Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Обещать россиянам за несколько лет создать современное капиталистическое общество еще большая утопия, чем обещания коммунистов на протяжении жизни одного поколения построить коммунизм.

Нам нужно решить наши проблемы в ближайшие годы, иначе Россия прекратит свое существование, как современное, независимое государство. Те, кто поддерживает капиталистический путь развития обычно указывают на достижения Южной Кореи, Тайваня, Сингапура, Тайланда, Малазии. Они действительно добились успехов развития экономики на пути свободного предпринимательства за 10-15 лет, но этому способствовало ряд обстоятельств, которые у нас либо отсутствуют, либо сегодня для нас не приемлемы: строгая дисциплинированность рабочих, политическая стабильность, опытные инженеры, ограничение демократии и т.д.

Путь ново индустриальных государств для нас практически закрыт, но это не исключает учета и использования их опыта. Быстрое развитие России по капиталистическому пути вызывает большие сомнения.

Россия в третий раз переживает период первоначального накопления капитала. Для этого периода характерны спекуляции и биржевые махинации, не желание и не способность организовать массовое производство товаров, легкое обогащение и банкротство, социальная не защищенность и нищета.

Из 140 стран избравших путь капиталистического развития почти 1/3 не достигли и среднего уровня развития.

Наше общество не было социалистическим и не могло стать таковым, но оно не обладает предпосылками, для того чтобы стать цивилизованным капиталистическим обществом. Из этого следует, что капитализм и социализм нам не подходит.

Альтернативный путь социального развития России

По способности россиян воспринять и освоить необходимые социокультурные ценно­сти можно прогнозировать как возможность выхода из нынешнего кризиса, так и альтернативные пути развития нашего общества.

При этом социальную трансформацию России можно в виде двух составляющих:

1. ожидаемые последствия (в нашем случае речь идет о способности индивидов и социальных групп осваивать определенные ценности и институциональные средства их достижения);

2. неожидаемые последствия — последствия, которые зависят факторов, прямо не относящихся к социокультурным, но способных оказать влияние на вектор движения российского общества.

Следует ожидать, что нынешний кризис продлится довольно долго. Конкретное время выхода из него будет определятся не столько реальными программами и инициативами правящей элиты (что, конечно, важно в плане выбора не желаемой, а возможной стратегии), сколько готовностью и способностью разных социальных групп перейти к новым постиндустриальным ценностям на идеологиче­ском, поведенческом и материальном уровнях. Любое общество обладает большей или меньшей латентностью, самосохранением своих социокультурных ценностей, которым соответствуют статусы, социальной роли, поведенческие образцы. В российском обществе всегда присутствовал мощный потенциал, направленный на сохранение традиций независимо от того, отвечали ли они требованиям развития или нет. Достаточно вспомнить отмену крепостничества и столыпинские реформы, введение «военного коммунизма» и НЭП, хрущевскую «оттетепель» и косыгинские попытки структурного преобразования экономики, наконец, «перестройку» и «шокотерапию» — все они сопровождались контрреформами, во всяком случае, мощным противодействием. Нынешний переход от индустриальных к постиндустриальным ценностям по своим масштабам несопоставим со всеми предшествующими реформами. Кроме того, как было отмечено выше, в течение многих десятилетий тоталитарный режим объективно препятствовал зарождению социокультурных предпосылок для этого перехода. Реальность нынешнего кризиса такова, что даже та часть общества, которая идеологиче­ски «созрела» до того, чтобы жить по-новому, «по-постин­дустриальному», сделать это не может из-за отсутствия необходимых поведенческих и материальных оснований. Но ведь есть и другая часть общества, которая активно вы­ступает за сохранение индустриальных ценностей, в луч­шем случае, за их некоторое обновление.

