144515 (727695), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Cсередина XVI в. была временем, когда в разных концах страны возводились разнообразные по типу сооружения и когда каменное строительство достигло в целом еще больших масштабов. Особенно следует отметить развитие традиций шатрового строительства, получивших воплощение во многих постройках. «Каменный шатер XVI в. сыграл в древнерусском зодчестве не меньшую роль, чем смелая конструкция Флорентийского собора в архитектуре итальянского Возрождения» [4,с.269]. Среди них - известный храм в селе Острове на Москве-реке, сохранившийся с переделками XVII в., и другие.
Известно, что деревянные шатровые храмы издавна существовали на Руси. В плане такой храм представляет квадрат (четверик), на котором на котором возводится основание шатра (восьмерик), в свою очередь увенчанное восьмигранным конусом (шатром). Писцы того времени называли шатровое здание "вверх"; например, "церковь такая-то вверх". Шатрами завершались крепостные башни, церкви, высокие "повалуши" богатых домов, "рундуки" (площадки) наружных лестниц их крылец. Первая треть XVI в. была временем развития этого стиля в каменном зодчестве, в деревянном же, как было сказано выше, он нашел распространение раньше. Шатровый стиль стал ведущим в русской архитектуре XVI - XVII веков. Достаточно сказать, что выстроенные в итальянской манере башни Кремля в XVII в. были украшены шатрами. Изящество шатровых зданий, своеобразная строгость и вместе живописность создаваемого ими ансамбля присущи как раз Московскому Кремлю и строениям Коломенского[3,стр138].
Ливонская война задержала развитие каменного строительства. К концу столетия, во время правления Бориса Годунова, начался новый его подъем.
Утонченная и аристократичная архитектура этого периода часто называется "годуновской", так становление этого стиля совпадает с годами правления, а потом и царствования Бориса Годунова. При нем строительство приобрело статус государственной задачи; образованный в 1584 году Каменный приказ стал одним из самых важных государственных учреждений. На рубеже XVI-ХVII вв., помимо итальянцев, увеличилось число английских, немецких, польских мастеров. Через них русские знакомились с европейской наукой и строительной техникой. Традиция русских «столпообразных храмов» была достойно поддержана в Московском Кремле возведением колокольни «Иван Великий» (1505-1508). В 1600 г. повелением Бориса Годунова она надстроена еще на два яруса и достигла 81 м высоты. Верхний барабан был опоясан тремя золочеными лентами фриза с надписью: «Изволением Святые Троицы повелением великого господаря царя и великого князя Бориса Федоровича всея Русии самодержца...» На перекладине креста, венчающего главу, - «Царь славы». С этой надстройкой «Иван Великий» из простой колокольной башни превратился в символ возвышения русского государства, а Соборная площадь Кремля получила законченный вид. Но и этого Годунову было мало. Сравнивая себя с библейским царем Соломоном, царь Борис задумал создать новый грандиозный храм в Кремле, который превзошел бы Успенский собор. Эта идея осталась неосуществленной, но в правление Годунова были реализованы градостроительные проекты: постройка стен и башен Белого города в Москве, Кремля в Смоленске, сооружение Борисова городка близ Можайска, каменных торговых рядов в Москве.
Село Красное на Волге, близ Костромы, было вотчиной бояр Годуновых. В 1592 г. там возведена церковь Богоявления - шатровый храм столпообразного типа, восходящий к знаменитой церкви Вознесения в Коломенском, построенной царем Василием III. В Троицком соборе Ипатьевского монастыря в Костроме (1603-1605, перестройка в 1652), демонстрирующем «годуновский стиль», повторяется карниз, отделяющий закомары от плоскости стены, впервые примененный Алевизом Новым в 1505-1509 гг. в Архангельском соборе Московского Кремля. Собор в Костроме отличают строгая выверенность пропорций, традиционное пятиглавие, кладка «как по линейке», арки с «гирьками» и «дыньками». Постройки в Вязёмах, усадьбе Годуновых близ Москвы, характеризует тот же стиль. В период «годуновского зодчества» происходила канонизация сложившихся к тому времени строительных приемов: воспроизводились традиционные композиции, в которых подчеркивались симметрия, компактность плана, строгое пропорционирование. Использовались заимствованные у итальянцев ордерные элементы, полуциркульные арки, пилястры с коринфскими капителями, классические профили карнизов. Это была канонизация русского стиля на европейский манер. Уменьшилась вариативность построек, их внешнее разнообразие, но появилось единство стиля.
