128799 (720093), страница 6

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 6)

В свете излагаемой теории коммуникации мне кажется важным выделить во внутриутробномразвитии ребенка следующие факторы. Ребенок, находясь в гармонии с материнским телом, пребывая в идеальных условиях, получая питание и комфортную окружающуюсреду, постепенно, по мере развития нервной системы как органа, начинает регистрировать и отождествлять внутренние и внешние раздражители сопределенными психофизиологическими реакциями. Внутренние переживания, основываются на психофизиологических переживаниях матери, проявляемыхопределенными гормонами и эмоциональными переживаниями. Внешними раздражителями являются свет, звук и тактильные ощущения от прикосновения с частямисобственного тела и стенками плаценты, чувство боли и тепло, а также вкусовые ощущения во время глотания околоплоднойжидкости. Почему-то хочется думать, что весь этот комплекс реакций, исходящих от различных раздражителей, является не непроизвольным стечением обстоятельств,а с определенного этапа готовности (развития) органов чувств и нервной системы, становится закономерным ответом на волнующий психику вопрос, что есть все это? Находясь в условияхотносительного гомеостаза, ребенок не может не реагировать на свет, проходящий через живот матери и стенки плаценты, не слышать звуки окружающие мать и темболее не разделять физиологические реакции, связанные с жизнедеятельностью матери. Все это, как указывал Винникотт, возможно сосредотачивается в зачаткахбудущей личности, а другими словами формирует примитивную структуру психики с развивающейся способностью автономного функционирования.

Говоря о воспринимаемом свете, мне пришла в голову мысль, что возможно этот свет, который ребенок видитдостаточно редко, поскольку мать почти всегда находится в одежде, является одним из первых сильных впечатлений, которое может составлять основуархаического чувства иного мира, о котором говорят многие люди, пережившие клиническую смерть. Сама мысль и ощущение чего-то сверхъестественного, большегои всемогущего, что связывается изотерической и религиозной психо-философией с существованием Бога, на самом деле, может быть ничем иным, как инфантильным,архаическим переживанием внутриутробного ощущения ребенком внешнего мира и жизни в нем. Углубляясь в перенатальную психологию, начинаешь соглашаться склассиками психоанализа, считавшими, что ребенок рождается с психическим аппаратом, наделенным инстанцией Эго, хотя и слабовыраженной. И то, что писалаМелани Кляйн, о существовании у только что родившегося ребенка фантазий в отношении первичного объекта, теперь становится гораздо более убедительными.Хотя лично я не разделяю подход Мелани Кляйн к характеру и составу этих фантазий, но считаю обоснованным их наличие. Говорить о фантазиях можно послетого, как младенец выйдет из постнатальной регрессии и начнет реагировать на внешние раздражители, или когда он находится еще во внутриутробном периодежизни.

Должен отметить, что процесс психической коммуникации ребенка эмбрионального периода развития кардинальноотличается от периода после рождения, это связано с тем, что окружающая ребенка среда, а главное, условия пребывания в ней, имеет значительную разницу. Вутробе матери ребенок относительно пассивен и не существует как самостоятельная единица. Его организм, с точки зрения психофизиологии тесно встроен в организмматери, что в корне меняет изначальные потребности ребенка, выражаемые существованием и жизнью, а также отношениями с окружающими. После рождения ребенок попадает совершенно в иную от прежней среду, которая не только определяется новыми источниками истимулами, исходящими от внешней и внутренней среды, но и собственными потребностями, которые теперь совершенно отличны от тех, которые были в утробематери. Все это дает нам основание полагать, что приписываемая примитивность процессов восприятия и ощущения в недифференцированной стадии, есть неизначальная данность, с которой начинает развиваться психика, как структура, о которой говорят многие исследователи психологии развития, в частности РенеСпитц, а скорее реакция на глобальные изменения смены среды и адаптации к ней.

