129531 (720356), страница 7
Текст из файла (страница 7)
Как наука новая, не вполне установившая свои границы и точное свое содержание, педология не выработала какого-то единого определения своего предмета. В области теории педологию отличала эклектичность, механическая связь данных отдельных научных дисциплин, изучающих ребенка. В конечном счете, признавалось, что в педологии не было теории, адекватной предмету исследования - развивающемуся ребенку. Большую проблему в педологии представлял вопрос о методах. Признавалось разнообразие используемых методов. Как отмечал П.П. Блонский, изучение развития ребенка надо начинать с наблюдения конкретных фактов этого развития. М.Я. Басов разработал метод научного наблюдения. Эта методика сохраняет свое значение в современном психологическом исследовании, которое обязательно включает данные специально организованного наблюдения. Рекомендовалось также использование анкет (Н.А. Рыбников, А. Болтунов), естественного эксперимента (А.Ф. Лазурский). В общем провозглашался принцип использования разных методов в зависимости от разных условий. Особое внимание обращалось на использование статистики. В системе методов и методик широкое применение получил метод тестов.
С самого начала педологию отличала направленность на практическое решение задач, стоящих перед школой. Она ставила перед собой цель "представить синтез материалов о ребенке и о детском коллективе, которые были бы использованы для нужд социалистического воспитания в применении к основным целям коммунистической педагогики". По всей стране развернулась работа по созданию сети педологических учреждений. В существовавших институтах открывались педологические лаборатории и секции. Была создана сеть низовых педологических ячеек и провинциальных учреждений, на первом плане в работе которых стояли тестовые обследования учащихся по определению успешности, умственного возраста и профотбору. На педологов были возложены обязанности комплектования классов, организации школьного режима, изучение причин неуспеваемости и разработка мероприятий по борьбе с ними и др. В области применения педологии к педагогической практике были допущены серьезные ошибки, выразившиеся в нередко необоснованных оценках педагогически запущенных детей как дефективных и отправленных на этом основании в специальные школы. Это явление стало массовым, так что появилось большое число специальных школ. Для них не было создано специальной программы обучения: существовавшие программы принципиально не отличались от таковых для общих школ, они были лишь менее интенсивными и более растянутыми во времени. Это вызывало недовольство родителей и педагогов и, что главное, вступало в противоречие с государственной идеологией равенства советских людей. В связи с этим в "Правде" и других средствах массовой информации появляются призывы защитить советских детей от "изуверов-педологов". Одновременно внутри педологии развернулась широкая кампания по критике и самокритике. В журналах появляются разгромные статьи, в которых научная критика уступила место политической и идеологической травле. Все завершилось Постановлением ЦК ВКП (б) "О педологических извращениях в системе Наркомпроса" от 4 июля 1936г. ЦК ВКП (б) осудило теорию и практику педологии. Постановление упразднило педологию, объявив ее лженаукой; потребовало ликвидировать педологическую практику, раскритиковать теорию педологии, полностью восстановить в правах педагогику и педагогов. Работы педологов и психологов, связанных с педологией (М.Я. Басова, Л.С. Выготского, П.П. Блонского и др.), были подвергнуты разгромной критике, изъяты из библиотек и тем самым из научного оборота. Их возвращение в фонд нашей науки началось с 1960-х гг.
Упразднение педологии получило широкое освещение в нашей литературе постсоветского периода и рассматривается по преимуществу в идеологическом аспекте губительного влияния, которое оказал на науку тоталитарный режим. В то же время собственно предметный научный и методологический анализ педологии как варианта комплексной науки оказался отодвинутым и проделан историками недостаточно. Хорошую основу для такой работы представляет полная библиография, включающая всю литературу по педологии за период с 1917-1990 гг.
