71469-1 (723991), страница 2
Текст из файла (страница 2)
В процессе занятия «умным деланием» социально-историческая составляющая христианства подвергается некоторой минимизации, личность Христа, редуцируется к Его Именем, в котором исихаст видит проявление Самого Бога. Такое отношение в Иисусу Христу хорошо вписывается в дуалистический дискурс богомилов, отрицавших религиозное значение земной жизни Христа и считавших его телесность кажущейся. Вполне соответствовали богомильскому отрицанию плоти и крайние методы аскезы, практиковавшиеся в некоторых православных монастырях. Поэтому нет ничего удивительного в том, что богомильство-мессалианство было широко распространено в византийских и балканских обителях и соседствовало с православным исихазмом, влияя на монашескую жизнь. С другой стороны богомильство размывалось монашеской практикой «умного делания», утрачивало отчетливость дуалистических воззрений.
Таким образом, сама постановка вопроса об исихастском происхождении хлыстовщины заставляет исследователя заново осмыслить гипотезу о богомильских корнях этого движения, выдвинутую еще П.И. Мельниковым-Печерским.
Мнения ученых относительно влияния богомильства на религиозные движения Древней Руси не отличаются единством. Академик Димитр Ангелов считал, что такое влияние было очень широким. По его мнению богомильские следы обнаруживаются и в ростовском восстании волхвов в 1071 г., и в движении стригольников, и в новгородско-московских ересях конца XV столетия. Ангелов особое внимание уделяет широкому распространению на Руси «Беседы Козьмы Пресвитера на новоявившуюся ересь богомилу», что, по его мнению, является свидетельством распространения в русских землях богомильской ереси.[27] Дореволюционные исследователи, помимо уже упоминавшегося нами П.И. Мельникова-Печерского, известный византинист Ф.И. Успенский[28] и Ф.И. Ильинский[29] не сомневались в богомильском влиянии на идеологию «жидовствующих». Аналогичной точки зрения придерживался и М.Г. Попруженко.[30] Однако в специальных исследованиях советских историков Н.Л. Казаковой и Я.С. Лурье,[31] посвященных еретическим движениям на Руси, версия о богомильских корнях ересей стригольников и «жидовствующих» даже не рассматривается. Отрицательный ответ на вопрос о богомильском влиянии на русские дуалистические легенды о сотворении мира дает фольклорист В.С. Кузнецова. По ее словам, «среди сочинений южнославянской письменности мы не находим памятника, по составу эпизодов и набору мотивов сколько-нибудь близкого апокрифическим сказаниям о дуалистическом миротворении русской книжной традиции».[32] Далее исследовательница пишет, что «легенда о дуалистическом миротворении в том виде, в каком она известна в древнерусской письменности (апокриф о Тивериадском море) и фольклоре, то есть как определенный набор установленных сюжетов и мотивов, не могла быть заимствована из Болгарии, как это долгое время принято было считать, она могла сложиться на основе определенных локально-этнических традиций в северо-восточной части Европы, но не в юго-западной. Болгарские легенды такого рода отличаются по набору мотивов, их своеобразие определяется иной фольклорной основой, иными «прежними воззрениями».[33] Однако, по нашему мнению, сам факт широкого распространения дуалистических легенд о миротворении оставляет вопрос о богомильстве на Руси открытым. Пролить свет на эту проблему могло бы изучение специалистами опубликованных А.А. Зализняком скрытых тексты (получившие в науке неофициальное название «Тетралогия») новонайденного Новгородского кодекса.[34] С.М. Толстая обратила внимание на то обстоятельство что эти тексты «обладают многими признаками поэтических произведений и прежде всего ритмической организацией». По мнению исследовательницы «столь значительная степень формальной упорядоченности текстов «Тетралогии», … обусловлена «суггестивным» характером и идеологической направленностью текстов, призванных воздействовать на умы и чувства адресатов, утвердить их в христианской вере и послужить для них руководством в повседневной жизни и в мировосприятии».[35] Такая конструкция позволяет говорить о культовом использовании текста. Однако до публикации прорисей текстов «Тетралогии» и окончательного выяснения вопроса о достоверности расшифровки делать какие-либо выводы преждевременно.
