137959 (724195), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Прежде чем перейти к краткому обозрению смысла и духа содержащихся в Шульхан Арухе законов, приведем несколько текстов из Талмуда, которые показывают, какое огромное значение придается поучениям раввинов.
"Мой сын, к словам раввинов относись с большим вниманием, чем к словам Торы, так как в словах Торы лишь приказания и запрещения: кто же не слушается слов раввинов, достоин смерти... Кто над словами раввинов смеется, тот будет наказан в кипящих испражениях" (Талмуд, Ерубин, 21б).
"Раввины учат: если кто занимается Торой, то это маленькая добродетель, но и ничего. Кто занимается Мишной, это уже кое-что, и за это он вознаграждается; кто же занимается Гемарой, тому за это нет слишком большого вознаграждения" (там-же, Баба месиа, 33а).
Для обозначения неевреев, раввины пользуются, главным образом, следующими словами: гой - не-иудей, язычник; нокри - иноземец, чужой; акум сокращение, составленной из первых букв фразы - "служитель звезд и планет", т.е. идолопоклонник; Кути - название древнего племени, переселенного в Израиль из Ассирии и образовавшего впоследствии род самаритян, презираемых иудеями, как еретики. Все эти слова равнозначны, и очень часто, в различных изданиях Талмуда и Шульхан Аруха, в одном и том же тексте, употребляется выражение - либо гой, либо акум, либо нокри.
Приведем несколько законов, относящихся к празднованию субботы, в которую евреям, как известно, не дозволено работать, а разрешено лишь делать самое необходимое, не терпящее отлагательства. Все, что можно и чего нельзя делать в субботу, до мельчайших подробностей установлено законом. Так, в Шульхан Арухе (Орах хаим 332, 1) еврею разрешается помогать скоту при родах в субботу, акуму же при родах в субботу помогать воспрещается чем бы то ни было (там же 330, 2). Еврею разрешается в субботу кормить собак (Орах хаим 512, 1); акума же кормить запрещено (там же).
Отсюда мы видим, что в известных случаях евреи ставят скот выше нееврея. На этот счет мы находим в Талмуде весьма поучительные места: "Вы (евреи) названы людьми, но акумы людьми не почитаются (Жебамот 61а)"; в Тосафот (пояснениях к Талмуду) мы читаем - "Его (акума) семя почитается, как семя скота (Гетубот 36)", или - "Совокупление с акумами есть скотоложество (Санхедрин 76б)." В Шульхан Арухе мы находим следующий весьма характерный закон: "женщины, когда они выходят из бани (здесь говорится о "Микве" ритуальной очистительной бане), должны стараться встретить подругу с тем, чтобы первое, что они встретят по выходе из бани, не было бы нечистая вещь или акум. Если же женщина встретила все же подобную нечистую вещь, то, если она богобоязненна, она должна вновь идти в баню, чтобы очиститься". (Иоре део 198-48, хага).
Чрезвычайно лестно для неевреев, перечисление нечистых вещей в примечании (беер хетеб) к этому - закону:
"Женщина должна вымыться снова, если она сразу после бани встретила что либо нечистое - например: собаку, осла, бесноватого, акума, верблюда, свинью, лошадь или прокаженного."
Как известно, правоверному еврею разрешается держать у себя лишь нееврейскую прислугу. И вот мы читаем в Шульхан Арухе:
"В случае смерти слуги, или служанки, хозяину их не следует говорить слов участия, становясь в ряд, а должно сказать - Бог да возместит тебе убыток, как полагается в случае смерти вола или осла его. (Иоре деа 377,1)".
Это почитание неевреев наравне со скотом, или ниже скота, является базой всего еврейского религиозно-бытового законодательства, регулирующего отношение еврейства к окружающему нееврейскому населению, и вытекает из совершенно беспримерной самовлюбленности и исключительности иудеев.