Одновременно с прикладными исследованиями в послеоктябрьский период развернулась большая теоретическая работа. Ее главное содержание составила линия на обновление психологии в духе марксизма. Наряду с этим в первые послеоктябрьские годы сохранялась преемственная связь с предшествующим этапом развития отечественной науки. До 1922г. действовало Московское Психологическое Общество. Продолжались исследования в школе Г.И. Челпанова в московском Психологическом институте. Как в этом институте, так и в других научных учреждениях, проводились психофизиологические исследования в области зрительных ощущений (С.В. Кравков, Б.М. Теплов). Кравков опубликовал ряд работ по теоретическим проблемам психологии. В очерке "Самонаблюдение" (1924) дал детальный исторический обзор этого метода, описал его варианты, выявил трудности и возможности интроспекции, указал на ценность данных интроспекций в психологическом исследовании. В монографии "Внушение. Очерк психологии и педагогики" (1924) дал детальный анализ явления внушение, описал проявления внушений в нормальном и гипнотическом состояниях. В адресованной педагогам книге "Очерк психологии" (1925) представил современные данные об общих вопросах психологии (целостности человека, о тесной взаимной связи душевных и телесных свойств нашего существа, о ступенях и закономерностях развития и роста в процессе онтогенеза) и сведения по специальным разделам психологии от восприятия до воли.
В развитии взглядов В.М. Бехтерева произошел переход от объективной психологии к рефлексологии. В 1925-29 гг. Владимир Александрович Вагнер (1849-1934) опубликовал "Этюды по сравнительной психологии" (в десяти выпусках), которые явились продолжением его капитального труда "Биологические основания сравнительной психологии". Своими исследованиями Вагнер заложил основания сравнительной психологии в России. Развивалась рефлекторная теория И.П. Павлова; в 1923г. вышел его главный труд - книга "двадцатилетний опыт", фундаментальная сводка проведенных исследований. Учение Павлова об условных рефлексах стало, как отмечал в обзорной статье 1928г.Л.С. Выготский основным и определяющим фактом для развития естественно-научной психологии в России. Оно получило официальную идеологическую поддержку как материалистическое направление. Н.И. Бухарин признал его "орудием из железного инвентаря материалистической идеологии". В 1923г. выдающийся продолжатель петербургской физиологической школы Алексей Алексеевич Ухтомский (1875-1942) выступил с учением о доминанте. Доминанту Ухтомский называл функциональным органом - термином, по-новому определяющим понятие "органа". В отличие от обычного его понимания как морфологически постоянного, Ухтомский дает динамическое его определение, характеризуя его как пространственно-временной комплекс. Так в творчестве Ухтомского естественнонаучные исследования связываются с философско-мировоззренческими проблемами человека. Понятие Ухтомского о функциональных органах получило развитие в концепции А.Н. Леонтьева, в теории функциональных систем П.К. Анохина.
В области методологии науки заметным фактом явилось исследование Владимира Николаевича Ивановского "Методологическое введение в науку и философию" (1923). В книге даётся очерк истории философии. Обсуждаются проблемы научно-исторического познания. Рассматривается специфика научной точки зрения как высшей ступени познавательной деятельности человека в отличие от обиходного, житейского знания, религии и философии, также обсуждается их взаимное соотношение. Выявляются основные тенденций в развитии научной и философской мысли с IХ-Х вв. до настоящего времени. Ивановский предложил интересную классификацию наук. Он разделил все науки на теоретические и практические, прикладные. В свою очередь теоретические науки подразделил на математические, реально-математические и реальные (естественные в широком смысле). Последние имеют дело с вещами, реальными предметами и процессами, с тем, что действительно существует, что есть. В эту группу наук вместе с физической химией, биофизикой и др. он включил психологию, внутри которой наметил подразделения на науки об органической природе: биология и биологическая (физиологическая) психология, психофизика, психометрия, рефлексология, учение о сознании, учение о выражении) и науки об надорганической природе (социальная психология, коллективная психология). Об этой классификации сочувственно упоминает Л.С. Выготский в статье "Исторический смысл психологического кризиса" и присоединяется к характеристике психологии как естественной науки в этом широком смысле слова.
Для отечественной психологии первых лет ее развития после революции 1917г. было характерно пристальное внимание к достижениям мировой психологической науки. Советские ученые принимали участие в международных конгрессах и научных конференциях.
