132324 (721499), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Лайдетектор не может читать мысли, он регистрирует состояние испытуемого в определенный момент. А значит его, как и любую машину, можно обмануть. "Существуют три главных подхода, - говорит психолог Виктор Балин. Первый это попробовать снизить чувствительность, "загрубить" входы. Для этого накануне будет достаточно выпить некоторое количество спиртного. На следующий день человек становится слабо чувствительным, его реакции условно говоря "забиты" и на стимулы оператора он не сможет объективно реагировать. Другой подход - это подавление всех эмоций, чтобы ни один стимул не вызывал реакции. Основной принцип здесь состоит в том, что человек старается отвечать на все вопросы автоматически, не обращая на них серьезного внимания. Он должен сосредоточить внимание на рисунке стены, которая находится перед ним, или на каком-нибудь другом нейтральном предмете. Однако, значительно эффективнее оказываются притворные эмоциональные реакции на незначащие раздражители. Если вы хотите вызвать реакцию, попытайтесь просто умножить в уме несколько многозначных чисел или подумать о чем-нибудь, что вызывает ярость или сексуальную эмоцию. Физиологические реакции, характерные для стресса, вызывает также боль, и некоторые люди додумались до того, чтобы в ботинок под большой палец класть кнопку: боль при надавливании на нее должна вызывать "фальшивую реакцию". Понятно, что такими способами можно обмануть только не опытного оператора, профессионал в ваши ловушки не попадется, во всяком случае он точно знает как можно предупредить их. Хотя следует отметить труднее всего разоблачить именно внутренние, мысленные приемы и, если использовать их в подходящие моменты, то можно привести оператора к ошибочным выводам. Для создания фальшивых реакций есть много разных способов, один из таких незаметное для экспериментатора напряжение каких-нибудь мышечных групп. Обычно люди прижимают пальцы ног к полу, сводят глаза к носу или прижимают язык к твердому небу. Все дело в том, чтобы скрыть это движение от допрашивающего".
Но решение принимает не прибор, а человек - полиграфолог. От его профессионализма может зависеть дальнейшая судьба или карьера испытуемого. Полиграфолог должен обладать широким спектром знаний в различных областях - психофизиологии, психологии, физиологии, криминалистике, юриспруденции и т.д.
Спор о детекторе лжи, до сих пор еще не разрешенный научными исследованиями, так и продолжает оставаться горячим и острым. Наиболее ярыми его сторонниками являются лица, наблюдающие за соблюдением законности, разведывательные службы, люди, чья деятельность связана с растратами и мелкими хищениями, а также ученые, занимающиеся его исследованиями. Критика же исходит от гражданских правозащитников, некоторых юристов, адвокатов и остальных ученых, занимающихся изучением этих вопросов.
Лжецы могут выдать себя из-за боязни разоблачения, из-за угрызений совести или благодаря восторгу надувательства. Верификаторы же могут забыть об индивидуальных различиях в эмоциональном поведении людей. Операторы детектора тоже могут совершить и ошибку веры лжи и ошибку неверия правде. В верификации большая часть опасностей и предосторожностей одинакова, вне зависимости от того, определяется ложь посредством детектора или поведенческим признакам. Но существуют и более сложные понятия:
соотношение точности и полезности, то есть знание того, какую пользу можно извлечь из показаний детектора в случае сомнительности результатов;
необходимость истины, то есть точного знания лжи правды в момент испытаний;
базовая норма лжи, то есть необходимость для оценки точности работы детектора достаточного количества лжецов, ибо даже очень тщательно отобранные результаты могут вызывать сомнения, если лжецов среди подозреваемых слишком мало;
устрашение неизбежностью, то есть создание у испытуемого убеждения, что благодаря детектору ложь непременно будет обнаружена, даже несмотря на возможные погрешности процедуры.
Операторы детектора никогда не делают свои выводы о лжи испытуемого, основываясь только на показаниях прибора. Им известны не только результаты предварительного расследования, но и та информация, которую получили они сами в интервью с подозреваемым перед прохождением испытания. Кроме того, операторы считывают информацию с мимики, голоса, жестов и манеры говорить и в ходе предварительного интервью, и при самом испытании, и в интервью после его окончания. О том, должен ли оператор детектора для своего заключения о подозреваемом в добавление к результатам испытания рассматривать также и поведенческие признаки, мнения разделились.
