только требования законодательства В то же время в законе сказано, что сотрудниками федеральных органов правительственной связи и информации являются военнослужащие, которые проходят военную службу на основании законодательства, воинских уставов, других нормативных актов и положений, регламентирующих военную службу.
Полагаю, что с учетом превалирования правоохранительных начал в деятельности органов федеральной службы безопасности в процессе осуществления собственно оперативно-розыскных мероприятий сотрудники подразделений ФСБ России должны руководствоваться Законом, призванным конкретно регулировать соответствующую сферу общественных отношений, т.е. Законом "Об оперативно-розыскной деятельности ".
Законодательно должно быть закреплено, что должностное лицо органов федеральной службы безопасности в ходе выполнения профессиональных функций подчиняется только непосредственному и прямому начальникам. В процессе оперативно-служебной деятельности взаимоотношения между начальником и подчиненным необходимо строить на основе таких определенных в законе принципов как взаимоуважение, доверие, разделение компетенции, персональная ответственность за правомерность принимаемых решений и совершаемых действий. Законодательно также необходимо закрепить обязанность сотрудника органов федеральной службы безопасности исполнять приказы, распоряжения и указания вышестоящих в порядке подчиненности руководителей, изданные в пределах их должностных полномочий, исключением преступных, т.е. предписывающих совершить действия, явно нарушающие уголовный закон и направленные на причинение вреда интересам граждан общества и государства. При сомнении в законности полученного для исполнения распоряжения он должен незамедлительно сообщить об этом в письменной форме своему непосредственному руководителю и руководителю, давшему распоряжение. В случае, если вышестоящий по должности руководитель письменно подтверждает данное распоряжение, сотрудник органов федеральной службы безопасности обязан его исполнить. Ответственность за последствия исполнения незаконного распоряжения несет подтвердивший это распоряжение руководитель. Нуждается в нормативном закреплении и указание на то, что действие сотрудника, выполнившего полученный с соблюдением установленных правил и процедуры, обязательной для исполнения, приказ, в результате чего был нанесен вред интересам личности, общества или государства, не является правонарушением.
Представляется, что в негосударственной сфере при определении рамок исполнения приказа целесообразно руководствоваться принципом, установленным законодательством применительно к пределам исполнения властных требований государственным служащими. Исходя из этого, работник обязан исполнять распоряжения вышестоящих руководителей, изданные в пределах их полномочий, за исключением незаконных. При сомнении в правомерности полученного для исполнения указания он должен незамедлительно сообщить об этом в письменной форме своему непосредственному и вышестоящему руководителям. В случае, если вышестоящий руководитель письменно подтверждает его, работник обязан его исполнить, если выполнение не влечет действий, относящихся к уголовно наказуемым деяниям.
Ответственность за последствие исполнения работником неправомерного распоряжения несет подтвердивший его руководитель. Выполнение указания, влекущего совершение уголовно-наказуемых действий, недопустимо.
Кроме того, в уголовном законе должно быть также дано определение "преступного приказа". Исходя из анализа содержания ст. 42 УК России, представляется, что при этом необходимо выделять два аспекта:
формальный (явное несоответствие действий требованиям уголовного закона) и материальный (очевидная направленность этих действий на причинение реального вреда здоровью, интересам граждан, общества и государства). В связи с этим под преступным понимается приказ или распоряжение, предписывающие совершить действия, явно нарушающие уголовный закон и направленные на причинение реального вреда интересам граждан, общества и государства.
Некоторые вопросы квалификации.
Ясно, что правовая природа деяний, исключающих уголовную ответственность, противоположна правовой природе преступлений. Преступления - это деяния, влекущие (порождающие) уголовную ответственность в силу наличия двух признаков: общественной опасности и предусмотренности уголовным законом.
Значит, у деяний, исключающих уголовную ответственность, этих признаков (или хотя бы одного) быть не должно.
На основании изложенного квалификация деяний, исключающих уголовную ответственность, должна проходить в два этапа. На первом устанавливается, предусмотрено ли деяние уголовным законом. Если не предусмотрено, то и исключать уголовную ответственность бессмысленно. На втором этапе устанавливается, отсутствует ли в деянии общественная опасность. Поскольку первый этап полностью подчиняется достаточно исследованным в теории правилам квалификации преступлений, особого разговора заслуживает лишь второй. Им, собственно, и определяется специфика квалификации деяний, исключающих уголовную ответственность.
Преступления квалифицируются по признакам состава преступления. Соответствующие признаки имеются и у деяний, исключающих уголовную ответственность. В литературе сделана попытка обозначить их совокупность как состав обстоятельств, устраняющих общественную опасность и противоправность деяния.18 Думается, однако, что здесь аналогия с составом преступления неуместна. Во-первых, она отнесена не к деянию, а к соответствующему обстоятельству. Во-вторых, в ходе анализа состав обстоятельств, устраняющих общественную опасность и противоправность деяния, заменяется составом деяния при наличии одного из обстоятельств, устраняющих общественную опасность и противоправность деяния, что, конечно же, не одно и то же, хотя подмена тезиса естественна, ибо, в отличие от любых обстоятельств, лишь деяние может быть рассмотрено с позиции объекта, субъекта, объективной и субъективной стороны.