Отсюда следует самый благоприятный прогноз. Русское чудо по типу японского или немецкого, по нашему мне­нию, исключено — там для этого были необходимые пред­посылки в виде социокультурных ценностей. Однако стра­на может выйти из кризисного развития и плавно, без скачков начать движение в направлении постиндустри­альных ценностей и в конечном итоге войти в мировое постиндустриальное сообщество. Это может произойти при двух непременных условиях. Первое — успешное формирование механизма социального контроля, обеспе­чивающего доминирование постиндустриальных ценно­стей и институциональных средств их достижения. Второе — восстановление основных агентов социализации и ориен­тирование их на постиндустриальные ценности.

Восстановление и реорганизация (в плане гуманизации и рационализации) механизма социального контроля должны, в конечном счете, свести к минимуму дисфункциональность нынешних структур и обеспечить нормальное функционирование новых структур, возникших и продол­жающих появляться как реакция на внедрение в россий­ском обществе новых социокультурных ценностей. Для этого повседневно возникающие новации в структурах и их функциях, в поведении различных социальных групп должны соединиться с адекватной политикой правящей элиты. Эта политика не может свестись к очередному вы­движению «революционных» идеалов, продиктованных интересами момента прихода к власти. Ей также чуждо требование новых жертв. По своей сущности она должна быть адекватна рациональным ценностям постиндустриа­лизма, которые необходимо декларировать и всемерно поддерживать на государственном уровне, имея целью на этой основе двигаться к общественному согласию, к выра­ботке общепризнанных мотивов поведения.

Правящей элите надо научиться сочетать особенно на начальном этапе неизбежно возникающие противополож­ные последствия от одних и тех же структур, которые для некоторых групп могут быть функциональны, а для дру­гих — дисфункциональны. Так, вряд ли рационально от­вергать вообще систему платного здравоохранения или прогрессивного налогообложения лишь на том основании, что для одних эти структуры функциональны, а для дру­гих — нет. Выход — в правовой институализации коллек­тивных переговоров между разными социальными слоями, в создании государственной системы поддержки тех, кто испытывает трудности с обретением новых статусов, с приобщением к новым социальным ролям. Страна не мо­жет отказаться от создания прогрессивных структур, со­вершенствования их функций сообразно современным ценностным ориентациям. Но она также не может отка­заться от своих граждан, нуждающихся в той или иной со­циальной защите. Сочетание этих и подобных противопо­ложностей способствовало бы тому, что вновь создаваемые структуры постепенно адаптировались по отношению к большинству социальных групп и отдельных индивидов за счет большей рациональности своих функций по сравне­нию с теми, что могут предложить старые структуры, а также за счет определенной поддержки прежних струк­тур, если их не функциональность обусловлена возникшим неравенством в отношении собственности, доходов. Это способствовало бы интеграции населения, появлению на первых порах хотя бы пассивной лояльности масс, испове­дующих индустриальные ценности, к новым структурам.

Кроме того, правящая элита не может быть безучастна к квазизападным ценностям, на основе которых формиру­ются структуры, являющиеся дисфункциональными по отношению к социальной системе в целом (например, все разрастающиеся структуры игорного бизнеса, секс услуг). Если линия на иллюминацию и ограничение деятельности подобных структур будет проводиться достаточно последо­вательно, то и в различных социальных группах распрост­ранится неприятие, во всяком случае, сформируется нега­тивное общественное мнение к суррогатным ценностям. По­степенно сформировались бы взаимоприемлемые ценност­ные ориентации, моральные стандарты, создающие обще­ственную устойчивость. В этих условиях социальная аномия по всем эмпирическим данным должна будет сократиться, что, несомненно, создаст объективные возможности для вы­хода из кризисного развития. Разумеется, механизм соци­ального контроля не может сложиться в принципе без ради­кального восстановления основных агентов социализации. Важно, чтобы дисфункциональные, побочные эффекты не нарушили общих функциональных результатов по социали­зации граждан, как это ныне имеет место.