Пока только четыре исследования сравнивают результаты, основанные на показаниях детектора и поведенческих признаках, с теми, которые получены на основе только показаний приборов. Два из них предполагают, что точность поведенческих признаков равна точности показаний детектора, а одно – что точность детектора выше, хотя и не намного. И все три исследования страдают одними и теми же изъянами: неопределенностью истины, слишком малым количеством подозреваемых и слишком малым количеством операторов, выносящих решения.Эти изъяны исправлены в четвертом исследовании, исследовании Рэскина и Кирчера, до сих пор еще не опубликованном. Они пришли к выводу, что суждения, сделанные на основе поведенческих признаков, ничуть не лучше случайных, в то время как суждения, сделанные на основе показаний детектора без контактов с подозреваемым, все же имеют лучший результат, чем при случайном угадывании.
Люди очень часто пропускают поведенческие признаки обмана, неверно интерпретируют их или просто заблуждаются в их отношении. Ведь поведенческие признаки могут дать информацию о том, какая именно эмоция испытывается, а разве детектор способен определить страх, гнев, удивление, утомление или возбуждение?
Такую специфическую информацию, конечно, можно извлечь из показаний детектора. Однако никто еще не попытался применить этот подход в интерпретации показаний детектора. Информация же о конкретных эмоциях (полученная одновременно из поведенческих признаков и показаний аппаратуры) могла бы помочь уменьшить как ошибку неверия правде, так и ошибки веры лжи. Еще одним важным вопросом, подлежащим рассмотрению, является вопрос о том, насколько хорошо раскрываются комбинацией обнаруженных поведенческих признаков и показаний детектора предпринятые подозреваемым контрмеры.
Детектор можно применять только в отношении готового к сотрудничеству, согласного подозреваемого, а поведенческие признаки считываются и без всякого разрешения и предупреждения о том, что лжец находится под подозрением. К тому же в то время как применение детектора можно объявить незаконным, сделать то же самое с наблюдением за поведенческими признаками невозможно. И даже если испытания на детекторе никогда не признают законным средством выявления государственных служащих, повинных в утечке секретной информации, верификаторы все равно могут заниматься изучением поведенческих признаков всех подозреваемых.
Во многих областях, где часто подозревается обман, таких как дипломатия, супружеские отношения или торговля, применение детектора лжи просто невозможно. И дело здесь не в том, что поскольку в этих отношениях правда не предполагается, то и не возможности устроить строгий и последовательный допрос, как на следствии. Даже там, где правду предполагают, как например в отношениях между супругами, друзьями, родителями и детьми, такие прямые вопросы вообще могут поставить под угрозу дальнейшие отношения. Так что даже родитель, имеющий над своим ребенком больше власти, чем любой верификатор над подозреваемым, вряд ли согласится платить такую цену за свое расследование. Нежелание признавать то, что ребенок по большей части все-таки старается говорить правду, постоянное подозрение его, даже при полной зависимости ребенка от родителей, может в конце концов привести к полному разрыву с ним.
Некоторые люди считают, что лучше (или более нормально) и вовсе не пытаться выявлять ложь, а всегда верить на слово и, воспринимая жизнь как ценность саму по себе, даже не стремиться уменьшить возможность быть обманутым. Лучше оказаться обманутым, чем незаслуженно осудить кого-либо. Иногда это действительно самый правильный ход. Но это во многом зависит от того, что поставлено на карту, кто находится под подозрением, какова вероятность быть обманутым и кем является сам верификатор.
Единственное соображение, которое надо всегда иметь в виду, пытаясь выбрать то или иное решение, заключается в следующем: никогда не делайте окончательного вывода о том, лжет подозреваемый или нет, основываясь только на показаниях детектора или только на поведенческих признаках.
Верификатор должен также всегда помнить, что лжец может и вовсе не ошибаться. Некоторые обманывают с такой легкостью, что невозможно заметить никаких поведенческих признаков, а некоторые – настолько тяжело, что ошибок в поведении – а значит, и признаков обмана – множество.
