131100 (720996), страница 2
Текст из файла (страница 2)
С другой стороны, объективное исследование ущерба, причиненного потерпевшему, является условием выяснения общественной опасности совершенного преступного деяния.
Показания потерпевшего — средство защиты его интересов, но это не только индивидуальные интересы, а интересы человека как члена общества.
Показания многих потерпевших перенасыщены оценочными элементами, тогда как доказательственное значение имеют только фактические сведения. Различно и отношение потерпевших к установлению истины. Наряду со стремлением содействовать установлению истины могут быть и другие мотивы в поведении отдельных потерпевших — от безразличия до прямого противодействия следствию.
При взаимодействии следователя с потерпевшим следует учитывать его негативно-эмоциональное состояние, возникшее в результате преступления и его последствий.
Психические состояния потерпевшего (особенно при совершении над ним насильственных действий) следует отнести к экстремальным психическим состояниям (стресс, аффект, фрустрация), вызывающим существенные сдвиги в его отражательно-регуляционной сфере.
В конфликтных ситуациях сужается сознание потерпевшего, ограничиваются его адаптивные возможности. Иррадиация возбуждения приводит к генерализованным (чрезмерно расширенным) обобщениям, сдвигам во взаимодействии сигнальных систем. Травмирующее воздействие событий приводит к преувеличению потерпевшими временных интервалов (иногда в 2-3 раза). Грубые физические воздействия, являясь сверхсильными раздражителями, вызывают нарушение психической деятельности. Однако это не означает, что потерпевшие способны лишь дезориентировать следствие. Многие действия, совершенные до преступления, в подготовительной его стадии, запечатлеваются в их памяти. Во многих случаях потерпевшие запоминают приметы и действия преступника.
Следователь должен учитывать психическое состояние потерпевших. Повторно пересматривая случившееся, они активно реконструируют прошедшие события; закрепляют устойчивые очаги возбуждения. Возникает сложный устойчивый нервно-эмоциональный комплекс, со сложными взаимодействиями чувства стыда, обиды, унижения, мести, а иногда и агрессивности. У потерпевших от полового насилия возникает чувство депрессии, апатии, обреченности, усугубляющееся представлениями о возможной беременности и заражения венерическими заболеваниями. Нередко показания этой категории потерпевших умышленно искажаются с целью сокрытия неблаговидных поступков.
Для многих потерпевших характерно состояние повышенного уровня тревожности и как следствие этого — дестабилизация личной психической интегрированности, нарушенность социальной адаптированности.
Повторное обращение к аффектогенным обстоятельствам может вызвать напряженное психическое состояние, непроизвольный уход от психотравмирующих обстоятельств. Все это требует особой чуткости, тактичности и внимательности со стороны следователя.
Нередко потерпевшим приходится участвовать в многочисленных допросах и очных ставках, неоднократно выезжать на место происшествия, опознавать участников преступления. В этих условиях у потерпевших может непроизвольно сформироваться механизм психической защиты от повторных психотравмирующих воздействий. Интенсивные процессы торможения, их иррадиация могут значительно затруднить получение от потерпевшего нужных для расследования сведений. Стремление выйти из сферы следствия может привести к поспешным конформным показаниям, согласию с предложениями следователя. Следует учитывать и возможное воздействие на потерпевшего со стороны обвиняемого.
Следователю необходимо чутко улавливать динамику настроения потерпевшего. Особенно тщательному психологическому анализу должны подвергаться просьбы потерпевшего о прекращении дела, которые часто вызываются психическим давлением со стороны заинтересованных лиц. О переходе потерпевшего от правдивых показаний к ложным свидетельствуют, как правило, его психическая напряженность, замкнутость, формальность речевых построений. В этих ситуациях следователь должен понять, кто и каким образом мог оказать психическое давление на потерпевшего, воспроизвести возможный ход рассуждений интересованных лиц, показать их несостоятельность. В необходимых случаях следователь преодолевает негативное психическое воздействие на подозреваемого со стороны заинтересованных лиц, вызывая их на допрос и предупреждая об уголовной ответственности за подстрекательство потерпевшего даче ложных показаний или понуждение к даче им ложных показаний.
Психология свидетелей
Особенностью поведения свидетелей в предварительном Следствии (и на суде) является их процессуально регламентированная обязанность дать показания, имеющие значение для раскрытия и расследования преступлений.
Взаимодействуя со свидетелями, следователь должен учитывать, что направленность восприятия события и его содержание определяются оценочной позицией воспринимающего лица, уровнем его психического, интеллектуального и нравственного развития.
