128843 (720137), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Как отмечает П. К. Анохин, “понятие “принятие решения” появилось в процессе разработки различных больших и малых систем, когда стало важным определить этап, на котором заканчивается формирование и начинается исполнение Какого-либо акта, т. е. можно сказать, что система приняла решение”.

При этом в процессе принятия решения выделяются два ос­новных этапа: информационной подготовки решения и собственно процедуры при­нятия решения.

Существуют различные классификации ситуаций принятия решения. Поскольку в самом общем виде принятие решения пред­ставляет собой формирование последовательности действий для достижения определенной цели на основе преобразования некото­рой информации об исходной ситуации, большинство этих клас­сификаций посвящено: 1) глобальным характеристикам ситуации принятия решения; 2) характеристикам информационной подго­товки решения; 3) особенностям детерминации процедуры приня­тия решения стадией “предрешения”.

К первой группе классификаций можно отнести, например, классификацию, рассматривающую два типа систем, принимаю­щих решение. Для первого типа существует единый язык, на ко­тором могут быть описаны задачи системы и способы их решения;

для второго типа систем такого языка не существует. Первый тип систем представлен тремя классами: в первых двух классах (А и Б) задана четко сформулированная задача (цель), но способ действия может быть либо задан, либо нет. У третьего класса систем (В) отсутствует четко сформулированная задача (т. е. обя­зательным условием функционирования такой системы становит­ся формирование целей деятельности).

К этой же группе относится классификация В. В. Дружинина и Д. С. Конторова, выделивших три типа ситуаций (систем) при­нятия решения: информационные, оперативные, организационные.

Информационные решения должны ответить на вопрос, что ис­тинно, и заключаются в диагностировании ситуации (“распозна­вании ситуации”, по терминологии авторов).

Оперативные решения должны ответить на вопрос, как дей­ствовать, и состоят в выработке способа управления.

Организационные решения должны ответить на вопрос, какой должна быть система, организация, и состоят в определении структуры и распределении функций в предполагаемой органи­зации.

Касаясь информационной подготовки решения (вторая груп­па классификаций), Т. Томашевский выделяет четыре типа си­туаций, в которых необходимо принятие решения о действии:

1. Ситуация выбора (фактически — это классическая ситуация реакции выбора): “...во всех этих ситуациях человек должен осу­ществить выбор (селекцию) сигналов, классифицировать их на такие, которые требуют реакции, и такие, которые ее не требуют”.

2. Сложная ситуация. “Сложными ситуациями называются та­кие ситуации, в которых рабочий должен одновременно учитывать сведения, получаемые более чем от одного источника инфор­мации, либо выполнять более чем одно действие”.

3. Ситуация предпочтения. “Когда различные возможные ре­акции имеют для человека неодинаковое значение, когда по ка­кой-либо причине он выбирает одно из двух...”.

4. Вероятностные ситуации. “Такого рода ситуации возникают в тех случаях, когда работник выполняет определенные операции при недостаточном объеме имеющейся в его распоряжении инфор­мации”.

Нетрудно видеть, что все перечисленные ситуации являются фактически ситуациями выбора.

Иной подход предлагает Ю. Козелецкий. Он выделяет два ос­новных типа ситуаций принятия решения.

1. Закрытые ситуации. В этих ситуациях задано “множество гипотез о состоянии объекта... и установление диагноза состоит лишь в определении их вероятности и ее изменении под влиянием постепенно получаемой информации”, и неопределен­ность в этих ситуациях состоит в том, что “человек не знает, ка­кая гипотеза из известного множества гипотез о состоянии объ­екта окажется истинной”.

Автор выделяет в этом большом классе закрытых ситуаций узкие и широкие. В первых (простых) имеется всего 2—6 гипо­тез о состоянии объекта (и, следовательно, такое же количество соответствующих действий), во вторых таких гипотез гораздо боль­ше.

2. Открытые ситуации. Эти ситуации характеризуются, по терминологии автора, “тотальной” неопределенностью: в них “множество действий”, “либо множество гипотез о состоянии объ­екта, либо ценность результатов не даны эксплицитно”. В связи с этим в процессе принятия решения человек должен “самостоя­тельно сформулировать множество гипотез по поводу неизвест­ного состояния объекта”.

К третьей группе классификаций можно отнести обобщенную модель деятельности оператора, предложенную В. П. Зинченко и Н. И. Майзель. Согласно этой модели, характер информационной подготовки решения (информационного поиска) детерминирует различные типы принятия решения.

