132235 (721458), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Избыточная мотивация перед действием: волнение. В тех случаях, когда человек сильно заинтересован в каком-то трудном деле, мотивация мешает ему отвлечься и думать о чем-то другом. Он испытывает волнение или тревогу, которые выражаются в возбуждении и неприятных вегетативных реакциях. Создается впечатление, будто неиспользованная энергия выливается в эмоциональные разряды. Чаще всего волнение проходит, как только субъект начинает действовать.
Избыточная мотивация после действия. Жане приводит случай с одним альпинистом, который поскользнулся и покатился в пропасть. Когда ему удалось удержаться и выйти к скале, где ему больше не угрожала никакая опасность, его охватила сильная дрожь. «Сердце, – рассказывал альпинист, – часто билось, тело покрылось холодным потом, и только тогда я испытал страх, какой-то ужас».
В газете недавно сообщалось о случае с киноактрисой, автомобиль которой занесло на повороте, и он перевернулся на бок; актрисе удалось выбраться через окно автомобиля невредимой, после чего она упала в обморок.
Избыточная мотивация в социальном поведении.
Действие, легко осуществляемое, когда человек один, становится трудным, как только его нужно выполнить в присутствии другого. Социальное поведение должно учитывать более сложную ситуацию, и, следовательно, оно является более трудным. Перейти от индивидуального поведения к социальному – значит отдать его на суд другого и даже превратить его в соперничество.
Волнение, которое при этом возникает, весьма характерно. Мы не любим писать, когда кто-то заглядывает через плечо. Ребенок, успешно работающий за партой, часто волнуется, сбивается, когда его вызывают к доске; говорят, что он теряется.
Избыточная мотивация при фрустрации. Фрустрация (чувство крушения) возникает всякий раз, когда физическое, социальное и даже воображаемое препятствие мешает или прерывает действие, направленное на достижение цели. Фрустрация создает, таким образом, наряду с исходной мотивацией новую, защитную мотивацию, направленную на преодоление возникшего препятствия. Прежняя и новая мотивация реализуются в эмоциональных реакциях.
Агрессивность. Самой распространенной реакцией на фрустрацию является возникновение генерализованной агрессивности, направленной чаще всего на препятствия. Адекватная реакция на препятствие состоит в том, чтобы преодолеть или обойти его, если это возможно; агрессивность, быстро переходящая в гнев, проявляется в бурных и неадекватных реакциях: оскорбление, физические нападки на человека (щипать, бить, толкать) или объект (сломать его).
Отступление и уход. В некоторых случаях субъект реагирует на фрустрацию уходом (например, выходит из комнаты), сопровождаемым агрессивностью, которая не проявляется открыто.
Фрустрация влечет за собой эмоциональные нарушения лишь тогда, когда возникает препятствие для сильной мотивации. Если у ребенка, начавшего пить, отнять соску, он реагирует гневом, однако в конце сосания – никаких эмоциональных проявлений.
Между фрустрацией и конфликтом трудно провести различие, однако обычно считают, что конфликт возникает тогда, когда у индивида имеется одновременно два несовместимых друг с другом побуждения действовать. Конфликты являются главной причиной эмоций.
Не всякий конфликт вызывает эмоциональные реакции. Конфликты являются источником эмоций главным образом тогда, когда субъект не может легко найти решение.
Конфликты «избегание – избегание» являются еще более драматичными. В такой ситуации часто оказывается ребенок, когда воспитатель грозит ему наказанием за то, что тот отказывается выполнить неприятное для него требование (съесть суп, сделать задание и т.д.). Эти конфликты вызывают те же типы реакций, как и фрустрация: реальный или воображаемый уход, агрессивность, регрессию, торможение, различные эмоциональные нарушения поведения.
В рассмотренных выше случаях причиной возникновения эмоций была наличная ситуация. Однако бывает, что эмоции можно объяснить как результат процесса образования условных связей. Нейтральный стимул приобретает эмоциональное значение благодаря своей связи с эмоциональной ситуацией.
В начале экспериментов ребенок совсем не боялся белой крысы. Затем каждый раз, когда он дотрагивался до животного, раздавался резкий звук, вызывавший у ребенка страх и слезы. В следующие дни уже при виде крысы ребенок начинал кричать и убегал. Этот страх был условной реакцией; более того, по законам условных реакций этот страх распространился на других животных с мягкой шерстью и на все мягкие на ощупь предметы, хотя эти стимулы до начала эксперимента были нейтральными.
Заразительность эмоций. Бывает, что ситуация как таковая не вызвала бы у нас никаких эмоций, если бы только один или несколько из окружающих нас людей не испытывали эмоцию. Страх заразителен, как и радость. Следует различать два типа заражения эмоциями. Один из них соответствует тем случаям, когда одна и та же ситуация вызывает у одного, а затем у нескольких индивидов одинаковую реакцию страха, гнева или радости. Наличие группы вызывает усиление аффективных состояний и эмоциональных реакций.