"Народ Израиля лучший из рода человеческого, подобно тому, как сердце является важнейшим из органов", поучает Талмуд. Или: "Мир создан только для евреев; они - плод, остальные народы - шелуха". В другом месте Талмуд учит, что Иегова одевает каждое утро тфилн (четырехугольная коробочка, содержащая внутри священные изречения, писанные на пергаменте, и прикрепляющаяся во время молитвы ремешками ко лбу и левой руке) и что на пергаментном свитке, заключающемся в нем, написаны не обычные заповеди, а комплимент "избранному" народу: "Кто еще такой единственный народ на свете, как мой Израиль!"...
Многие могли наблюдать поведение евреев во время молитв в синагоге: какие-то странные подпрыгивания и постоянные плевки... Еврей Г. Богров в своей книге "Записки еврея" (Одесса, 1912) дает следующее объяснение этому явлению: "Евреи в патетических местах молитв несколько подпрыгивают, выражая этой мимикой желание приблизится к Богу (!). В конце каждой молитвы еврей отплевывается. Плевки эти адресуются язычникам (т.е. неевреям)".
Бросим теперь беглый взгляд на законы, относящиеся к правовым взаимоотношениям евреев с акумами, т.е. неевреями, дающими им приют в своих странах. Особенно разработаны законы о финансовых делах, и здесь иудею не только разрешается всячески надувать нееврея, но всякий убыток, причиненный нееврею, ставится еврею в заслугу, ибо "имущество акумов", как поясняет Шульхан Арух (Хошен-ха-мишпат 156, 5 хага) "равно имуществу, не имеющему хозяина". Случаи дозволенного надувательства нееврея евреем разбираются в Талмуде и в Шульхан Арухе в огромном числе, причем иудею разрешается, в случае надобности, лгать акуму, а также приносить перед судом ложную присягу и клятву, делая при этом лишь умственную поправку. Но евреям не приходится, по-видимому, особенно обременять себя подобными "умственными поправками", ибо, согласно их верованию, Иегова ежегодно, в день праздника "Иом Кипур", расторгает и делает недействительными все клятвы, данные за истекший год сынами избранного им народа. Вот текст поющейся в этот день молитвы "Коль нидре", занимающей одно из центральных мест в иудейском религиозном культе: "Во всех обетах, отречениях, конаме, киннуйе, киннузе (еврейские слова, обозначающие различные оттенки понятия "обет" и не имеющие соответствующих выражений в русском языке), также во всех клятвах, которые мы дали, клялись, закрепили, отреклись - с этого дня примирения до следующего дня примирения, который да настанет на наше благо - мы сим каемся во всем. Да будут все они расторгнуты, бессильны, недействительны, сняты с нас и уничтожены на веки. Да не будут наши обещания - обетами; от чего мы отреклись, да не будут отречениями; в чем клянемся, да не будут клятвами". Совершенно беспримерный случай религиозного допущения (если не оправдания) того, что нееврейским сознанием осуждается, как тягчайший грех клятвопреступления!
Все законы раввинов, касающиеся способов зарабатывать хлеб насущный, пропитаны презрением ко всякому физическому труду, особенно к земледелию. Раввины прямо рекомендуют еврею финансовые операции, в особенности же ведение денежных судебных процессов, подобных "неиссякаемому источнику". А, как известно, денежно-финансовая система была создана евреями, и евреями же контролируется полностью по сей день (все банки - еврейские).
Но самым отталкивающим, самым жутким для нееврейского сознания, представляющимся прямо неправдоподобным моментом еврейского религиозно-бытового законодательства является прямой призыв к физическому уничтожению нееврев при каждом удобном случае. В Талмуде постоянно встречается призыв к истреблению "лучших" и "честнейших" из иноверцев. В Шульхан Арухе, написанным в позднейшую эпоху, когда раввины сознавали необходимость известной осторожности, мы находим следующий закон:
"Тех из среды Израиля, которые отрицают Тору и пророков, велено убивать. Если имеется достаточно силы чтобы убить их открыто мечом, то так и следует поступать. В противном случае надо действовать хитростью, чтобы причинить им смерть. Например, если увидишь одного из них упавшего в колодец, а в колодце стоит лестница то поспеши вытащить лестницу и скажи: видишь, мне нужна лестница чтобы спустить сына моего с крыши и я сейчас принесу ее обратно и т.д. (Хошен-хамишпат 425, 5)".