Эти особенности имели не местный, московский, а общерусский характер, поэтому правильней объединять их не понятием «годуновская школа», а определением «годуновский стиль. Одним из самых ярких памятников «годуновского классицизма» был собор Вознесенского монастыря в Московском Кремле, построенный в 1580-х гг. по заказу сестры царя, Ирины Годуновой. Этот замечательный памятник архитектуры варварски уничтожен в 1929 г. Интересно, что сооружения «годуновского классицизма», не порывавшие с традициями древнерусской архитектуры, долгое время воспринимались исключительно как результат чуждого, иностранного влияния.
Из московских храмов годуновского периода можно назвать Малый (Старый) собор Донского монастыря (1591 - 1593), церковь Троицы в Хорошеве (1596 - 1598), церковь Николы Явленного на Арбате (1593; не сохранилась). Выдающимся произведением новой шатровой архитектуры был храм Бориса и Глеба, построенный по желанию Бориса Годунова в 1603 г. в Борисовском городке под Можайском. Огромный шатер этого храма, украшенный изразцами, поднимался на высоту 74 метров. Это здание существовало до конца XIX в.
К концу XVII столетия «годуновский классицизм» сменился «голицынским» и «нарышкинским» стилями
.
Однако шатровая архитектура с большим неудовольствием воспринималась официальной церковью, видевшей в ней опасный отказ от вековых традиций, от византийских форм.
Церковь толкала зодчих вернуться к формам прошлых столетий – строить храмы византийского типа по образцу московского Успенского собора конца XV в. Но то, что было выдающимся словом в зодчестве в конце XV в., теперь имело совсем иное значение после Дьякова, Коломенского, и Покровского соборов. Кроме того, всякое подражание неизбежно обрекало художников на создание сооружений, лишенных творческого решения.
Консервативные взгляды на задачи зодчества были присущи во второй половине XVI в. и самому Ивану IV, находившемуся под сильным влиянием осифлянской идеологии. По его заказу в 1568-1570 гг. был выстроен громадный собор в Вологде, упрощенно повторивший формы Успенского собора в Москве. Тяжелая массивность оказалась присуща и другому подражанию Успенскому собору – собору Троице-Сергиевой лавры, строительство которого было завершено в 1585 г.
Тем не менее, опыт великолепных построек середины XVI в. оказывал воздействие на сооружение ряда зданий и в условиях второй половины XVI в. Разнообразием форм и объемов, сочетанием шатров, башен, и куполов характерен выстроенный еще в 50-х годах XVI в. государевым мастером Андреем Малым собор Авраамиева монастыря в Ростове. Очень пышным и декоративным был возведенный в конце столетия храм в селе Вяземы; столь же интересен также относящийся к концу века Рождественский собор Пафнутьева Борисовского монастыря. Вообще следует отметить заметное оживление декоративного начала в зодчестве конца XVI в. Стройные формы и изящная отделка были присущи построенному в 1593 г. собору московского Донского монастыря.
К XVI в. сложилась общерусская архитектурная школа, началось блестящее развитие шатрового зодчества, неразрывно связанного с творчеством народных мастеров. Успехи русского зодчества середины XVI в. подготовили условия для возобновления его подъема в конце столетия и последующих новых, важных изменений в зодчестве, происшедших уже в XVII в.
2.Особенности храмовой архитектуры XVII в.
Для архитектуры ХVII в. также характерно сочетание народных традиций и новых тенденций. Процесс "обмирщения" затронул и зодчество. Начинается отход от строгих церковных канонов, усиливаются светские мотивы. Строгость, простота всё больше уступают место внешней нарядности, живописности. Несмотря на то, что церковь прилагала большие усилия, чтобы сдержать усиление светского начала, процесс «обмирщвления», как образно называли его современники, все больше превращал церкви - «дом божий» в красивые, нарядные сооружения, которые больше отвечали вкусам их заказчиков – владельцев [1, стр. 302]. Последними часто выступали в городах общины прихожан. Следует иметь в виду, что влияние церкви стало подрываться, но оставалось еще очень большим. Поэтому тяжелой была борьба светских элементов в искусстве за свое существование и развитие.
