131778 (721244), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Глава 8. Вавилонское столпотворение

Здесь Стивен Пинкер рассматривает вопрос, почему существует так много языков, как и откуда они появились. Первым делом он обращает внимание на универсалии лингвиста Джозефа Гринберга, исследовавшего в качестве примера тридцать языков пяти континентов, с целью поиска интересных грамматических свойств. В первом исследовании Гринберг обнаружил не менее 45 универсалий. Проанализировав частоту встречаемости той или иной универсалии, автор выдвигает идею приписать эти универсалии языковому инстинкту.

Пинкер опровергает два объяснения того, что структура мышления накладывает ограничения на языки. Первое – это то, что язык возник лишь однажды, а все языки – потомки этого праязыка, сохранившие некоторые черты. Второе – это то, что языки могут отражать универсальность мысли или обработки ментальной информации.

Разницу между языками Стивен Пинкер уподобляет разнице между биологическими видами и рассматривает как следствие трех процессов: 1) изменяемость (в случае с языком – лингвистическая инновация); 2) сохраняемость, когда потомки повторяют своих предков в этих изменениях (в случае с языком – это обучаемость); 3) обособленность, обусловленная миграцией или социальными барьерами в случае с языком. Почему необходимо выучивать язык? Потому что его главное свойство – быть кодом, разделяемым с другими людьми. Врожденная грамматика бесполезна, если человек один ей обладает. Чем предоставлять ребенку полностью врожденную грамматику, которая не согласовалась бы с грамматиками других людей, легче выучивать варьирующиеся части языка, чтобы привести свою грамматику в согласие с грамматиками остальных. Источниками вариативности Пинкер называет случаи, когда некоторые слова забываются, заимствуются (например, orange из испанского norange), приобретают новые значения. В результате обособленности инновации не распространяются повсюду, а накапливаются по отдельности в разных группах.

Заканчивает Пинкер главу темой об угрозе исчезновения языков в мировом масштабе. Причинами он называет разрушение естественной среды обитания носителей языка, геноцид, ассимиляцию и другие. То, что одни языки вымирают, а другие изменяются – это вид «естественного отбора» среди языков.

Глава 9. Говорящий новорожденный – рассказ о жизни в раю

В этой главе Стивен Пинкер опровергает реальность историй, как с девочкой Наоми, заговорившей через несколько секунд после рождения. Он сообщает, что все дети появляются на свет с определенными языковыми навыками. В течение первого года жизни они усваивают звуки своего языка. Потом начинают лепетать, что является важной стадией развития языка, так как младенцы учатся, как переместить какой-либо мускул, чтобы изменить звук. Примечательно то, что глухие дети тоже лепечут, правда, руками. Следующий этап – попытка запомнить и повторить слово. Дети предположительно запоминают слова, стоящие под ударением: Посмотри-на-эту БУТЫЛКУ. Дальше происходит развитие синтаксиса, который начинается с минимально возможной длины – две единицы: I sit ‘Я сижу’. Хотя еще до того, как дети начинают складывать вместе два слова, они понимают предложение, уже опираясь на его синтаксис.

Так почему новорожденные не говорят? Для речевого развития необходимо речевое окружение, то есть детям еще нужно усвоить, как работает их артикуляционный аппарат, какие фонемы и слова употребляют носители данного языка. Кроме того, после рождения мозг младенцев еще полностью не сформирован и после претерпевает значительные изменения. Синапсы, которые способствуют процессу мышления, увеличиваются в течение первого года жизни. Поэтому язык развивается настолько быстро, насколько с этим под силу справиться растущему мозгу.

Также Пинкер обращает внимание на следующий факт. В силу того, что мозговой центр у детей пластичнее, усваивать язык в детстве легче, чем учить его во взрослом возрасте. Нормальное овладение языком гарантировано детям до шестилетнего возраста, потом в мозге происходят возрастные изменения. Большинство взрослых так и не могут полностью выучить иностранный язык, овладеть фонологией – отсюда и вечный акцент, «окаменелости» (постоянные ошибочные модели).

Глава 10. Языковые органы и грамматические гены

В данной главе Стивен Пинкер сообщает, что в наше время не существует возможности напрямую установить наличие грамматических генов у человека. Причиной очередного всплеска интереса к генам вообще и возникновения теории о существовании «языкового» гена послужил эксперимент Поля Брока, проведенный в 1861 году на людях, страдающих афазией (неспособностью породить связное высказывание). Была выявлена общая патологическая зона, которую стали называть зоной Брока, а данный тип афазии – афазией Брока. Изучение другого типа афазии, афазии Вернике, также привело к обнаружению зоны мозга, отклоняющейся по своим характеристикам от нормальной.

Предположении о наличии «языкового» гена возникло на основе вывода о том, что у больных афазией нарушен контроль не только над воспроизведением слов, но и над языком вообще, поскольку пишут они не лучше, чем говорят. Но исходя из биологической базы, имеющийся на сегодняшний момент, едва ли можно предполагать наличие такого специализированного гена. Дело в том, что нельзя вообще говорить о реакции, обусловленной конкретным геном, поскольку из того, что белки (составляющие гена) выступают в роли катализаторов, следует, что одни белки управляют другими. Реакции контролируются группами факторов, и отсутствие одного белка не означает отсутствие данной реакции. А значит, и «языкового» гена тоже нет, так как его отсутствие не означало бы автоматическую неспособность изъясняться.

Глава 11. Большой взрыв

В этой главе Стивен Пинкер сообщает, что человеческий язык сильнейшим образом отличается от естественного и искусственного общения животных, настолько, что нет возможности говорить об обучаемости животных языку. Что касается обезьян, они не выучили американский язык жестов, потому что это полноценный язык со сложной фонологией, морфологией и синтаксисом, а не грубая система мимики и жестов. Обезьяны вообще не выучили никаких истинных знаков АЯЖ! Глухой, наблюдающий за непрерывным движением рук обезьяны, не мог выделить ни одного знака, напоминающего жесты его собственного. Изучаемые шимпанзе сильно опирались на жесты своего природного репертуара, а не усваивали настоящие жесты АЯЖ с их фонологической структурой форм руки, движениями, ориентацией. Способности шимпанзе в области грамматики были вообще почти нулевые. На глубинном уровне до животных вообще «не доходит». Пинкер считает, что животные просто знают, что исследователям нравится, когда они жестикулируют, и за это обезьяны получают то, что хочется. Хотя, с моей точки зрения, это утверждение несколько сомнительно.

Глава 12. Языковые мавены

Языковой мавен – перевод с языка идиш – эксперт.

В этой главе речь идет о внешнем контроле за языком. Кто определяет, как остальным говорить? Пинкер выделяет несколько видов мавенов, среди которых смотритель слов, иеремей, затейник, мавен-мудрец. Также автор описывает 9 характерных мифов языкового мавена.

Пинкер предлагает в данной главе избавиться от большинства прескриптивных правил (правил, как нужно писать) и пользоваться дескриптивными (правила, обобщающие то, как люди на самом деле говорят на языке). По этой же причине он признает ценность сленга – сленговые слова часто бывают хорошими иллюстрациями семантического поля какого-либо понятия.

Глава 13. Как устроено сознание

В данной главе подводятся итоги книги и определяется связь языка с сознанием. Согласно мнению Пинкера язык является частью сознания, причем наиболее доступной частью.

Также здесь автор сообщает, что нас должно интересовать существование языкового инстинкта, потому что обладание языком – часть того, что означает быть человеком, то есть любопытство вполне естественно.

Характеристики

Список файлов реферата