Проблема логической формы детерминированности процедуры принятия решения исходной ситуацией рассмотрена в работе Л. Фогеля. Автор разработал шкалу логической сложности про­цесса принятия решения (дедуктивные, абдуктивные, индуктив­ные решения, решения, связанные с предвидением) и проиллюст­рировал ее примерами автоматов соответствующей логической структуры.

Классификация В. В. Дружинина и Д. А. Конторова позволяет отнести принятие решения на перцептивно-опознавательном уровне (задачи восприятия и опознания) к информационным решени­ям, а выработку способа действия при решении оперативных за­дач — к оперативным решениям.

В общем виде этапы информационной подготовки решения и процедуры принятия решения могут быть описаны следующим образом.

Информационная подготовка принятия решения сводится к процедурам, объединяемым в две группы: а) поиска, выделения, классификации и обобщения информации о проблемной ситуации;

б) построения “текущих” образов или операциональных концеп­туальных моделей. Процедура принятия решения может быть описана следующими операциями: а) предварительное выдвиже­ние системы “эталонных гипотез”; б) сопоставление текущих об­разов (концептуальных моделей) с рядом эталонов и оценка оди­наковости (сходства) между ними; в) коррекция образов (моде­лей), “сообразование” гипотез с достигнутыми результатами;

г) выбор эталонной гипотезы (или построение ее) или разработка принципа и программы действий.

Процесс решения перцептивно-опознавательной задачи, осо­бенно этап информационной подготовки решения, тесно связан с поисковыми операциями — с поиском стимулов, признаков опо­знаваемых и декодируемых объектов, завершающимся формирова­нием образа объекта.

Таким образом, существенной психологической характеристи­кой становления перцептивного образа и поисковых операций, его обеспечивающих, является интенсивная аналитико-синтети-ческая деятельность с вычленением на разных фазах процесса различных признаков объекта.

Аналогичные данные были получены одним из авторов при исследовании восприятия и опознания сложных объектов (зашум-ленных изображений). Выполненные экспериментальные исследо­вания по восприятию зашумленных изображений позволили вы­двинуть гипотезу о “сложноступенчатой” природе решения пер­цептивно-опознавательной задачи в этих условиях. В соответствии с этой гипотезой процесс решения подобной задачи включает:

а) “послойный” анализ, своего рода препарирование струк­туры изображений от слоев с крупноразмерными элементами к слоям с мелкоразмерными элементами;

б) ступенчато-этапную обработку информации в пределах слоя о функционированием аналитико-синтетических процедур в несколько тактов, циклично;

в) формирование “на выходе” слоев промежуточных образов с последующей их интеграцией в итоговый;

г) соотнесение этих образов с эталонами различного инфор­мационного содержания и определение эталона, изоморфного те­кущему образцу.

4. Психологический механизм принятия решения

Этапы развития явления трансформируются в структурные уровни его организации и выступают затем как функциональные ступени дальнейших творческих взаимодействий.

Это — всеобщий принцип развития. Рассмотрим его примени­тельно к психологической проблеме принятия решения, опираясь на данные психологических экспериментов.

Прежде всего обратимся к этапам развития психологического обеспечения принятия решения.

В результате экспериментального изучения умственного разви­тия ребенка было выделено пять достаточно отличаю­щихся друг от друга этапов.

Первый из них характеризуется неспособностью действовать “в уме” (во внутреннем плане). Дети, находящиеся на этом этапе, способны решать задачи лишь во внешнем плане, манипулируя непосредственно вещами. Активность ребенка побуждается только практическими потребностями (для самого ребенка — “прапракти-ческими”). Способы действий не осознаются. Процессы и продукты действий слиты (не расчленены для самого ребенка). Цели форми­руются и достигаются под непосредственным контролем вещей. В основе регуляции действий лежит непосредственное восприятие ситуации. Эмоции — единственное, что выступает здесь в роли об­ратной связи.

На втором этапе задачи также решаются лишь во внешнем плане, путем манипулирования вещами. Однако дети уже способ­ны воспроизводить сложившиеся во внешнем плане действия по словесному указанию взрослого, т. е. связывать словесную модель ситуации с ее непосредственным восприятием. Верно, слово вы­ступает здесь лишь как обычный “сигнал сигнала”: оно срабаты­вает, когда у ребенка уже имеется соответствующая программа, подготовленная яо внешнем плане. Дети на этом этапе способны воспроизводить во внутреннем плане продукты собственных дей­ствий, выражать их словесно, а следовательно, осознавать их. Однако попытки действовать непосредственно “в уме” приводят к “утере задачи”, к распаду деятельности. Манипулирование веща­ми происходит без достаточно осмысленного плана, замысла. Соот­несение частной и общей целей недостижимо: решение частной задачи превращается в самоцель, общая задача растворяется, выталкивается. Действия контролируются преимущественно веща­ми. Оценка эмоциональна, хотя внешние речевые указания уже начинают влиять и на выбор цели, и на контроль действия, и на его регуляцию, и оценку.