Настроения советских психологов тех лет хорошо выражает одно из выступлений Б.Г. Ананьева, в котором он, в частности, говорил: "Культурное наследие буржуазии и всей истории классового общества создает богатейший материал, который не только не может быть отброшен, но который всемерно должен быть использован, развит, конкретизирован". В 20-е гг. в нашей стране оперативно издавались труды зарубежных психологов: 3. Фрейда, А. Адлера, К. Юнга, В. Келера, К. Коффки, Э. Торндайка, Ж. Пиаже, Э. Кречмера и др. Переводы снабжались вступительными статьями, в которых давалась обстоятельная характеристика работ. В научных журналах давалась информация о новой зарубежной литературе. Устанавливались личные контакты советских психологов с зарубежными учеными. По заказу БСЭ Дж. Уотсон написал для ее 1-го издания статью "Бихевиоризм". С анализом зарубежных концепций выступал Л.С. Выготский в ряде статей, в том числе, в большой работе "Исторический смысл психологического кризиса", С.Л. Рубинштейн в "Основах психологии" (1935) и в других трудах.
10-15 января 1923г. в Москве проходил Первый Всероссийский съезд по психоневрологии. Съезд явился крупным событием в научной жизни: "после длительного перерыва русская психология вновь получила возможность встретиться и обменяться результатами своих работ". Председателем оргкомитета был А.П. Нечаев. Почетным председателем был избран В.М. Бехтерев. Было заслушано 184 доклада по физиологии нервной системы, неврологии, психологии, психиатрии, педологии, психофизиологии труда. Съезд выявил основные направления и тенденции, новые течения и пути в области теоретической и прикладной психологии. Доклады Г.И. Челпанова и его сотрудников "носят общую печать прекрасной школы. Отчетливая постановка проблемы, полное знание тонкостей методики, соответствие уровню современной экспериментальной психологии, глубокое знакомство с литературой, стремление достигнуть при обработке результатов возможной в этой области меры точности - вот черты школы Челпанова". На съезде выступила и другая тенденция, направленная на отрицание правомерности психологии в том виде, в каком она развивалась до сих пор. В 4-х докладах поднимались вопросы метода: Г.И. Челпанова "О предпосылках современной экспериментальной психологии", В.М. Бехтерева "Субъективное и объективное изучение личности", К.Н. Корнилова "Психология и марксизм". И.Г. Челпанов защищал положение о самостоятельности психологии как экспериментальной науки и о необходимости отграничить психологию от рассмотрения спорных философских вопросов.
К.Н. Корнилов (на тех же позициях стоял и П.П. Блонский) выступил с уничтожающей критикой традиционной психологии с тезисом о "грядущей марксистской системе психологии", считая свою точку зрения единственно научной. Уже на следующий день после закрытия съезда 16 января 1923г. в правительственном органе - газете "Известия ВЦИК Советов" был опубликован автореферат доклада К.Н. Корнилова, что свидетельствует о государственной поддержке выдвинутой Корниловым идеи. Реализации этого подхода в психологии он видел в своем учение о реакциях.
Так в 20-х гг. началась перестройка психологии на основах марксизма. Она проходила в острой идейной борьбе, прежде всего в Психологическом институте, которым руководил Г.И. Челпанов. Многими в этот период отмечалась формальность в использовании марксистской философии - преобладала "марксистская фразеология" вместо подлинного усвоения марксизма.
Л.С. Выготский отмечал "особенную трудность приложения марксизма к новым областям: нынешнее конкретное состояние этой теории; огромная ответственность в употреблении этого термина; политическая и идеологическая спекуляция на нем - все это не позволяет хорошему вкусу сказать сейчас: "марксистская психология".