По моему мнению, в период эмбрионального развития, начиная с 4-6 месяцев у ребенка начинает активноразвиваться психическая структура, которая позволяет ребенку исследовать самого себя и окружающее, на том уровне, который, по сути допустим природой. Вполнедостаточно, что ребенок приобретает представление ограницах собственной территории и о том, что помимо этого пространства мира, есть еще и другой скоторым он находится в пассивной коммуникации, и в котором он непременно окажется. Он слышит голоса, видит проблески света, ощущает тепло и контакт извнев момент чьего-то прикосновения к животу матери, сосет собственный палец и так далее. В этом смысле можно предположить, что первичный нарциссизм, наступает нетогда, когда полагал Фрейд, а значительно раньше, еще в утробе матери. А первый объект, с которым сталкивается ребенок, это не материнская грудь, как считаютмногие исследователи, а он сам, в частности, его палец, который он сосет в нарциссическом пространстве полного комфорта (в утробе). Соответственно чембольше тревоги в аффективной жизни матери, тем больше тревоги у ребенка и последующего нарциссизма всобственном функционировании после рождения. Хотя говоря о первом объекте следует также отметить, что помимо пальца можно поставить в отдельную графучувство общности с чем-то высшем, которое испытывает ребенок в утробе матери. Возможно это чувство само по себе и ощущение или фантазия причастности кчему-то большему, является гораздо более значимым и глобальным в смысле дальнейшего развития. Это ощущение, как я указывал выше, формирует архаическоеокеаническое чувство причастности и связи с чем-то необъятным и непостижимым. Причем это чувство не покидает человека на протяжении всей жизни и практическикаждый задумывается над вопросом кто он есть на Земле и есть ли еще что-то, чего мы не в силах понять?

Природа не может не подготавливать функциональные системы эмбрионального ребенка к предстоящемурождению и если к этому периоду у ребенка полностью сформированы все внутренние органы и жизненно важные системы,то почему же у него не должна быть развита психика? Конечно она развита, но в пределах техграниц и возможностей, которые предоставляет ей необходимость. Даже если предположить самые благоприятные условия пренатального развития, с учетом техаспектов психического развития, о которых я говорил выше, то психика ребенка все равно не может развиться больше из-за неизбежной патологической обратимоститакого развития. Тогда благоприятная среда воспринималась бы как клетка, с одной стороны, а самоощущение после рождения вызывало бы следы памяти об опытеболее развитом и благоприятном, чем тот, с которым ребенок сталкивается после рождения в течение первых недель жизни. Это отчетливо видно, что действительноребенок рождается и не в состоянии сразу принять и реагировать на бесчисленное множество раздражений и стимулов, исходящих от внешней и внутренней среды.

Эндогенная постнатальная регрессия

Причина отсутствия у грудного ребенка перцепции не в том, как полагал Спитц, из-за отсутствия непосредственноперцепции, вследствие недоразвитости психического аппарата, а в том, что мощный информационный поток новых стимулов взывает в психике ребенка защитноеотреагирование, которое, на мой взгляд, является в своем роде базовым и первым, врожденным защитным механизмом Эго, который обуславливается эндогенной постнатальнойрегрессией. Регрессией, которая переводит в частности психическое функционирование на более ранний уровень развития, при котором значимымистановятся физиологические потребности, удовлетворение которых позволяет ребенку выжить. До этого, вопроса жизни и смерти у ребенка просто несуществовало, материнская среда всячески до сих пор уберегала его от этой психогенной тревоги. Соответственно период после рождения следует определять некак недифференцируемый, а как постнатальную регрессию. Это существенно важно, так как, мы можем помнить о том, что врожденная оснащенность (Гартман) у ребенка, с учетом его психического пренатального развития, гораздоболее сложнее и в своей базе содержит достаточно развитые механизмы. И от того, как проходила беременность и внутриутробное психическое развитие, а главное,как проходили роды, насколько они были травматичными, зависитсила и продолжительность постнатальной регрессии. А вернее сказать, из этого, можно заключить насколько быстро и на каком качественном уровне ребенок перейдет от постнатальной регрессии кпериоду стимульной дифференциации.

Стимульная дифференциация и значимость визуального контакта

Под стимульной дифференциацией я пониманию период, когда путем стабилизации удовлетворения физиологических потребностей,удовлетворение становится относительно стабильным и не вызывает чрезмерного психического усилия в смысле собственного выживания, у ребенка появляются новыегоризонты стимулов, на которые он вновь начинает обращать свое внимание. И это восприятие можно поделить на пассивное и активное. К пассивному восприятиюможно отнести источники звука, света, тактильные и двигательные ощущения. А активные источники восприятия сосредотачиваются вокруг визуальных впечатлений,а именно на глазах, которые ярко и значительно подталкивают ребенка к началу невербального диалога с матерью или другим близким объектом. Именно этакоммуникативная характеристика зрительного процесса ставит их в разряд активных стимулов. В чем же здесь дело, почему визуальные источники информацииоказываются настолько значимыми, что так сильно притягивают внимание младенца?

