130775 (720858), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

В других исследованиях мозга больных шизофренией, проведенных методом компьютерной томографии, отмечается атрофия коры (от 10 до 30% исследуемых). Точные контролируемые эксперименты обнаружили также атрофию червя мозжечка (в нем происходят дегенеративные изменения, которые свидетельствуют о поражении этой структуры), инверсию нормальной асимметрии мозга. Эти результаты являются объективным подтверждением гибели нейронов.

Показано, что структурные и функциональные изменения (например, в височных долях и в лимбических структурах) коррелируют с психопатологическими признаками, такими как преобладающая негативная симптоматика, трудности адаптации, более раннее начало психоза, более неблагоприятный прогноз, плохая непереносимость нейролептиков.

При шизофрении имеет место гиперактивность дофаминергических систем. Во многих посмертных исследованиях, посвященным нейромедиаторам, отмечается повышение количества D2-рецепторов (это подвид дофаминовых рецепторов) в базальных ганглиях и лимбической системе, особенно в амигдале, гиппокампе. Есть данные о повышении концентрации дофамина и его рецепторов в левой амигдале, о повышении концентрации норадреналина и его метаболитов.

Все эффективно действующие антипсихотические препараты связываются с дофаминовыми рецепторами. Интенсивность положительного влияния антипсихотических препаратов на проявления шизофрении обнаруживает высокую корреляцию с их способностью связываться с D2-рецепторами. Подтверждающим является также факт, что введение амфетамина вызывает обострение симптоматики у некоторых, хотя и не у всех больных шизофренией, а его хроническое потребление может вызывать психоз (амфетамин стимулирует высвобождение дофамина). Однако существует несколько возражений. Антагонисты дофамина эффективно влияют на все психозы, т.е. гиперактивность дофаминергических систем не является специфичной для шизофрении. Кроме того, для достижения максимального эффекта от лечения должно пройти много времени (6 недель).

Если говорить более точно, при шизофрении проиходит не просто увеличение активности дофаминергической системы мозга, а нарушение равновесия между дофаминовыми нейронами, тела которых расположены в среднем мозге, и локализованными в мозговой коре нервными клетками, содержащими глутамат. Нарушение этого равновесия может привести к образованию избытка дофамина, дефицита глутамата или же и к тому и другому эффекту одновременно. Уменьшение числа нейронов с глутаматом согласуется с наблюдаемой при шизофрении атрофией коры. Галлюциноген полихлоропрен блокирует рецепторы глутамата.

Изучение биохимического действия этих препаратов и соответствующие клинические исследования открывают перед современной медициной эру научно обоснованного назначения лекарственных препаратов. В частности, галоперидол был синтезирован учеными как блокатор дофаминовых рецепторов, который при этом слабо влияет на рецепторы других типов. Также был разработан флуоксетин, специфически подавляющий обратное поглощение серотонина, но очень мало влияющий на обратное поглощение других моноаминов.

Клозапин специфически взаимодействует с некоторыми дофаминовыми и серотониновыми рецепторами. Он может помочь при шизофрении в тех случаях, когда другие препараты не действуют.

Из пяти дофаминергических трактов, существующих в ЦНС, наиболее значимую роль при шизофрении играют мезокортикальный и мезолимбический тракты. Клеточные тела обоих этих трактов содержатся в черном веществе и в вентральной зоне покрышки. В исследованиях на животных показано, что длительное введение нейролептиков вызывает снижение скорости разрядов некоторых нейронов этих трактов.

У больных шизофренией исследованы почти все известные нейромедиаторы. Имеются данные о том, что при шизофрении повышена активность норадреналиновой системы.

Исследование ЭЭГ показывает, что у больных шизофренией чаще встречаются патологические элетроэнцефалограммы, повышена возбудимость при применении методов активации, уменьшена альфа-активность и увеличена тета- и дельта-активность, при этом имеет место преобладание левосторонней патологии. Исследования вызванных потенциалов в целом указывают на повышение амплитуды ранних компонентов и понижение амплитуды поздних компонентов. Эту разницу можно объяснить тем, что хотя больные шизофренией более чувствительны к сенсорной стимуляции, они менее способны к переработке информации на более высоких корковых уровнях.

