ref-15323 (723883), страница 3
Текст из файла (страница 3)
3.Император Константин и его вклад в историю христианства
Император Константин Великий был сыном Констанция Хлора, управлявшего западной частью Римской империи (Галлией и Британией) и святой равноапостольной Елены. По желанию императора Диоклетиана он в юных годах (18-летним) был взят от родителей в качестве заложника и жил при дворе в Никомидии. Когда Диоклетиан отказался от престола, Константин возвратился в Галлию и в 306 году (после смерти императора Констанция) был провозглашен императором.
К принятию христианства он был расположен своей матерью. Отец его, хотя был язычником, но покровительствовал христианам, видя, что христиане - верные слуги и честные граждане. При дворе Диоклетиана в то время, когда он еще не преследовал Церковь, были христиане на разных должностях, и Константин имел много случаев удостовериться в их честности и преданности долгу. Затем он видел ужасы гонения и необыкновенную твердость исповедников Христовых, и это также предрасположило его в их пользу. Впоследствии Константин сам признавался, что пребывание при дворе Диоклетиана много содействовало его обращению в христианство: "Я отчуждался от бывших доселе правителей, говорил он, потому что видел дикость их нравов".
По своему характеру деятельный, воинственный, всем доступный и щедрый, дальновидный и проницательный, Константин являет черты мирового гения, и не напрасно был избран Промыслом Божиим для совершения величайшего переворота в империи и во всем мире.
Император Константин в свое царствование боролся в особенности с тремя врагами, и во время этой борьбы постепенно, но решительно склонился к принятию святой веры.
В 308 году он счастливо вышел из борьбы с императором Максимианом Геркулом и поспешил выразить свою благодарность божеству богатыми жертвами в храме Аполлона. В этом обнаружилась господствующая черта в характере Константина: хотя он оставался еще язычником, но был человеком набожным и причину своих успехов относил к помощи свыше.
В 312 году возникла новая война императора Константина с кесарем Максентием, сыном Максимиана. Во время этой войны незадолго до решительной битвы в полуденные часы, когда солнце уже начало склоняться к Западу, Константин собственными глазами увидел на небе светящийся крест с надписью: "Сим (этим) побеждай" (по-гречески НИКА). Ночью в сновидении Господь явился ему с тем же знамением креста и сказал, что этим знамением он победит врага. На следующий день по приказу Константина на всех знамениях его войска были сделаны изображения святого креста.
Одержав победу над Максентием, Константин торжественно вошел в Рим и здесь на площади велел поставить свою статую с крестом в правой руке и с надписью: "Этим спасательным знаменем я спас город от ига тирана". После этой победы император Константин вместе со своим зятем Ликинием издал в Милане первый манифест, дозволяющий всем без боязни принимать христианство. Вторым манифестом, подписанным им же в 313 г., предписывалось возвратить христианам места богослужебных собраний и все недвижимое имущество, отнятое во время гонений.
Между тем дружеские отношения императоров Константина и Ликиния мало-помалу расстраивались и перешли в открытую борьбу. Эта борьба должна была решить судьбу христианства в Римской империи, потому что Ликиний, подозревая восточных христиан в большей привязанности к Константину, стал сначала притеснять их, а потом перешел открытому гонению на них, а Константин явно покровительствовал христианам. Оба императора готовились к решительной борьбе, каждый сообразно со своей верой. Оракулы предвещали победу Ликинию, а христиане молились за Константина. Бог даровал победу Константину в битве при Адрианополе (322 г.). Ликиний лишился престола и жизни. Константин сделался единодержавным правителем империи, и христианство восторжествовало.
Император Константин всю свою жизнь посвятил благу Церкви и сделал столько добра ей, что заслужил наименование равноапостольного. С его времени государственные учреждения, законы, военная служба стали ориентироваться на требования, которые заключаются в христианстве.
Можно указать, следующие меры и действия императора Константина в пользу христианства, кроме упомянутых эдиктов, - в порядке времени: он прекратил языческие игры (314 г.), освободил духовенство от гражданских повинностей и церковные земли от общих налогов (313-315 гг.), отменил казнь через распятие и издал строгий закон против иудеев, восстававших на Церковь (315 г.), дозволил освобождать рабов при церквах без особых формальностей, которые были очень затруднительны в гражданских судах (316 г.), запретил частным лицам приносить жертвы идолам и обращаться к гаданиям у себя на дому, оставив это правило только обществу (319 г.), повелел по всей империи праздновать воскресный день (321 г.), в ограждение христианских девственниц отменил бывшие у римлян законы против безбрачия; предоставил Церкви право получать имущества по завещаниям, допустил христиан к занятию высших государственных должностей, приказал строить христианские храмы и запретил вносить в них по обычаю языческих капищ, императорские статуи и изображения (325 г.).
Более всего император Константин встречал себе противодействия в Риме, где сильна была языческая партия. Это противодействие язычников обнаружилось в особенности во время празднования Константином 20-летия царствования и охладило его к прежней столице государства. Наконец он совершенно оставил Рим, основал новую христианскую столицу на берегах Босфора и пригласил христианских епископов торжественно освятить ее, назвав Константинополем. Вместо языческих капищ в этой новой столице империи стали воздвигать христианские храмы, и вместо статуй языческих богов - священные изображения.
Император Константин с живым вниманием относился к волнениям, которые возбуждали в Церкви раскол донатистов и особенно ересь Ария, и всячески старался примирить разделенных. Одна из величайших заслуг Константина - созыв I Вселенского собора в городе Никее в 325 г.