Представляется, данный сценарий является наименее вероятным. При всех достоинствах россиян «природа по­следних», сформированная в условиях революций и тоталитаризма, предрасполагает к импульсивной, эмоцио­нально окрашенной, взрывной политической стратегии, которая с трудом сочетается с рационализмом, практи­цизмом, холодной расчетливостью, что необходимо для постиндустриальной цивилизации. Во всяком случае, для перехода к ней.

Наиболее вероятный сценарий разрешения кризиса, на мой взгляд, связан с образованием уникального и непов­торимого общества-гибрида, сочетающего в себе элементы эволюционирующих индустриально-традиционных цен­ностей и некоторых ценностей постиндустриализма, кото­рые взаимно проникают друг в друга. Для становления та­кого общества потребуется гораздо больше времени, и формироваться оно будет за счет приливов и отливов в до­минировании индустриально-традиционных и постиндуст­риальных ценностей. Данный сценарий предполагает об­щий рациональный политический курс, на который пери­одически будут оказывать влияние непредвиденные фак­торы, импульсивные попытки правящей элиты вырваться вперед, одним махом решить все проблемы с дисфункция­ми тех или иных структур. Объективно эти попытки сами могут быть дисфункциональными для экономической и политической систем, особенно для механизма поддержа­ния институциональных культурных образцов. Спад со­циальной аномии будет происходить значительно медлен­нее из-за скачков в формировании общей системы ценно­стей. Процесс восстановления и реорганизации основных агентов социализации не будет последовательным, хотя постепенно в целом они станут функциональными для большинства населения. Люди адаптируются к новым со­циальным статусам и ролям, характерным для системы с большей социальной мобильностью, с добровольной миг­рацией в поисках работы.

Возможен и наихудший сценарий. Если общество не най­дет в себе достаточных потенций для самосохранения, развития имеющихся ценностей, для усвоения ценностей постиндустриализма и пойдет по легкому пути заимствова­ния суррогатных псевдозападных ценностей, то количество дисфункциональных структур по отношению к социальной системе в целом будет постоянно расти. На этом пути выйти из кризиса невозможно. За счет дисфункций все большая часть населения будет подвержена аффективной нестабиль­ности, сопровождающей социальную аномию. Это может привести к окончательному развалу механизма социального контроля, что сделает невозможным нормальный процесс социализации, без чего общество прекращает свое существо­вание. В истории есть примеры, когда империи, обладавшие огромным экономическим и военным потенциалом, пре­кращали свое существование из-за морального разложе­ния.

Для российского общества вектором преодоления ны­нешнего кризиса является реинтеграция социокультурных ценностей, формирование общих ценностных ориентации, основанных на нравственности и рационализме. Без этого нам не помогут ни передвижки власти от одной правящей элиты к другой, ни западные долларовые инъекции, ни са­мые демократические политические и экономические структуры, взятые сами по себе, безотносительно к их ценностному содержанию.

Итак, современный кризис российского общества свои­ми корнями уходит в 60-е гг., когда появилась возмож­ность начать движение к постиндустриальным ценностям, которая, однако, не была реализована в условиях тотали­тарной системы. Для перехода от индустриальной к постиндустриальной модели развития нужен не только достаточный экономический потенциал, но и социокультурные основания в виде определенных ценностей, стату­сов, ролей.

Выдвижение идеалов, не подкрепленных социокультурными ценностями, не позволяет перескочить к по­стиндустриализму, минуя необходимый исторический пе­риод вызревания ценностей, адекватных процессу перехо­да.

Социокультурные ценности могут утверждаться в иде­ологической, поведенческой и материальной формах. От­сутствие в стране предпосылок для восприятия их индиви­дами на поведенческом и материальном уровнях приводит к тому, что западный опыт поступает к нам в квазифор­мах, огрубленных структурах и функциях.

В обозримом будущем в российском обществе будут сосу­ществовать три системы социокультурных ценностей: инду­стриально-традиционные, постиндустриальные, псевдоцен­ности западного общества. Отсутствие в стране общеприз­нанной системы ценностей и институализированных средств их достижения — главная причина социальной аномии.

Характеристики

Список файлов реферата