2. ПРИМЕНЕНИЕ ДЕТЕКТОРОВ ЛЖИ
Использование детектора для выявления всевозможных форм обмана распространено весьма широко и имеет тенденцию увеличиваться.
В настоящее время полиграф применяется более чем в 60 странах, причем не только силовыми структурами, но и в сфере безопасности бизнеса. В США за год проводится порядка миллиона проверок на полиграфе. Современные полиграфы - это компактные устройства на базе персональных компьютеров, позволяющие проводить регистрацию параллельно протекающих процессов: дыхания, кровяного давления, биотоков мозга, сердца, скелетной и гладкой мускулатуры, голоса и т.д.
Последнее время некоторые государственные и коммерческие предприятия испытывают все больше трудностей с подбором не только квалифицированных, но и благонадежных специалистов. К примеру, из главного компьютера банка стерта важная информация, доступ к которой был только у трех сотрудников. Как определить, кто из них это сделал? Во многих странах эта проблема успешно решается "детектором лжи". Задача перед любым руководителем состоит в том, чтобы выяснить, нет ли у кандидата на рабочее место нежелательного прошлого или не скрывает ли ответственный сотрудник что-либо компрометирующее его. В США по некоторым оценкам таких тестов проводится до нескольких миллионов в год. Хотя некоторые специалисты полагают, что использование "детектора лжи" перед наймом на работу может оказаться намного более коварным, чем его применение в криминалистике. Объясняют это тем, что при найме на работу, в деловой обстановке, лгать будут лишь относительно немногие и от ошибок метода может пострадать значительно большее число ни в чем не повинных людей. Поэтому особенно остро стоит вопрос опытности исследователя, а это значит, что при достаточной квалификации полиграф может с успехом применяться для отличения лжеца от говорящего правду. При этом в руках неопытного исследователя детектор лжи может стать реальной угрозой для гражданских свобод.
Применение полиграфа при приеме на работу позволяет выяснить, нет ли у кандидата проблем, связанных со здоровьем, употреблением наркотиков, злоупотреблением спиртными напитками, не занимался ли он кражей товаров или денег на предыдущем месте работы, есть ли у него связи в криминальной среде, не внедряется ли он в данную фирму конкурентами или криминальными структурами.
Подобные скрининговые проверки длятся от 30 мин. до полутора часов. Пожалуй, никакая другая методика не позволяет в столь короткое время с минимальными затратами собрать и проверить необходимую информацию о вашем будущем сотруднике.
При составлении вопросника учитывается специфика должности, на которую претендует человек, и особые требования, выдвигаемые руководством фирмы. К примеру, один крупный банкир заявил: "Меня не интересует, есть ли у него любовница и чем он болен. Скажите лучше, насколько этот человек азартен, играет ли он в казино?". Вакантное место было связано с хранением крупных денежных сумм.
Фирмы всегда стремятся оградить себя от алкоголиков и наркоманов - соответствующие вопросы обязательны. Проверке подлежит и то, какими знаниями и умениями обладает человек, где он работал до этого, - часто в анкетах претенденты сильно приукрашивают собственную персону. Вопросы типа "На прежней работе вы что-нибудь крали со своего рабочего места?" или "Вы передавали конкурентам коммерческую информацию?" - тоже вполне законны. Кстати, при вопросе о "кражах с производства" кривая почти всегда подскакивает вверх - даже такая мелочь, как пачка бумаги или коробка скрепок, остается в подсознании.
Это излюбленная метода множества работодателей, профессиональных операторов детектора лжи и даже многих государственных чиновников, особенно работающих в разведывательных управлениях.
Таким образом, уже при приеме на работу можно значительно снизить степень риска и потенциальные потери, связанные с нечистоплотностью или психологической непригодностью своих сотрудников.
Периодические проверки персонала на полиграфе позволяют прояснить возможные сложности, связанные с исчезновением материальных ценностей или денег, утечкой конфиденциальной информации, выяснить степень лояльности сотрудников и т.д. Причем эти проверки могут быть как плановыми, так и выборочными, например, после важных для фирмы переговоров, сделок и тому подобных мероприятий.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