В первой половине ХVII в. в церковной архитектуре продолжают развиваться традиции шатровой архитектуры, поставленные по принципу «восьмерик на четверике». Но и здесь всё заметнее проявляется стремление к внешней нарядности, декоративности. Переходы от нижней части к шатрам стали усложняться. Строили также церкви с так называемым «кубоватым покрытием», в том числе с пятиглавыми «кубами», были ярусные покрытия, как, например, в церкви Ивана Предтечи на Широковом погосте (Пеновский район бывшей Великолукской области), были ярусные церкви, как Вознесенская церковь в Торжке, и другие. Деревянное зодчество испытало обратное влияние каменной архитектуры. Некоторые деревянные церкви строились теперь «на каменное дело» [1,с.304], подобно тому как “на деревянное дело” возводились шатровые сооружения XVI в. Таков, например, собор в городе Шенкурске Архангельской области, построенный в 1681 г.
В деревянном зодчестве с большой силой проявилась народная художественная культура. Менее связанное с потребностями и вкусами высшей феодальной знати и менее подверженное официальной церковной регламентации, деревянное зодчество воплотило в себе красочность и богатство народных талантов, характерное для XVII в. стремление к «узоречью». Религиозная идея отступала на задний план в архитектурном решении деревянных храмовых построек, уступая место живой игре форм и объемов, декоративным украшениям. Не строгую аскетическую идею, а мирскую жизнерадостность выражали живописные и нарядные храмы XVII в.
Черты «обмирщения» и проникновение народных, светских элементов в каменное строительство ярко сказалось и в церковном зодчестве. Становились длинными шеи подкупольных барабанов, а сами главки вытягивались вверх и приобретали луковичную форму. Возводились устремленные в небо шатровые храмы. Все больше карнизов, кокошников, наличников, колонок и других украшений появлялось на зданиях.
Выдающимся памятником шатрового зодчества в храмовом строительстве стала церковь Рождества Пресвятой Богородицы в Путинках в Москве, возведённая в 1649-1652 гг. Церковь богато украшена каменными узорами и увенчана пятью разновысокими шатрами. Отдельные детали церкви повторяют мотивы храма Василия Блаженного. Этот храм современники называли "каменной песенкой"[4,с. 321].
Характерным памятником этого типа в архитектуре стала церковь по заказу Д.М. Пожарского в Медведкове. Церковь отличается богатым декоративным убранством, мощным шатром. Она была построена на пожертвования князя Дмитрия Пожарского на месте молебна войска перед битвой за Москву. Также в память об освобождении Москвы и на средства Пожарского построена церковь Спаса Преображения в Пурехе. Главной достопримечательностью храма была хранившаяся здесь победная хоругвь, с которой Дмитрий Пожарский и Кузьма Минин воевали за независимость Отчизны [5,с. 12].
В г. Угличе в 1628 г. была возведена Успенская церковь Алексеевского монастыря, она также является характерной для нового стиля. В это же время возводились церковь Зосимы и Савватия в Троице - Сергиевом монастыре.
Всё чаще заказчиками церквей становятся купцы, посадские общины. Обособленность храмового зодчества от гражданского строительства начинает утрачиваться. Церкви становятся похожи на светские хоромы. Характерным образцом такого типа храмового зодчества становится церковь Живоначальной Троицы в Никитниках. Она была возведена в 1635-1653 гг. в Китай - городе по заказу богатого купца Г.Л. Никитникова. Церковь напоминает жилые хоромы своей асимметричностью, жизнерадостностью художественного облика. Церковь была украшена иконами и фресками, выполненными выдающимся русским живописцем того времени С.Ф. Ушаковым. Церковь в Никитниках оказала влияние на целый ряд построек в других городах, таких, как Вознесенский храм в Устюге, построенный по заказу купца Никифора Ревякина в 1648 г., Троицкий храм в Муроме (1642-1648 гг.).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