Всей душой преданный Церкви, Константин, однако, по обычаю того времени, до последних дней жизни отлагал принятие крещения. Когда же почувствовал приближение смерти, то с благоговением принял это великое таинство и мирно скончался во время молитвы 21 мая 337 г. История присвоила ему имя Великого. Церковь за великие заслуги именует его равноапостольным.
Государственная идея Константина Великого состояла в том, чтобы сочетать Римскую империю с новым историческим фактором - христианством. Христианство, по всему духу своему, было столь противоположно античному миру, что задача сочетать созданную античностью империю с христианством, отрицавшим античный мир, рисовала перед Константином огромный переворот. Трудности задачи были столь велики, что реформатор решился даже перенести столицу империи, не в качестве только резиденции своей, что делали многие императоры, а как самый центр жизни имперской. С Константином таким образом кончается Рим и начинается Византия.
Историки, как Лебо, упрекают Константина за этот перенос столицы, говоря, что этим он подорвал жизненность империи, имевшую корни в римском населении. Но воскресить собственно римскую идею уже не мог надеяться ни один сколько-нибудь проницательный государственный человек. Множество императоров старались сделать это и давали эпохи очень блестящих правлений, но и только. Кончилась жизнь императора и - снова начиналось старое разложение. Если бы Константин думал несколько гальванизировать угасающее тело древней империи, он, конечно, поступил бы так же, как другие хорошие императоры, оставаясь в Риме и стараясь своей личностью поддержать жизнь, угасавшую в нации. Но такая задача была слишком ничтожна для великого человека, слишком бесплодна. Константин, очевидно, думал не о продлении агонии старого мира, а о создании нового мира. С этой точки зрения он был прав, не жалея подорвать Рим для того, чтобы перенести столицу туда, где удобнее было создавать новое, с наименьшими помехами со стороны гниющих обломков старины.
Но насколько Константин справился с задачей - это вопрос иной.
Неудивительно, что сама мысль совместить Римскую государственность с христианством могла казаться невероятной. Римское государство и христианство казались совершенно противоположными лагерями, да и были таковыми, поскольку империя сохраняла свой исторический характер.
Государство Римское, которого последним словом была империя, сложилось, когда христианства еще не было, на основах, не имеющих с ним ничего общего. Лучшие римские императоры, как представители своей идеи, были жесточайшими гонителями христиан, и были совершенно правы, ибо христианство, при всей покорности властям, признавало другое абсолютное начало, высшее, нежели императорская власть. Со своей стороны, христиане развивались не только независимо от Римской государственности, но и в постоянной оппозиции с ней. Если христианство не погибло, то совершенно вопреки желаниям императоров. Если империя продолжала еще кое-как влачить существование, то никак не благодаря поддержке христиан.
Наоборот, при всей покорности последних, империя чувствовала, что чем более распространяется христианство, тем рыхлее становится под ней ее социальная почва. Да и нельзя сомневаться, что христианство ускорило разложение древнего мира.
При многих усовершенствованиях правительственного механизма, вводимых императорами, при несомненном величии многих императоров, государство, видимо, чахло, потому что под ним погибало живое общество. А это отчасти, конечно, происходило и оттого, что скудные нравственные основы античного общества не могли удерживать в нем лучших людей. Они все уходили в христианство. От кесарей, Сената и республики они уходили к Христу Распятому, живя с минуты перехода интересами, не имеющими ничего общего с интересами империи.
Таким образом, терпя от античного мира гонения, и в свою очередь отрицая все его основы, христианство целых 300 лет росло, крепло и организовывалось в полном отчуждении от государственности. В своих общинах, в своей церкви оно имело все, чем дорожило. Империя, нравственно ему чуждая, казалось, не была ему даже ни на что нужна.
А между тем оно все росло, захватывало все большие массы народа. За 100 лет до Константина, Тертуллиан смело говорил империи: "Мы явились вчера, а уже наполняем собой все: ваши города, острова, деревни, виллы, ваши советы, ваши лагери, ваши курии, дворцы, сенат... Мы могли бы бороться с вами не прибегая к оружию, а просто отделившись от вас". Если бы, говорил он, христиане массой ушли из империи, "вас поразило бы уединение, молчание, и мир показался бы вам вымершим" *.
* Численность христиан в империи составляет вопрос спорный. Очень ценные данные по этому предмету группирует профессор А. Спасский в статье "Обращение Императора Константина" ("Богословский вестник", 1904 г., декабрь). Знаменитый Гарнак утверждает, что христиане являлись преобладающим населением важнейших провинций. Проф. Спасский, путем сопоставления разных обрывков статистических данных того времени, устанавливает иное мнение... Он не считает в городе Риме более 50.000 христиан, считая те же 50.000 для Александрии и т. п. В общем, он не допускает, чтобы христиане перед Константином могли составить и 10% жителей империи. Но как бы ни решать вопрос этот, - ясно одно, что христиане - corpus christianonun - составляли очень значительную, внутренне сплоченную массу, которая конечно была сильнее всех, отдельно взятых, других групп или сословий разношерстной империи с ее разъединенным населением.
Все это множество народа, не восставая против империи, оставалось ей более чуждым, чем иностранное государство. Империя не умела даже подыскать названия для этой необычной организации. Христианство большей частью называлось "философией". Иногда их называли "христианским народом", хотя христиане не имели ни единого племенного признака. Только Константин, под влиянием, кажется епископа Осии Кордовского, нашел название "сословие христиан" (corpus Cristianorum). Этот юридический перевод христианского понятия "церковь" впервые точнее определил, что такое имела перед собой империя в лице христиан.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