Другой тип более специфичен. Он соответствует тем случаям, когда эмоция овладевает нами, хотя сама ситуация нас не затрагивает. Бурная ссора двух людей может привлечь наше внимание или оставить нас равнодушными, но может и привести к тому, что мы сами будем охвачены гневом. В этом случае мы отождествляем себя с одним из ссорящихся. Так же заразителен может быть смех. Мы можем засмеяться, потому что смеются вокруг нас, но лишь при условии, если мы отождествляем себя с тем, кто смеется. В противном случае мы остаемся равнодушными или даже раздраженными.
Существуют как кратковременные, так и хронические источники эмоций. При повторении стимуляции, вызывающей обычно эмоциональные реакции, в ситуации, к которой невозможна адаптация, развиваются состояния тревожности и даже невротические состояния. Именно повторение в определенном ритме состояний тревожности лежит в основе невроза. В жизни часто бывают более или менее постоянные причины избыточной мотивации. Источник их часто социального происхождения: женщина боится оказаться покинутой; рабочий опасается увольнения; солдат боится быть убитым. Эти внутренние страхи, которые не находят внешнего проявления, поддерживают более или менее выраженное состояние тревожности.
Такое состояние может возникнуть также из-за неразрешенного внутреннего конфликта, например, подавления сексуального влечения. Само возобновление побуждения вызывает повторное возникновение конфликта.
Это напряжение влечет за собой более или менее диффузные состояния тревожности, а если оно очень сильное, то и невротические состояния.
Г.И. Косицкий различает четыре фазы эмоционального напряжения. Первая фаза характеризуется мобилизацией физиологических функций, так сказать, в разумных пределах. Если действия человека уже начинают противоречить здравому смыслу, то это значит, что наступила вторая фаза эмоционального напряжения. Третья фаза характеризуется угнетением физиологических функций: человек впадает в состояние эмоционального шока. Наконец, четвертая фаза – это уже невроз, который может привести к обострению различного рода заболеваний.
Нередко вместе с эмоцией возникает желание посмотреть, какой эффект она производит на окружающих. Эта социализация эмоциональных проявлений возникает по двум направлениям, которые необходимо различать:
а) использование органических проявлений эмоций для воздействия на другого: слезы, которые должны разжалобить; проявления страха, взывающие о помощи;
б) перестройка поведения, ведущая к преобразованию эмоциональных реакций в реакции, относительно адекватные ситуации.
Плач ребенка, топание ногами, катание по полу в состоянии гнева – вот примеры первого рода; удары по препятствию, будь то физическая преграда или человек, – пример адаптации низкого уровня, выражающейся в агрессивности по отношению к трудности.
Человек, будучи не в состоянии управлять некоторыми своими реакциями, в известной мере направляет их на то, чтобы извлечь из самого факта дезорганизации поведения какую-то социальную пользу. Ребенок очень быстро обнаруживает, что его эмоциональные реакции, связанные с физическим нездоровьем, обладают большой силой воздействия на окружающих вследствие заразительности эмоций. И эта почти рефлекторная реакция становится средством воздействия на окружающих. Так, ребенок пяти лет говорит: «Я буду плакать до тех пор, пока ты мне это не дашь».
Эмоции вызывают в организме множество характерных реакций. Эти реакции можно сгруппировать в три категории:
а) вегетативные реакции;
б) мышечные реакции;
в) импрессивные реакции.
Вегетативные проявления эмоций весьма разнообразны: изменение сопротивления кожи (КГР), частоты сердечных сокращений, кровяного давления, сужения и расширения сосудов, изменение скорости амплитуды и ритма дыхания, температуры кожи, потоотделения, диаметра зрачка, секреции слюны. Наблюдаются расстройства пищеварительной системы, сокращение и расслабление сфинктера, изменяется электрическая активность мозга, химический и гормональный состав крови, мочи, слюны, основной обмен. Лишь немногие изменения вегетативных функций могут рассматриваться как характерные проявления эмоций.
Источником некоторых эмоций, в том числе радости, может быть легкое щекотание. Возникающее состояние проприоцептивного возбуждения выражается в безудержном смехе, который может перейти в рыдания, если это возбуждение является чрезмерным и спазматические реакции разрядки становятся болезненными.
Такой тип эмоций лежит в основе большинства игр детей (а иногда и взрослых). Принцип их состоит в том, чтобы создать умеренно напряженную ситуацию, порождающую, как правило, чувство легкого страха. Когда он снимается, это вызывает приятную эмоциональную разрядку. В таких играх дети пугают себя, чтобы посмеяться затем над своим страхом. Смех возникает из-за несоответствия действительного хода событий тому, что обычно ожидают. Это высказывание можно интерпретировать, согласно нашей схеме, следующим образом: реакция на что-то необычное, не вызывающее страха и не влекущее за собой активных действий, выражается в смехе. Разве не то же самое утверждал Фрейд, рассматривая смех как механизм защиты? Возбуждение субъекта находит свое выражение в смехе раньше, чем оно станет мучительным.