Если вопрос о богомильском влиянии на русскую религиозную культуру остается непроясненным, то с русским исихазмом все более-менее понятно. Через афонских монахов практика «умной молитва» попала на Русь, где особенным поклонником «умного делания» был преподобный Нил Сорский. Но учение преподобного Нила не заняло господствующего положения среди русских монахов. На Руси более популярным оказался обрядовый аскетизм Иосифа Волоцкого. Духовная практика Нила и его учеников вошла в очевидное противоречие с занявшим лидирующие позиции в русском православии «осифлянством». На фоне общей озабоченности тогдашних русских православных своей посмертной участью, побуждавшей усиленно заботиться о достойном христианском погребении и поминовении в церковных молитвах, достаточно странным выглядит завещание преподобного Нила, где он просит бросить свое тело «в пустыни, понеже изъядят е зверие и птица».[36] Параллели этому можно найти в практике жившего в XVII в. старца Капитона Даниловского, с именем которого источники устойчиво связывают происхождение хлыстовщины.[37] Последователи Нила Сорского сосредоточились, в основном в заволжских лесах, там же проходила деятельность и старца Капитона. В костромском Заволжье хлыстовская традиция локализует и деятельность легендарного основателя хлыстовщины Данилы Филипповича. Можно предположить, что ранняя хлыстовщина могла представлять собой выродившуюся в течение полутораста лет духовную традицию «заволжских старцев». Косвенным образом подтвердить существование неортодоксальной религиозности в русской монашеской среде могут помещавшиеся в рукописных сборниках чины «Како достоит проклинати списанием еретицех, еже от Манихеи приходящих святей Божии и апостолстей церкви» (далее «Како достоит») и «Устав бываемый на еже от Манихей обращающихся к чистей, истинней вере нашей християнстей» (далее «Устав»). В РГБ имеются два списка этого памятника, из собрания Троице-Сергиевой лавры, датирующихся XVII в. Характерно, что один из них находится в одном сборнике вместе с сочинениями Нила Сорского,[38] другой – в восходящем к Иосифу Волоцкому Столовом обиходнике «О трапезном покои о пиши и питии».[39]
«Устав» представляет собой собрание молитв, читавшихся при присоединении человека к Церкви из манихейской ереси. Если другие чины присоединения к Церкви еретиков, имеющиеся в этих сборниках, могли иметь практическое применение (напр. при присоединении мусульман, язычников-инородцев, протестантов-антитринитариев), то религиозных движений, исповедующих дуализм, на тот момент не имелось. Можно предположить, что переписывание этого чина вызвано необходимостью борьбы с ересью, весьма напоминавшей манихейство или богомильство. «Како достоит» представляет собой описание манихейства и богомильства, вероятно восходящее к «Беседе» Козьмы Пресвитера, сопровождавшееся анафематизмами положений или персонажей манихейской и богомильской религий. Для нас важно, что описание манихейского культа очень напоминает хлыстовские воззрения и обряды, как они описываются в ранних источниках: «…Проклинаю неглаголющих отца вседержителя творца небу и земли, и еже в них видимым всем и невидимым но точию отца небеснаго /л. 199 об./ имеющего едину будущаго область яко настоящему века и миру всем не от него бывшими, но от спротивнаго тому лукаваго миродержца, да будут проклятии. Хулящи убо святую Богородицу Марию притворне творя ся чтити тую и разумевающих всместо тоя горний ерусалим. В онь /?/ же глаголют виiде и изыде господь, и хулящих убо честный крест, лицемерствующих же чтити тот и разуждающих вместо того Христа, иже прострем, рече, руце кресное воображение назнаменающе и отвращающих же ся убо честнаго Тела и Крови /л. 200/ Христовы приятия. Приимати же тую притворене, и разумевающих вместо того глаголы Христова учения, его же глаголют подаст апостолом глаголаше: «примете и едите и пиите». И мерзоствующих убо крещение, лицемерствующих же сего о мнозе полагат и разумевающих вместо того Христа глаголюща рекоша: «яко аз есмь вода жива». И отлагающих убо соборную Церковь чтити же глаголют тую и разумевают вместо тоя своя особная сборища и собрания Ивана брата Павлова, ереси своея на их началника, да будут проклятии. /л. 200 об./ Вси предреченнии и иже тем подобная мудрствующе и отлагающим убо церкви християнския и хулящим убо святую богородицу Марию и чесный крест