4351-1 (723375), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Великий Элиэзер обязан был уступить мнению большинства, потому что, как напомнил рабби Иеошуа на основе стиха Торы «Ло башамаим», решающим в определении закона является мнение большинства мудрецов, а не голос с небес. Поскольку рабби Элиезер не пожелал все же уступить мнению большинства, он был подвергнут херему (анафеме), который был провозглашен Санhедрионом, возглавляемым, как уже было сказано, собственным его шурином раббаном Гамлиелем II. Вот какие бушевали страсти!
Его любимый ученик и товарищ рабби Акива был единственным человеком, осмелившимся принести ему эту печальную весть. Он пришел к рабби Элиезеру одетый в черное и намекнул об этом решении словами: «Похоже на то, что твои товарищи держатся от тебя на расстоянии». Рабби Элиезер понял намек и согласился с приговором, потому что он сознавал важность подчинения авторитету Сaнhедриона.
Талмуд рассказывает, что в этот день земля Израильская потеряла треть своего плодородия. Раббану Гамлиелю угрожал сильный шторм на море, что он также приписал этому случаю наложения анафемы на его шурина. Он объявил небесам, что он издал этот указ об анафеме только потому, что он стремился избежать раскола в Израиле, и тогда шторм ослабел. В результате анафемы рабби Элиезер бен Гурканос вынужден был переехать в Кейсарию, где он провел остаток своей жизни в относительном уединении.
Рассказ о печи Ахная необычайно важен также с точки зрения нравственно-философской как, может быть, последние дебаты по вопросу об открытом и закрытом знании, которые произошли в Явне, где собрались мудрецы Устной Торы и где, возможно, впервые в еврейской истории, они стали настоящей религиозной и просветительной силой. Отлучение, которому большинство мудрецов Торы подвергли рабби Элиэзера, было призвано, помимо всего прочего, подчеркнуть, что "Тора - не на небесах". Что из этого следует?
Суждение, что Тора находится "на небесах", означает, что Тора дана в законченном виде и передавать ее могут только особые люди. В противоположность этому Тора, которая не находится на небесах - это Тора, которая передана в распоряжение людей, и поэтому ее можно толковать, рассуждать о ней логически, и изучая ее, большинство людей способны приходить к тому или иному выводу.
Борьба этих двух воззрений - это, как пишет в книге «Социология невежества» А.Штейнзальц, «по существу, борьба между закрытостью и открытостью знания”.
Рассказ, приведенный в трактате Бава Мециа, завершается тем, что раздается голос с неба: "Правильное решение принадлежит рабби Элиэзеру сыну Гурканоса". Несмотря на такое свидетельство небес, выводы, к которым в ходе рассуждений и прений приходят мудрецы, занятые толкованием Торы, противоречат принятой традиции. Вот почему дебаты завершаются столь выразительной встречей и финалом:
Раби Натан встретил пророка Элиягу. Он спросил его: “Что Всевышний Святой делает в этот час?
Сказал Элиягу: “Он смеялся и говорил: „Мои дети победили Меня, мои дети победили Меня"”.
Хорошо известный рассказ о печи Ахная помогает понять своеобразие иудаизма c его способностью к адаптации и развитию, - такая диалектика не было случайной. Иудаизм нуждался как раз в таком сочетании качеств для того, чтобы быть одновременно стабильным и гибким.
Концепция «двойной» Торы, Устной и Письменной, давала иудаизму как раз такой тип гибкости, утверждая, что интерпретации каждого нового поколения мудрецов обладают авторитетом Моисея и находятся в непрерывной цепи традиции. В то же время строгая приверженность принципам еврейского закона позволила иудаизму твердо выдержать вызов, брошенный христианством, а впоследствии исламом. Для мудрецов Талмуда фраза "Слушай Израиль, Господь наш Бог, Господь один" (Дварим 6:4) означала, что ни один пророк не может подняться выше статуса смертного человека и что жизнь надо прожить в соответствии с законом Торы. (Л.Шиффман От текста к традиции).
Что мы попробовали сделать, читая рассказ о печи Ахная? Мы погружались и в исторические реалии, и биографию мудреца, и нравственно-этические проблемы эпохи, которые отразились в этом тексте во всей своей глубине и более чем современном значении. Спор и чистом и нечистом приобрел совершенно особенное значение, текст агады убедительно свидетельствовал о диалектическом развитии и феномене всей агадической и мидрашистской литературы.
Попробуйте исключить из обсуждения хотя бы один из названных аспектов, и представление о путях развития Устной Торы и становлении иудаизма будет беднее и, следовательно, более поверхностно. В споре не просто рождается истина или формулируется проблема, природа спора, его диалектика – это уже путь к еврейскому пониманию мира.
Список литературы
1. A.Штeйнзaльц "Bвeдeниe в Taлмyд", Иepycaлим, 1993 г.
2. A.Штeйнзaльц. "Myдpeцы Taлмyдa". Иepycaлим, 1996 г.
3. А.Штейнзальц Агада в Талмуде Вавилонский Талмуд: Антология Агады, с комментариями. Москва, Иерусалим: Институт изучения иудаизма, 2001. Т.1, стр. XI-XIV
4. А.Штейнзальц, Амос Функенштейн. Социология невежества Институт изучения иудаизма в СНГ, 1997
5. Аверинцев С.С Аггада в учительном контексте Вавилонский Талмуд: Антология Аггады, с комментариями. Москва, Иерусалим: Институт изучения иудаизма, 2001. Т.1, стр. XV-XIX
6. Ковельман А.Б. Толпа и мудрецы Талмуда. Малая серия библиотеки Флавиана. Вып.1 . М. -Иерусалим. – 1996
7. Mишнa c кoммeнтapиями p.П.Kehaти, Иepycaлим, издaтeльcтвo "Aмaнa". 1990-1996 гг.
8. Mишнa и Toceфтa: Пepeвoд H. Пepфepкoвичa, CПб, 1899-1906 гoды.
9. Моше Вейсман MИДРАШ РАССКАЗЫВАЕТ Швут Ами Иерусалим Отв. ред. Цви Вассерман 1997, русск. перевод, Цви Вассерман
10. Френкель И Дом учения эпохи мудрецов в устных преданиях, или бейт-мидраш в зеркале агады - НЕШ 9, 2001. стр. 33-57
11. Шинан А. Мир агадической литературы.1990, Библиотека Алия, гл 9, стр.139-157
12. Шиффман Л. От текста к традиции. История иудаизма в Эпоху Второго Храма и период Мишны и Талмуда. Серия «Современные исследования». – Гешарим. – 2000
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