На третьем этапе задачи могут быть решены манипуляцией представлениями вещей. Происходит расчленение продукта и про­цесса действия — способы действий (процессы) вскрываются, ста­новятся доступными “оречевлению”, осознанию. Они составляют основу формирующихся операций. Слово приобретает качественно иную функцию. Оно становится не просто сигналом сигнала, а зна­ковым сигналом, который не только активизирует готовую коман­ду, но может нести в себе зародыш собственной команды — заро­дыш программы действий. Прежде программа действий, соответ­ствующая речевому сигналу, была скрыта внутри. Теперь намечается возможность ее вынесения во вне. До этого дети не имели способности к построению самокоманды. На данном этапе такая способность начинает складываться. Однако ее реализация еще сильно затруднена относительным несовершенством теперь уже организации внешнего плана действий: дети затрудняются в понимании условий задачи — у них нет достаточных данных для “считывания” значений знаковых сигналов в образованиях внеш­него плана; они часто теряют задачу: “считывание” оказывается весьма сложной деятельностью. Вместе с тем существенно расши­ряется сфера стимуляции — появляются собственно познаватель­ные потребности и целеполагания, хотя функцию контроля дейст­вий все еще выполняют преимущественно вещи, а в самостоятель­ной оценке результатов действий доминируют эмоции.

На четвертом этапе задачи решаются также манипулированием представлениями предметов, но затем, при повторном обращении к задаче, найденный путь уже может составить основу плана пов­торных действий, каждое из которых теперь строго соотносится с требованиями задачи. Это обеспечивается переводом ряда образо­ваний внутреннего плана во внешний план, что дает известную свободу, намечающую отчетливо выраженную способность к само­команде. Формируются интеллектуальные операции, которыми осуществляются самокоманды. Ход оперирования подвергается оценке, опирающейся на логические правила. Роль эмоциональной оценки тем самым ограничивается.

На пятом этапе наметившиеся тенденции достигают полного развития. Способность к самокоманде сформирована. Действия систематичны, построены по замыслу, строго соотнесены с задачей. Если решающий сталкивается с задачей, для решения которой у него имеется готовая логическая программа, контроль за ходом ее решения и оценка оказываются всецело логическими.

Таковы основные этапы развития внутреннего плана действий. Дальнейшее совершенствование этого плана определяется законо­мерностями его связи с внешним планом: функционируя, внутрен­ний план перестраивает и внешний. Образования внутреннего пла­на как бы спускаются на уровень внешнего, создавая тем самым более обширные возможности для совместного функционирования. Это осуществляется в ходе широкого овладения культурой, нара­щивания специальных профессиональных знаний и т. п.

Несмотря на отмеченные преобразования, в развитом интеллек­те этапы его развития сохраняют свои отчетливые следы: они оказываются структурными уровнями его организации. Это ярко обнаруживается в решении творческих задач.

При нетворческой задаче развитый интеллект реализует гото­вые логические программы. Однако при творческой задаче карти­на меняется. Провал избранной программы отбрасывает организа­цию деятельности решающего на нижние структурные уровни интеллекта. Он повторяет смену типов поведении, характерных для каждого из этапов развития. Человек как бы карабкается по лестнице структурных уровней интеллекта. А лестница эта по­строена из трансформированных этапов развития. Структурные уровни организации интеллекта выступают теперь как функцио­нальные ступени решения творческой задачи.

Огромное количество фактов, накопленное психологией твор­чества, полностью подтверждает высказанное положение. Это дает право рассматривать описанную здесь организацию интеллекта че­ловека как выраженный в наиболее общем виде психологический механизм принятия решения человеком.

Сказанное выше дает право изобразить центральное звено пси­хологического механизма принятия решения в виде двух прони­кающих одна в другую сфер. Внешние грани этих сфер представ­ляют собой абстрактные пределы (асимптоты) дискурсивного мышления. Снизу таким пределом оказывается интуитивное мыш­ление. За ним простирается сфера строго интуитивного мышле­ния — мышления животных. Сверху — логическое. За этим преде­лом простирается сфера строго логического мышления — мышле­ния современных вычислительных машин.

Характеристики

Список файлов реферата