и свещенныя образы и спасителное крещение, и отвращающихся убо божественных Таин причастия, утробы ж младенческия сженых во оцещение, паче ж во осквернение душам приемлющих, и своея пища сими оскверняющее, да будут прокляти. Иже снеди мертвечиною оскверняющих и всякии убо отвращающися християнский пост. Во времяни же мнящагося их поста сыра и млека приемлющих, да будут проклятии. /л. 201/. Отрицающеся и превращающе и четыре евангелия Христова и святаго Павла апостола послания и вместо убо творца всех Бога верующих во глаголемаго властелина мира сего, вместо ж апостола Павла Калинкиина сына Павла чтут, и четыре убо ученики во образ четырех евангелие преемающих, инех же трех троическое имянуя имя. И да будут прокляти растливающе сестру и тещу и невестку и в первыи аннуария месяца в празник якож бы сбирающеися по вечернем же пиянстве погашают светиль плотски друг друга оскверняющеся и ни единаго ж всяко стыдящеся или сродства /л. 201 об./ или возраста. Да будут прокляти, иже никогда же с клятвою истинствующих, но ухищрением всегда лжуще и клятву преступают по треклятого Манента учению. Тако глаголющу несмь неблагоутробен яко ж Христос, ниже отрекуся отрекшася мене пред человеки но и лжущаго, ради своего спасения и еже ради страха отвергшегося своея веры с радостию приму. Аще убо не от всея душа и сия мудрствую и глаголю аз и мир, но с лицомерием створих предлежащая проклятия. Проклятие да будут ми и препроклятие в нынешнем убо веце и в будущем, и осуждена будет и да погибнет душа моя. И всегда /л. 202/ в мучениих и тартарох да устроится». Тот факт, что указанные рукописи находились в библиотеке Троице-Сергиевой лавры можно объяснить тем, что, как показывают источники, именно в селах этого монастыря фиксируется появление сектантских движений.[40]
Таким образом, для решения вопроса о происхождении христовщины имеет смысл рассматривать ее в контексте православной монашеской культуры. Сходство хлыстовщины, мессалианства и богомильства, а так же то, что неортодоксальные монашеские ереси имелись в Византии в тот период, когда исихазм стал появляться на Руси позволяет предположить определенную генетическую преемственность.
Список литературы
[1] Реутский Н. В. Люди Божьи и скопцы. Историческое исследование (из достоверных источников и подлинных бумаг). - М., 1872 -. С. 20.; Зеньковский С. А. Русское старообрядчество: духовные движения семнадцатого века. -М., 1995. - С. 483.
[2] Щапов А.П. Умственные направления русского раскола. Сочинения: В 3 т. – СПб. 1906 – 1908. - Т.2. - С. 590.
[3] Там же. С.606.
[4] Подробнее о двоеверии: Левин И. Двоеверие и народная религия. // Двоеверие и народная религия в истории России. – М.: Индрик, 2004. – С. 11 - 37., Лавров А.С В поисках народного православия. // Колдовство и религия в России. 1700 – 1740 гг. М., 2000. – С. 75 - 88
[5] Якобий П. Религиозно-психические эпидемии. // Вестник Европы. 1903. - Кн. 10 – 11. С.732 – 758, 117 – 166.
[6] В Москве и Московском уезде, Веневе, Веневском и Коломенском уездах, а также в Ярославском, Костромском, Углицком, Переяславль-Залесском и Ростовском уездах. Нечаев В.В. Дела следственных о раскольниках комиссий в XVIII веке.// Описание документов и бумаг, хранящихся в Московском архиве Министерства Юстиции. Кн. 6. - М. 1889. - С. 161 – 163.
[7] Матвеев А.К. К проблеме расселения летописной мери // http://proceedings.usu.ru/proceedings/N7_97/win/
[8] Серебренитский К. Тилебухи. Современное хлыстовское учение, распространенное среди православной мордвы-эрзи на востоке Самарской области // Этнос и культура. – 1997. - № 2 – 3 (цит. по интернет-версии: http://samara friends-partners.ru/infcent/etnos/2-3-1997/etnologij/ister-relig-mifologij/tilebyhi/index html). Чувьюров А.А. Гендерные отношения в религиозно-мистических сообществах (на примере Коми этноконфессионального движения бурсьыласьяс) // Мифология и повседневность: гендерный подход в антропологических дисциплинах. Материалы научной конференции 19 – 21 февраля 2001 г. – СПб., 2001. – С. 76 – 84.
[9] Зыков М. Религиозные течения среди марийцев. – Нижний Новгород, 1932.
[10] Ключевский В.О. Сочинения: В 8 т. – М. 1956. – Т. 1: Курс русской истории. – С. 292 – 315.
[11] Мельников П. И. (Андрей Печерский). Полное собрание сочинений (далее — ПСС). - Т. VI. СПб., 1909.- С. 259.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