Другие электрофизиологические методы включают исследование результатов от вживления глубинных электродов и количественный анализ ЭЭГ. В одном исследовании (вживление электродов в лимбическую систему) указывается, что у больных шизофренией обнаруживается спайковая активность, которая коррелирует с психотическим поведением.

Также изменение электроэнцефалографических и магниоэнцефалографических показателей у больных шизофренией по сравнению со здоровыми индивидами учитывается как ковариация психопатологических характерных признаков: их можно истолковать как выражение изменения «когнитивных» коррелятов этих электрических параметров мозга. Так, специфические изменения в фронтокортикальной области (которые находятся в тесной взаимосвязи с дисфункцией базальных ганглиев и медиальных частей височных долей) являются ковариацией специфических шизофренических симптомов.

Анализ топографического распределения амплитуд ВП у больных шизофренией свидетельствует об измененной по сравнению с контрольными лицами асимметрии межполушарной электрической активности. Обсуждается также возможность того, что у больных шизофренией редуцирована «нормальная» структурная асимметрия между левой и правой височными долями (у правшей латеральная борозда слева простирается кзади дальше, чем справа). Магнитоэнцефалографические исследования фиксируют у больных шизофренией измененные ориентации диполей и менее выраженную асимметрию между полушариями.

Все данные, полученные в ходе нейрофизиологических и нейропсихологических исследований, были интегрированы Вейнбергом и его сотрудниками в гипотезе о том, что в результате какого-либо нарушения развития начинаются цитоархитектонические изменения, главным образом в медальных височных структурах, и в течение дальнейшего постнатального развития мозга это может привести (иногда под влиянием еще и родовых осложнений или полового развития) либо к выраженной нетипичности регуляторных процессов между субкортикальными и префронтальными структурами, либо, как предполагает Вейнбергер, к разделению (дезорганизации) лимбических и фронтокортикальных структур. Согласно этой гипотезе, рано возникший патологический процесс, возможно, проявляется только по мере созревания головного мозга. Взаимодействие между этим кортикальным нейронным патологическим развитием и нормальным постнатальным развитием нейронных систем можно тогда рассматривать как основу уязвимости больных шизофренией к развитию психопатологии.

РАССТРОЙСТВА НАСТРОЕНИЯ И ИХ МОЗГОВЫЕ МЕХАНИЗМЫ

Изучение расстройств настроения началось еще в Древней Греции (так, термин «мания» был введен Гиппократом). К настоящему времени различают несколько видов аффективных расстройств. В классификации МКБ-10 выделяются депрессивное расстройство, маниакальное расстройство, биполярное расстройство (маниакально-депрессивный психоз).

Распространенность этих заболеваний следующая: биполярное расстройство – 1%; вероятность депрессивного эпизода в течение жизни у женщины – 20%, у мужчины – 10%. Средний возраст начала заболевания – 40 лет. Более часто аффективные расстройства встречаются у одиноких и разведенных лиц; у лиц, принадлежащим к высоким социально-экономическим слоям общества.

Определенную роль в этиологии этих заболеваний играют наследственные факторы. 50% биполярных больных имеют хотя бы одного родителя, страдающего расстройствами настроения. Если расстройствами настроения страдают оба родителя, то вероятность заболевания ребенка увеличивается до 50-75%. У монозиготных близнецов корреляция наследования составляет 67%, у дизиготных – 20%.

Особенность аффективных расстройств в том, что это не просто хорошее или плохое настроение, а устойчивое, очень интенсивное изменение настроения, которое приводит к дезадаптации. Так, реакция нормального горя при самых тяжелых потерях (как смерть близкого человека) длится самое большее – год.

Эти заболевания затрагивают три сферы: моторную, идеаторную (мышление), эмоциональную.