В другой части Шульхан Аруха мы читаем:
"Акумов (т.е. неевреев), с которыми мы не находимся в состоянии войны, которые пасут мелкий скот Израиля и т.п., убивать не следует, но спасать их от смерти, когда они к ней близки, запрещено. Например, если увидишь одного из них, упавшего в море, то не вытаскивай его - даже если он хочет за это заплатить (!). Поэтому также запрещено их лечить, исключая случаи, где можно опасаться навлечь на себя их злобу, другими словами это разрешается, если нет возможности уклонится. Также разрешается пробовать на акумах лечебные средства, чтобы узнать, помогают ли они (Иоре деа 158,1)".
Довольно. Не будем больше угощаться дурной водой из мутного колодца религиозно-законодательного "творчества" раввинов. В этом беглом обозрении я сознательно упустил отталкивающую порнографию, которой пересыпаны страницы Талмуда и Шульхан Аруха. Мы также оставили в стороне всю бесконечную и нудную казуистику, характеризующую бездушный и безблагодатный формализм иудаистического мышления. Если ко всему этому прибавить, что ни один народ так крепко не держится своих религиозно-бытовых законов, как народ еврейский, - удивительно-ли что антисемитизм существует с тех пор, как и само еврейство?
4. Религиозные праздники иудаизма
Духовная сущность каждого народа проявляется с особенной яркостью в наиболее чтимых им национально-религиозных праздниках. Центрами национально-религиозной жизни евреев, их наиболее чтимыми праздниками, являются Пасха и Пурим.
Вернемся к народному эпосу Израиля. Возьмем в руки Тору и познакомимся с древними законами этих празднеств.
Книги Торы - "Бытие" и "Исход" - подробно излагают историю происхождения праздника Пасхи. Напомним вкратце описанные в этих книгах события. Один из сыновей праотца Иакова-Израиля, по имени Иосиф, был продан своими братьями в неволю. Очутившись в Египте и попав в тюрьму на почве недоразумений со своим первым хозяином, Иосиф, благодаря таланту разгадывать сны, входит в доверие к Фараону и делается своего рода хозяйственным диктатором над всем Египтом: "И поставил его (фараон) над всею землею Египетскою (Бытие 41, 43)".
В предвидении неурожайных лет, Иосиф закупает в огромном количестве хлеб, складывая его в государственных житницах. Наконец наступает предвиденный голод: "и отворил Иосиф все житницы и стал продавать хлеб Египтянам. Голод же усиливался в земле Египетской. Из всех стран приходили в Египет покупать хлеб у Иосифа, ибо голод усилился по всей земле (там же 41, 56-57)". За хлебом в Египет прибывают и братья Иосифа, некогда продавшие его в неволю. Иосиф узнает братьев, прощает их, и, в конце концов, к сделавшемуся могучим египетским царедворцем еврею переселяется в Египет все его родство. Фараон принимает сородичей Иосифа с необычайным радушием и гостеприимством. Еврейским пришельцам отводится во владение лучшая часть страны: "И поселил Иосиф отца своего и братьев своих, и дал им владение в земле Египетской, в лучшей части земли, в земле Раамсем, как повелел Фараон (там же 47, 11)". Тем временем голод в стране не прекращался. Когда у голодающего народа не стало больше серебра, чтобы платить за хлеб из казенных складов: "все Египтяне пришли к Иосифу и говорили: дай нам хлеба, зачем нам умирать пред тобою, потому что серебро вышло у нас. Иосиф сказал: пригоняйте скот ваш, и я буду давать вам за скот ваш, если серебро вышло у вас (там же 47, 15)". Но неуражай продолжал свирепствовать и по истечении еще одного голодного года пришли к Иосифу египтяне и сказали: "не скроем от господина нашего, что серебро истощилось и стада скота нашего... ничего не осталось у нас пред господином нашим, кроме тел наших и земель наших (там же 47, 18)". Пользуясь создавшимся положением, Иосиф скупает в казну всю находящуюся в частной собственности землю и самих египтян: "И народ сделал он рабами от одного конца Египта до другого (там же 47, 21)". В то время как Иосиф, путем этой удачной спекуляции, превратил весь Египет - выражаясь современным языком - в грандиозный совхоз, обрабатываемый рабским трудом коренного населения страны, еврейские пришельцы, как это явствует из текста, пользовались положением привилегированным: "И жил Израиль в земле
Египетской, в земле Гесем, и владели они ею, и плодились и весьма умножились (там же 47, 27)".