При взаимодействии со следователем свидетель придерживается определенной линии поведения, дает свои оценки сообщаемым фактам, о чем-то умалчивает, допускает недомолвки. Они могут быть обусловлены различными побуждениями — боязнью мести, жалостью, стремлением избавиться от свидетельских обязанностей и др. Наряду с этим свидетельские показания сами по себе затруднены рядом психологических обстоятельств — фрагментарностью первоначального восприятия событий, мнемическими и речевыразительными трудностями. (Подробнее психология свидетелей будет рассмотрена в главе "Психология допроса и очной ставки".)
Психологический контакт в следственной деятельности
В следственной практике особенно существенна подготовка следователя к общению с проходящими по делу лицами. Предварительно знакомясь с личностными особенностями каждого проходящего по делу лица, особенностями его поведения, образа жизни, кругом потребностей и интересов, следователь прогнозирует не только свои действия, но и возможные реакции на них партнера по общению, предусматривает позиции этих лиц в отношении обстоятельств дела, существенных для расследования, разрабатывает стратегию и тактику разрешения следственны задач.
Общение следователя с обвиняемым (подозреваемым), по терпевшим и свидетелями в значительной мере формализовано, обусловлено процессуальными требованиями. Как у следователя так и у каждого из этих лиц, четко определено их правовое положение.
Межличностное общение в предварительном следствии — не обычный двусторонний процесс — оно односторонне направляется властной инициативой следователя в рамках уголовно-процессуальных норм. Присущая данному виду общения формализованность и значительной мере затрудняет, сковывает психическую активность, проходящих по делу лиц и требует от следователя коммуникативной гибкости, применения специальных средств активизации общения.
Любое формально-ролевое общение имеет индивидуальный стиль, обеспечивающий его успех или неуспех. Психологически особенно значимы вступление следователя в общение, установление первичных коммуникативных контактов, определяющих и значительной мере их дальнейшее развитие.
Установление коммуникативного контакта обусловлено психическим состоянием контактирующих лиц, их психической взаимоадаптацией. Основа установления коммуникативного контакта — актуализация эмоционально значимого предмета общения, вызывающего психическую активность общающихся лиц.
Установление коммуникативного контакта — сложная психологическая задача, осложняющаяся в предварительном следствии отрицательной установкой отдельных лиц в отношении представителей правосудия, ослабленностью, агрессивностью, скрытностью, подозрительностью.
В позиции отдельных следователей также могут преобладать отрицательные установки — крайне негативное отношение к антисоциальной личности обвиняемого или подозреваемого и связанные с этим высокомерие, надменность, чувство превосходства и т. п.
Вступление в общение с проходящими по делу лицами в судебно-психологической литературе часто называется установлением психологического контакта. Однако термин "психологический контакт" означает эмоционально-положительную взаимосвязь на основе общих интересов и единства целей общающихся лиц. Поскольку в судопроизводстве у участников уголовного дела нет постоянного единства целей и интересов, термин "психологический контакт" целесообразно заменить термином "коммуникативный контакт", освобождающим от обязательного изыскания общих интересов и целей, взаимных эмоционально-положительных переживаний в условиях предварительного следствия.
Профессиональным качеством следователя является его способность нейтрализовать, затормозить эмоционально-негативное отношение к обвиняемому (подозреваемому). При вступлении в общение с ним следователь должен адекватно отразить психическое состояние допрашиваемого, используя зондирующие коммуникативные действия нейтрального содержания.
При этом могут быть обнаружены два крайних вида психического состояния допрашиваемого — резко возбужденное эмоционально отрицательное (гнев, возмущенность и т. п.), депрессивно подавленное (печаль, тоска, уныние и т. п.). Дальнейшее поведение следователя должно строиться с учетом этих состояний, дабы не усугубить отрицательное психическое состояние этих лиц. Здесь могут повредить невнимательность, небрежность, суетливость, нервозность, подчеркнутая подозрительность, наигранная веселость и т. п.
Установлению коммуникативного контакта содействует все, что повышает уровень психической активности. В большинстве случаев коммуникативный контакт в предварительном следствии создается на основе информации, способной вызвать повышенную ориентировочную реакцию. Следует учитывать актуализированные потребности партнера по общению, его текущие доминанты, которые определяются не столько устойчивыми личностными или профессиональными интересами проходящего по делу лица, сколько проблемами, связанными с расследуемым событием.