Характерной особенностью ситуации в психологии была разобщенность школ. Особенно изолированное положение занимала грузинская школа. Эта разобщенность расценивалась как препятствие к консолидации марксистки ориентированных психологов против буржуазных влияний на психологию, против всех и всяческих попыток механоматериалистической и идеалистической ревизии марксистско-ленинской теории в психологии. В ходе освоения марксизма происходила перестройка методологических основ психологии, складывались категории, принципы психологии - принцип единства сознания и деятельности; общественно-исторической обусловленности человеческого сознания и др. Осуществление этой грандиозной работы происходило в условиях идеологического давления, оказываемого на науку сверху. Наметился и в дальнейшем усилился процесс противопоставления советских исследований мировым. Утверждалось положение о принципиальных отличиях советской науки от буржуазной в отношении предмета, методов, в ее проблемах и даже конкретных методиках. В 20-е годы получили распространение поведенческие концепции, которые в целом не выходили за рамки естественнонаучного материализма.
В категориях поведения определяли предмет психологии П.П. Блонский и М.Я. Басов. Михаил Яковлевич Басов (1892-1931) боролся за построение психологии на основах диалектического материализма, против идеализма, механистического материализма Бехтерева, против биологизации психики человека. Расценивая ситуацию в психологии как кризисную, Басов указал на субъективизм и идеализм в трактовке психики как источник кризиса. Путем выхода психологии из кризиса, по Басову, может быть объективное познание, в котором теория должна быть неразрывно связана с практикой: "... истинной лабораторией для изучения ребенка должна быть школа, детский сад или детский дом, а основным работником в этой области должен быть педагог. Через педагогическую практику и в непосредственном контакте с нею должны ставиться и разрешаться теоретические проблемы, касающиеся детства". Подвергнув критическому анализу существовавшие представления о предмете психологии и указан на их ограниченность в понимании объяснительных принципов в трактовке психического, М.Я. Басов делает вывод о том, что предметом психологии является поведение, а методом - наблюдение. "Активность, выявляющаяся во взаимоотношениях человека со средой, процесс его поведения составляет истинный объект психологического изучения. Ступени в развитии структуры поведения описываются в терминах старой психологии: низшие структуры поведения называются ассоциативно-детерминируемыми процессами, высшие - апперцептивно-детерминируемыми. Басов подвергает специальному анализу вопрос о специфике человека и в связи с этим останавливается на проблеме сознания. Качество сознательности рассматривается как важнейшая особенность человеческой активности, без которой она лишена всякого смысла и значения. Без сознания невозможна цель. Сознание делает подотчетными все формы внутренней активности. Критерием осознанности является возможность выражения соответствующего содержания в языке. В целях анализа человека как деятеля Басов обращается к специфически человеческой деятельности - труду в разнообразии всех его профессиональных различий. Деятельность, по Басову, опосредуется "наукой", т.е. всем накопленным историческим знанием о деятельности. Главным предметом исследования Басова было развитие личности ребенка, детская психология. Вообще проблема развития рассматривается Басовым как проблема первоочередной важности в психологии. Красной нитью через все труды Басова проходит борьба с биологизацией в психологии. Так, применительно к проблеме возраста критикуется подход, в соответствии с которым возраст рассматривается как обусловленный биологическим развитием. Необходимо выявить специфические для психологического развития закономерности, и именно это составляет задачу психологического исследования. По отношению к этому предмету Басов разработал метод наблюдения, который считал наиболее адекватным приемом психологического исследования: "... внешнее наблюдение есть единственный метод, который может быть применен ко всем формам развития психических функций". Наблюдение в естественных условиях Басов понимал широко: оно не исключало в качестве своих компонентов эксперимента и самонаблюдения. В разработанной Басовым методике наблюдения придавалось большое значение культуре наблюдения. Его итогом является характеристика ребенка, основанная на материале, "охватывающем все формы активности ребенка во всех видах его деятельности, или, наоборот относящемся к отдельным ее сторонам". Характеристика нацелена на понимание личности ребенка и имеет важное значение для педагогической практики. Попытка Басова ввести в психологию понятие деятельности в связи с задачей перестройки предмета психологии получила дальнейшее развитие в советской психологии в последующем в трудах А.Н. Леонтьева, С.Л. Рубинштейна и др.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