Проходит много лет. И вот в Египте разыгрывается драма, которой суждено было в последующей истории неоднократно повторится, драма, которую неизбежно переживали страны, где еврейскому паразитизму не давался своевременный и достаточно энергичный отпор: "А сыны Израилевы расплодились, и размножились, и выросли, и усилились чрезвычайно, и наполнилась ими земля та (Исход 1, 7)". Чтобы спасти народ от этого страшного еврейского засилия, египетская национальная власть в лице нового фараона принуждена принять административные меры - евреев пробуют принудить к физическому труду: "Египтяне с жестокостью принуждали сынов Израилевых к работам, и делали жизнь горькою от тяжкой работы над глиною и кирпичами и от всякой работы, к которой принуждали их жестокостью" (там же 1, 14). Исследователи древнейших судеб еврейского народа, в том числе и еврейский ученый С. Лурье, утверждают, что главным занятием Израиля уже на заре его истории было ростовщичество и что он уже в древнем мире играл могущественную роль благодаря своим денежным операциям. По-видимому, то же самое имело место и в Египте. Доведенные до отчаяния засилием "усилившихся чрезвычайно" и "заполнивших землю ту" еврейских финансистов, ростовщиков и спекулянтов, египтяне прибегают в своих национальных интересах к "антисемитским" мероприятиям и пытаются разрешить еврейский вопрос, принуждая их к продуктивному физическому труду и поставив над ними особых комиссаров - "и поставили над ним (Израилем) начальников работ (там же 1, 11)".
По началу евреи пытаются бороться против мероприятий египетской власти уклонением от возложенных на них работ и саботажем. Но когда выясняется бесполезность сопротивления, евреи во главе со своими вождями Моисеем и Аароном организованно эмигрируют из Египта, избрав новой жертвой своего паразитизма народы, населяющие богатую Палестину. Но, покидая страну, некогда столь радушно их приютившую, евреи ниспосылают на головы ее народа неисчислимые бедствия и подвергают его полному ограблению. Воспоминание о последнем проведенном в Египте вечере и составляет еврейский праздник Пасхи.
Посмотрим теперь, каким духовно-психологическим содержанием насыщено предание об этом священном для иудеев вечере. Вождю еврейской колонии в Египте, Моисею, является Иегова. Племенной бог евреев говорит, что увидел страдания народа своего в Египте, обещает вывести его из сей негостеприимной страны в другую страну, - "в землю хорошую и пространную, где течет молоко и мед, в землю Ханеев, Хетеев, Амореев, Ферезеев, Евеев и Иевусеев (там же 3, 8) и преподает ряд весьма ценных и глубоко "нравственных" наставлений. Иегова рекомендует своему народу: во-первых - покинуть страну при помощи обмана, попросив фараона освободить их на три дня от работ для принесения жертвы в пустыне, а во-вторых - обобрать на прощание египетских друзей, попросив взаймы на праздник драгоценностей и одежд: "...когда пойдете, то пойдете не с пустыми руками. Каждая женщина выпросит у соседки своей и у живущей в доме ее вещей серебрянных и вещей золотых, и одежд: и вы нарядите ими сыновей ваших и дочерей ваших, и оберете Египтян (там же 3, 21-22)". Иегова исполняет данное Моисею обещание, предварительно удовлетворив свою и своего народа кровожадную мстительность ниспосланием на Египет целого ряда с утонченным садизмом придуманных козней; помогает евреям обобрать на прощание доверчивых египтян и учреждает в память всех этих славных деяний праздник Пасхи, окружив его таинственным кровавым ритуалом и ознаменовав кровавым избиением египетских первенцев.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