Роль матери в психической коммуникации с младенцем

Дело в том, что до сих пор у ребенка практически не существовало никаких возможностейкоммуникации, кроме как с самим собой, находясь в нарциссическом гомеостазе. По сути дела его психика и коммуникативные системы чисты как белый лист, апсихическая материя, как саморазвивающийся и обучаемый орган, настроена на активное развитие и обучение, которое достигается путем взаимодействия сокружающим. Все окружающие сенсорные стимулы для младенца ничего не значат, если только они не превышают допустимые пороги, соприкасающиеся с усилениемэндогенной тревоги выживания. В таком случае они запускают механизмы защиты и младенец (Эго) выдаетзащитную реакцию, которая является дериватом инстинктасамосохранения. Он просто начинает кричать. А если источники сенсорной информации не превышают допустимых порогов, они воспринимаются просто как шум,в смысле некого потока бессмысленного раздражения. Исходя из чего, коммуникативная система младенца выбирает тот источник иннервации, который наэтой чистой поверхности восприятия, является наиболее сильным и “информационным”. Этим источником является взгляд матери, или другого,обеспечивающего выживание объекта. Именно взгляд, который, казалось бы, не содержит никакой информации, для довербальной психики младенца, оказываетсянаиболее информационно значимым. Не имея никакой смысловой и знаковой психической структуры, посредством которой можно было бы общаться, психика икоммуникативный инстинкт, выбирают именно то полотно коммуникации, которым она обладает в данный момент. И этим полотном является психическая информация и,соответственно, психическая коммуникация. Именно эта беззнаковая система информации, исходящая от психической структуры матери становится наиболее понятным иадекватным способом коммуникации младенца с поддерживающим объектом. И это не просто эмпатийное чувство, которое передает мать ребенку за счет обожающеговзгляда, о котором указывают Винникот и Спитц. Эта психическая информация, является базовым регулятором психического состояния младенца наравне сосновными физиологическими потребностями ребенка. В данном случае, совсем не важно видит ли ребенок гештальт, состоящий из глаз, носа и рта или нет, важното, что ребенок, как и мать, акцентирует свое внимание на глазах, а вернее сказать на том, что исходит от них. И сам факт того, что ребенок прежде всегосмотрит в глаза, а не на рот, или нос, в то время как и сами эти части лица не имеют никакого объектного смысла, также может являться доказательством, того,что глаза являются носителем некой привлекающей силы (Либидо), которая для ребенка необходима в этот момент.

Посредством взгляда своему младенцу в глаза, мать передает собственное психическое,удовлетворяющее либидо, еще не сотканной психической ткани младенца. И с каждым разом обращаясь, таким образом, к психическому младенца, его “ткань”разрастается с той силой любви и принятия, какую имеет обожающий взгляд матери. Ребенок получает психическую информацию непосредственно из психическогоисточника матери, обеспечивая себе, таким образом, понимание образа существования, адекватное имеющемуся психическому аппарату. Мать как бынаправляет психическое развитие ребенка, его переживания в то русло психического развития, которое необходимо ребенку. Причем, как мы понимаем, эточисто неосознаваемый процесс, независящий ни от матери, ни от ребенка. Это та часть врожденной автономности, дериват коммуникативного инстинкта, с которойрождается человек и живет на протяжении всей жизни.

Психическая коммуникация, которую мы наблюдаем за поведением матери и младенца, в своемроде, первый акт психический деятельности ребенка, направленный на взаимодействие с другим психическим объектом. Конечно, в это время, у младенцаотсутствует какое либо осознавание того психического и психологического смысла, который означает для него это взаимодействие, но с точки психогенеза, данноевзаимодействие удовлетворяет важнейшие инстинктивные потребности. Во-первых, удовлетворяется коммуникативный инстинкт, путем нахождения в глазах материнеобходимого источника Либидо. Причем, одним из главных позитивных факторов этого Либидо, является получение необходимого партнера для психическойкоммуникации. Во-вторых, снимается эндогенная тревога, запускаемая за счет активации инстинкта самосохранения. И, в-третьих, как я указывал ранее, удовлетворяющее Либидо, дает психическомуребенка колоссальный потенциал развития, который его психика черпает из психоэнергетических, аффективных и чисто коммуникативных компонентоввзаимодействия.

Также можно высказать гипотезу, о психической коммуникации как одной из основных формкоммуникации в довербальный период развития первобытного человека. В какой-то степени, эти психические способности взаимодействовать с окружающими, былинеобходимы первобытным людям, а вероятнее всего, и всем остальным животным млекопитающим для установления дистанционного контакта со своими соплеменникамии окружающими зверьми. Возможно, такой способ контакта помимо обоняния и поведенческих признаков и характерных голосовых сопровождений былдополнительным источником, который позволял не только оценивать степень опасности и безопасности, но также и решать на месте конфликты локальногохарактера.

Характеристики

Список файлов реферата