5093-1 (723390), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Наиболее религиозными следует считать те реакции, которые развивают наибольшую интенсивность воспроизведения, а субъективно переживаются как вера, надежда и любовь. Любой вид поведения, утверждал Траут, воспринимаемый как дополнение к наблюдаемым способам Достижения тех целей, которые представляются индивиду наиболее ценными, представляет собой религиозный акт.

Религиозное поведение может быть обнаружено практически везде и почти во всех живущих организмах. Муравей и шимпанзе, не знающий письменности дикарь и эрудит новейшей школы, родители и ребенок, мужчина и женщина могут реагировать по-разному на различные объекты, но их реакция будет религиозной, если направлена на некоторые позитивные цели и имеет должную степень интенсивности. Когда индивид действует без воодушевления, автоматически, его поведение можно расценивать как нерелигиозное; она не обнаруживает интегрированного движения в будущее, не включает в себя ожидания или надежды.

Вопросам религии уделял внимание и наиболее известный представитель бихевиористского направления Б. Скиннер. Он не оставил разработанной концепции религии, однако посвященная ей глава в книге “Наука и человеческое поведение”, а также отдельные замечания о религии, которые встречаются в других работах, достаточно отчетливо представляют его позицию. Высказывания Скиннера распределяются между двумя темами: источник религиозного поведения и роль религиозных институтов и контроле поведения.

Религиозное поведение, по Скиннеру, оказывается прежде всего одним из видов Так называемого оперантного поведения. Оно в отличие от респондентного (которое, как поведение собаки в экспериментах И.П.Павлова, обусловлено предшествующим стимулом); определяется событиями, следующими за реакцией. Природа этих событий изменяет тенденцию организма повторять данное поведение в будущем. Если последствия благоприятны для организма, то вероятность повторения данного поведенческого акта усиливается. Эффективность подкрепляющего стимула оценивается по возрастанию или убыванию частоты последующих реакций. Такое поведение является инструментальным, т. е. оно действует на окружающую среду, изменяя ее таким образом, чтобы она обеспечивала его подкрепление. Неблагоприятные последствия поведения уменьшают вероятность его повторения. Негативные стимулы также являются причиной некоторого поведения. Подкрепленное поведение имеет тенденцию повторяться, а неподкрепленное или наказуемое — не повторяться или подавляться. Соответственно, религиозное поведение осуществляется потому, что оно однажды имело место в сопровождении подкрепляющих стимулов. Нет необходимости в том, чтобы между практикуемым поведением и подкреплением существовала причинно-следственная или логическая связь, — это показало исследование Скиннера о “суевериях” у голубей. В поставленном им эксперименте подкрепление (подача пищи) проводилось с регулярными интервалами безотносительно к действиям птиц. Оказалось, что случайное совпадение подкрепления с той или иной спонтанной реакцией голубя приводило к закреплению и устойчивому сохранению такой реакции. Шестеро из восьми голубей начали демонстрировать варианты отчетливо выраженного и часто повторяемого суеверного” поведения. Один ходил кругами, другой засовывал голову в угол клетки, третий наклонялся к полу, не дотрагиваясь до него. Однажды установившиеся “суеверные” реакции имели отчетливую тенденцию сохраняться, даже когда подкрепление становилось весьма нерегулярным.

Разумеется, репертуар человеческого поведения значительно сложнее, чем у голубей, но принципы, открытые у более простых видов, обязательно Должны быть приложимы к видам более сложным. “Невозможно, чтобы люди оказались менее восприимчивы к случайному подкреплению”, — писал Скиннер. Ведь св. Павел сам подтверждает это, когда говорит, что благодать (позитивное подкрепление) независима от дел (благочестивого поведения).

Конечно, человеку трудно согласиться с тем, что привычные ему ритуалы имеют своим источником случайные причины — такому поведению предшествовало осознанное научение, использующее сложные, глубоко разработанные системы мифов, которые также служат увековечиванию религии. Вера, традиционно привлекаемая для объяснения религиозного поведения, считал Скиннер, просто обстоятельство, говорящее нам, с какой вероятностью следует ожидать того или иного поведения. В лучшем случае, вера — это побочный продукт поведения в его отношении к предшествовавшим событиям. Религиозная вера есть наш обычный способ объяснять устойчивое поведение, если мы игнорируем окружающие события, которые его подкрепляли. Бог — “архетипический паттерн объяснительной фикции, плод разума, творящего призраков, плод метафизики”. Соответственно, для бихевиориста это совершенно бесполезное понятие.