Основные симптомы депрессии – это депрессивное настроение (в 50% случаев), снижение интереса, влечений, активности, пассивность (100%), снижение энергии, мотивации (100%), снижение самооценки (80%), бессонница (80%), суицидальные мысли (66%), суицидальные действия (10-15%), снижение веса (40%), бред (10%). Депрессивное настроение – это пониженное настроение, его можно описать как печаль, подавленный гнев, чувство стыда, нерешительность, сомнения, самокритика. Мотивация, если присутствует, то чаще всего это отрицательная мотивация. У больных больше, чем у других людей, вероятность формирования зависимости. Как особая форма суицида выступает так называемый расширенный суицид (стремление не только к своей смерти, но и к смерти близких людей; мотивируется желанием избавить их от страданий). Другие частые симптомы при депрессии – усиленное чувство вины (часто в сочетании с бредом), самообвинения, кроме того, избегающее поведение, снижение аппетита, заторможенное мышление, снижение моторного компонента, так называемое абсолютистское мышление. В когнитивной психологии депрессия описывается с помощью «когнитивной триады»: негативный образ себя, негативный образ мира, негативный образ будущего.

Основные симптомы мании – маниакальное настроение (50% случаев), ощущения собственного величия (100%), расторможенность (100%), импульсивность (100%), неустойчивость внимания (100%), речевая активность, т.е. быстрая речь (100%), скачка идей, ускорение мышления (100%), нарушение суждений (75%), бред (75%), повышенная двигательная активность. Маниакальное настроение – это повышенное настроение, возбуждение.

Биполярное расстройство выражается в том, что депрессия и мания чередуются у одного человека с большей или меньшей частотой.

В последние десятилетия отмечается неослабевающее внимание исследователей к проблеме депрессивных расстройств. Результаты исследований указывают на патоморфоз психогенных депрессий, чаще протекающих на неврологическом уровне.

Гормональные и нейромедиаторные моноаминовые системы, играющие важнейшую роль в поддержании нормальной организации центральных нервных процессов, деятельности периферических органов и адаптивных гомеостатических перестроек в организме, активно исследуются при аффективных расстройствах, в том числе и при депрессивных состояниях.

В развитии расстройств настроения принимает участие стрессорная система мозга. Она начинается от заднего мозга и гипоталамуса и оканчивается структурами большого мозга, образующими лимбическую систему и расположенными вокруг нее. В ней есть нейроны, содержащие нодрадреналин, кортиколиберин и дофамин. Эта система представляет собой комплекс из нервных, гуморальных и иммунных реакций и вступает в действие, когда какой-либо фактор заставляет гипоталамические центры секретировать кортиколиберин. Этот фактор в свою очередь стимулирует гипофиз, заставляя его вырабатывать кортикотропин, который переносится кровью к надпочечникам и стимулирует секрецию ими кортизола (это главный циркулирующий в организме стероид, связанный со стрессом). Активация этой системы вызывает изменение настроения и мышления. В норме спад ее активности начинается, когда избыток кортизола достигает гипоталамических рецепторов (рецепторы глюкокортикоидов) в головном мозге и подавляет здесь выработку кортиколиберина.

Депрессию рассматривают как результат длительной активации системы стресса в головном мозге. У больных с депрессией происходит избыточная выработка кортиколиберина, а ее подавление нарушено. Поэтому при депрессии не происходит спада активности стрессорной системы, и она находится в состоянии хронической активации.

Нейроны гипоталамуса, вырабатывающие кортиколиберин, регулируются главным образом нейронами, которые содержат норадреналин и находятся в заднем мозге. Эти кортиколибериновые и норадреналиновые нейроны являются «узловыми станциями» системы стресса. Одна популяция нейронов стимулирует другую. Кроме того, они обе одинаково реагируют на многие нейромедиаторы и белковые модуляторы нервной передачи. Поскольку многие антидепрессанты способны влиять на эти нейромедиаторы, они должны действовать и на регуляцию системы стресса.

В работе стрессорной системы, как уже было сказано, принимает участие гормон кортизол, вырабатываемый надпочечниками. У многих пациентов с тяжелой депрессией выявляется повышенный уровень кортизола в крови, что также указывает на расстройство функций регулирующей его системы.

Характеристики

Список файлов реферата