Под составом исключения уголовной ответственности следует понимать, таким образом, совокупность необходимых и достаточных признаков, позволяющих не считать деяние, предусмотренное Особенной частью уголовного законодательства, преступлением. По признакам данного состава и нужно производить второй этап квалификации деяний, исключающих уголовную ответственность. При отсутствии любого признака деяние не может признаваться исключающим уголовную ответственность.
Каждое деяние, исключающее уголовную ответственность, характеризуется своим специальным составом. В то же время признаки, повторяющиеся во всех или многих специальных составах, образуют общий состав исключения уголовной ответственности. Последний можно установить лишь путём анализа специальных составов.
Рассмотрим признаки «обоснованного риска» и «исполнения приказа» как обстоятельств, исключающих уголовную ответственность.
В ст. 27 Основ уголовного законодательства Союза ССР и республик
вводилось новое деяние, исключающее уголовную ответственность, - оправдывающее профессиональный и хозяйственный риск. В ст. 38 опубликованного УК РФ также предусматривается оправданный хозяйственный риск в качестве обстоятельства исключающего уголовную ответственность. Состав исключения уголовной ответственности при оправданном риске включает три группы признаков. Первую группу образуют признаки, относящиеся к необходимости риска: действительность; наличность. Вторую группу - признаки, относящиеся к оправданию риска: цель - достижение общественно полезного результата; способ – причинение вреда; обстановка – невозможность достижения результата иным способом. Третью группу – признаки, относящиеся к причиняемому вреду: причинение, несмотря на принятие всех возможных мер для предотвращения; соответствие поставленной цели и необходимости риска.
Если принять во внимание как признаки рассмотренных составов исключения уголовной ответственности, так и иные деяния, исключающие уголовную ответственность, которые выделяются в теории и встречаются на практике (выполнение профессиональных функций, исполнение приказа, согласие потерпевшего и т.п.), можно вычленить три группы признаков и в общем составе исключения уголовной ответственности. Первую группу составляют признаки, относящиеся к обусловившему деяние фактору: действительность, наличность. Вторую группу – признаки, относящиеся к устранению соответствующего фактора: цель – устранение данного фактора; способ – причинение вреда. Третью группу – признаки, относящиеся к причиняемому вреду: причинение интересу, который невозможно сохранить неприкосновенным; соответствие цели и обусловившему фактору.
Однако надо отметить, что введению в уголовное законодательство некоторых деяний, исключающих уголовную ответственность, препятствуют отдельные положения его Особенной части. В ней нередко предусмотрена уголовная ответственность лишь за возможность причинения вреда соответствующим интересам, тогда как о деяниях, исключающих уголовную ответственность, можно вести речь лишь при реальном причинении вреда каким-либо интересам. В противном случае отсутствие признака общественной опасности очевидно.
Квалификация соответствующих деяний по признакам состава исключения уголовной ответственности должна происходить именно в том порядке, в котором они перечислены выше. Сначала следует проанализировать признаки, относящиеся к обусловившему деяние фактору, затем – относящиеся к его устранению, наконец – относящиеся к причиняемому вреду. Только такая последовательность способна обеспечить правильную квалификацию деяний, исключающих уголовную ответственность, ибо она отвечает логике развития соответствующего события.19 Бессистемное же исследование признаков состава чревато отрицательными последствиями.
Заключение
Изучив данные обстоятельства, можно заключить, что их включение в новый Уголовный кодекс является достаточно логическим. Ведь свободное развитие личности в формирующемся в России правовом государстве, внедрение новых технологий и т.п. не застраховано от случайностей и непознанных явлений окружающего мира. И на этом пути не обойтись без ошибок и жертв, порой и человеческих, а сущность человека такова, что он всегда готов идти на риск, но риск обдуманный, который принесет пользу и человеку, и государству. Вот поэтому государство и берет на себя часть ответственности, а индивиду дает право на риск.
И, говоря о риске, плавно хочется перейти к заключительному слову о втором обстоятельстве, рассмотренному в моей курсовой. Порой рискованные деяния совершаются руками людей, получившими приказ, который надо выполнить беспрекословно. Но в современном государстве человек не должен быть орудием в чужих руках, ему должна быть предоставлена возможность осознать отданный приказ (распоряжение), даже, если он находится на службе в специальных органах государства, где выполнение приказа играет главную роль. И не важно генерал или солдат это, или директор и служащий, любой человек должен осознавать и продумывать совершаемые им действия при нанесении ущерба рискованными действиями (бездействиями ) или отдачей и выполнением приказа.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