Однако на основе суеверия возникает не все религиозное поведение, для него более существенно подкрепление, идущее от социальных норм. Набожность, моральность, греховность и другие религиозно окрашенные представления — в действительности не внутренние мотивы и установки индивида или человечества как целого, но, скорее, этикетки для тех поведенческих форм, которые создаются определенным социальным окружением. “Мы называем это набожностью и приучаем человека считать себя набожным и сообщать, что рн ощущает в качестве “набожного”, — писал Скиннер. Люди, обладающие авторитетом, порой практикуют благотворительность, религиозное рвение и сострадание ради того, чтобы избежать контрконтроля, который мог бы ослабить или разрушить их силу.

Религиозные институты, равно как и этические, и политические, созданы для того” чтобы контролировать поведение. При этом идея контроля вызывает возражения лишь у тех, кто привык опираться на фикцию суверенного, автономного индивида. Но вопрос не в существовании контроля, а только в том, кто его производит и какими средствами. Религиозный контроль — независимо от тех фикций, на которых он базируется — отвергался. Скиннером, главным образом, из-за связи преимущественно с аверсивным подкреплением, или угрозой наказания (Скиннер был противником подобных подкреплений, считая их менее фективными, чем позитивные).

Многие положения вероучения просто суммируют существующие паттерны социального подкрепления, созданные для тог чтобы редуцировать эгоистическое, первично подкрепленное поведение или поощрить поведение, полезное для других. Формальные правила религиозных институтов “точно устанавливают обстоятельства подкрепления, включая те причины, по которым осуществляется поведение и подкрепляющие следствия”, полагал Скиннер.Особое место в его наследии занимает фантастический роман “Два”, представляющий собой социальную утопию. В нем исследуется возможность сконструировать инженерными методами основанное на принципах бихевиоризма идеальное общество, все члены которого были бы счастливы. Главный герой Фрэзер, психолог-экспериментатор, основывает коммуну; по поводу вопроса о религии возникает конфликт между ним и правлением общины; Фрэзер отказывается принять “что бы то ни было по ту сторону истины; община отвергает его мнение и пускает религию. Правда, роль последней ни в коем случае олжна напоминать ту, которую она играет в “идеологизированных сообществах” (indoctrinated communities), каковыми являются монастыри, а иногда даже целые народы, проникнутые религиозностью, как в Индии. Подобные религиозные культуры заключает Фрезер, увековечили сами себя, воспитывая своих детей в таком образе жизни, который, по нашим представлениям попирает все человеческие инстинкты. Какой ценой далось это увековечение? “Если эти сообщества и выжили, — говорится в романе, — то лишь потому, что отказались от участия в конкуренции. Всякому очевидно — цивилизация оставила их далеко позади. Они не захотели (не смогли) идти в.ногу с прогрессом человечества, и весьма возможно в скором будущем они фактически разрушатся, подобно тому, как уже разрушен принцип, на котором они построены. Их слабость проявляется в неспособности соревноваться с другими формами общества. Их дефекты фатальны, и ясно; что долгое время на эти дефекты не обращали внимания только от того, что слишком сильна была в них идеология. Чтобы подобная культура могла существовать, необходимо подавлять наиболее сильные эмоции и мотивы. Интеллект сводится на нет или находит выход в гипнотической медитации, ритуальных заклинаниях и т. д. Базовые потребности сублимируются. Создаются ложные потребности, чтобы отвести энергию. Посмотрите на Индию, нужно ли вам более ясное доказательство того, что идеологизация и прогресс — вещи взаимоисключающие?”.

Тенденция бихевиористских теорий брать на себя не только объяснительные, но и нормотворческие функции, а также необычно широкая популярность этого учения и воодушевление, с которым оно распространялось, заставляли современников сравнивать с религией сам бихевиоризм. Например, Скиннер пришел к этой теории благодаря знакомству с книгой Бермана “Религия по имени бихевиоризм”.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://megapolis.alt.ru/

Характеристики

Список файлов реферата