У каждого обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего и свидетеля имеются свои животрепещущие проблемы, жгучие вопросы, концентрирующиеся вокруг расследуемого дела. Свои контакты со следователем они строят в плане отношений к событию преступления. (И здесь неприемлемы расхожие рекомендации по части установления "психологических контактов", которые предлагаются некоторыми юристами, занимающимися судебной психологией, когда с любителями шахмат предлагается устанавливать "психологический контакт" разговором о тонкостях ферзевого гамбита, а с рыболовом — об особенностях клева в осенне-зимний период.)
Задача следователя — с самого начала найти основу в имеющихся у данной личности положительных социальных связях, усилить эти связи, возбудить социально-положительные, гражданские мотивы поведения. Общая стратегия поведения следователя состоит не в заигрывании с допрашиваемым лицом, не в нахождении каких-либо общих любительских Интересов, а в достойном осуществлении следователем своей социально-гражданской роли, служебной обязанности.
Обвиняемый, подозреваемый, потерпевший и свидетели должны увидеть в следователе честного, принципиального, культурного, знающего свое дело человека, не унижающего их достоинства, не ущемляющего, а защищающего их таран тированные законом права.
Установление коммуникативного контакта — прежде всего избежание всего того, что может его нарушить. Следователю противопоказаны примитивность, вульгарность, малокультурность, профессиональная некомпетентность и тем более грубость и психическое насилие в разнообразных формах проявления (угроза, шантаж, манипулирование ложной информацией, ущемление национальных и религиозных чувств и т. п.).
Вся система коммуникативных контактов должна строиться, прежде всего, на положительных качествах личности, справедливости и гуманном отношении к подследственному лицу. Наиболее значимый момент для установления контакта — доступное и убедительное разъяснение юридических прав и обязанностей данного участника уголовного дела.
Подследственные лица часто чувствуют себя беззащитными перед нависшей опасностью. И следователь с самого начала должен выступать как защитник закона, прав обвиняемого, подозреваемого и других участвующих в деле лиц. Особенно значимо для подследственного лица разъяснение следователем отдельных положений закона, раскрытие тех возможностей, которыми обвиняемый (подозреваемый) может воспользоваться в своем положении.
Следователь должен проявить себя не как преследующее лицо, а как человек, призванный помочь другому, пусть даже оступившемуся, человеку. И это должно быть не показной, а внутренней позицией следователя. Поведение подследственного во многом зависит от поведения следователя. И если следователь проявил внимание к подлинным нуждам зависимого от него человека, с ним всегда захотят установить контакт.
Особенно внимательного отношения требуют лица, лишенные свободы. Лишение свободы — сильнейший психологический фактор. Ограниченная возможность действий, тяжелые нравственные переживания обостряют защитную доминанту, повышают избирательное отношение ко всем действиям официальных лиц, перестраивают всю ценностно-мотивационную и регуляционную сферу личности, повышают чувствительность к отдельным наиболее значимым воздействиям. Особенно значима при том первая встреча со следователем, которая должна соответствовать не только юридическим, но и нравственно-психологическим нормам. Прежде всего необходимо избежать конфликтного взаимодействия.
Для негативного отношения к обвиняемому и подозреваемому следователя, особенно в начале расследования, нет никаких снований — истина еще должна быть установлена. Но даже виновный и осужденный остается гражданином государства со всеми вытекающими отсюда правами, социальным статусом.
У следователя не должно быть негативной установки в отношении подследственных лиц, конфликтного взаимодействия с ними. Не существует общей, глобальной конфликтности между следователем и подследственными лицами. Задача следователя — преодолеть даже временно возникшие конфликтные ситуации и в любом случае достигнуть цели расследования — установить истину по расследуемому событию.
Не всякое противодействие следствию является конфликтом, позиционной борьбой. Противодействие правосудию чаще всего выражается в несостоятельных уловках преступника, для преодоления которых следствие располагает системой научно разработанных средств. Длительные конфликты, борьба могут возникнуть только в практике малоквалифицированных следователей, не владеющих тактикой преодоления противодействия следствию.
Преодоление противодействия подследственного лица требует профессионализма, владения соответствующими правомерными психологизированными приемами. Эти приемы четко отличаются от приемов психического насилия. Законом запрещено домогательство показаний обвиняемого и других участвующих в деле лиц путем насилия, угроз и иных незаконных мер. К приемам психического насилия относятся подсказывающие и наводящие вопросы, угрозы, необоснованные обещания, манипуляция ложной информацией, использование низменных побуждений и т. п. Уголовно наказуемо физическое насилие над личностью. Категорически недопустимы следственные действия в "тактических целях" (например, проведение очной ставки при отсутствии в показаниях существенных противоречий).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