Итак, эмоции вызывают в организме множество характерных реакций. Например, под влиянием страха или быстрой ходьбы ускоряется деятельность сердца, а при боязни или счете в уме нарушается нормальный ритм дыхания. Основываясь только на показателях активации, невозможно обнаружить собственно эмоцию, поскольку она определяется лишь отношением к ситуации.
Возбуждение симпатической системы ускоряет деятельность сердца, вызывает расширение зрачка, сосудов кожи и сужение сосудов внутренних органов, секрецию потовых желез и надпочечников, торможение слюноотделения, оргазм и т.п. Возбуждение парасимпатической системы замедляет деятельность сердца, вызывает сужение сосудов кожи и расширение сосудов внутренних органов, слюноотделение, секрецию инсулина, эрекцию половых органов и т.п.
Наше равновесие, «мудрость нашего тела» зависит от равновесия этих двух систем. Очевидно, при эмоциях это равновесие нарушается. Вегетативные нарушения при эмоциях характеризуются возбуждением симпатической системы, следствием которого является увеличение содержания адреналина в крови, выделяемого корой надпочечников, что, в свою очередь, усиливает возбуждение симпатической системы. Действие симпатической системы еще более усиливается, если парасимпатическая система не оказывает тормозящего влияния на секрецию адреналина. Мышечное напряжение и двигательное возбуждение. Когда мы говорим, что человек, только что переживший состояние эмоционального шока, «окаменел», мы хотим тем самым подчеркнуть, что его мышцы находятся в состоянии гипертонуса. Эмоция начинается с гипертонуса, внешним проявлением которого является преобразование неиспользованной по назначению энергии в спазматические движения: смех, слезы, беспорядочные действия.
При чрезмерной активности наблюдается тем большее увеличение мышечного напряжения, чем сильнее стремление субъекта подавить вызываемые стимуляцией движения; это напряжение еще более усиливается под влиянием социальных и моральных запретов. Напряжен юноша, не решающийся обнять нравящуюся ему девушку; напряжен ребенок, не желающий подчиниться какому-то требованию; напряжен человек, испытывающий страх и не осмеливающийся убежать. Дети, воспитывавшиеся в большой строгости, сильнее скованы в движениях по сравнению с детьми, которым предоставлялась известная свобода.
Лица, страдающие от различных конфликтов, и даже с невротическими отклонениями, характеризуются, как правило, большей скованностью движений, чем другие. Психоаналитики заметили, что наибольшее напряжение и скованность наблюдаются у их пациентов в момент припоминания ими конфликтных ситуаций.
Многие психотерапевтические приемы связаны со снятием этой напряженности. Аутогенная тренировка Шульца заключается в том, чтобы научиться расслабляться, в результате чего уменьшаются раздражительность, тревожность и связанные с ними нарушения.
Чаще всего эмоция осознается самим субъектом как проявление каких-то нарушений в его организме; другие же судят о ней по внешним проявлениям этих нарушений, среди которых особую роль играет мимика.
Изучая проявления эмоций, Дарвин нашел доказательства «утилитарной» роли эмоций. Поза разъяренной собаки устрашающе действует на ее противника. Широко раскрытые глаза при испуге позволяют лучше различить опасность, и это выражение лица стало передаваться по наследству. Существует механистическая концепция эмоций, согласно которой выражение наших эмоций зависит от строения лицевых мышц и особенностей их иннервации. Все проявления наших эмоций зависят от лицевого нерва и двух его ответвлений: височно-лицевого и шейно-лицевого. Возбуждение этого нерва и определяет многообразие выражений человеческого лица, состоящего из большого числа мускулов, сокращающихся уже при самых минимальных энергетических затратах.
Эмоциональные проявления складываются из спонтанных реакций и произвольных мимических реакций, образующих своеобразный язык эмоций. Лицевой нерв получает импульсы по двум различным путям. Один путь идет непосредственно от коры головного мозга, через него осуществляется сознательная регуляция мимических реакций, другой проходит через таламус и базальные ядра, которые представляют собой центры спонтанных эмоциональных реакций.
Структура иннервации лица наводит на мысль, что в основе всякого выразительного движения лежит спонтанная реакция, видоизменяемая под влиянием усвоенных в результате социального опыта произвольных мимических реакций.
Томпсон, применяя кинематографическую съемку, подтвердил идентичность спонтанных выразительных движений у слепых и зрячих: улыбка, смех, слезы – отметив, однако, несколько большую интенсивность реакций у слепых. Однако с возрастом мимика зрячих становилась более выразительной и генерализованной, в то время как у слепорожденных она не только не совершенствовалась, но даже регрессировала. Эти результаты свидетельствуют о двойной регуляции мимики, а также о том, что выразительные движения развиваются путем социального подражания.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
