ref12262 (719803), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Р. Бернс, как уже было указано, рассматривает физическое Я как один из аспектов установки личности на саму себя. Телесное Я является интегральной составляющей каждого из 3 элементов установки – образа Я, самооценки и поведенческих реакций – и может быть представлено в различных модальностях. Данная схема удобна в методических целях, так как позволяет «дробить» единый предмет исследования на различные компоненты в зависимости от уровня анализа. Так, на когнитивном уровне изучается телесный образ Я как представление о своем теле (образ тела, схема тела, внешность, половая принадлежность и т.д.), на эмоциональном – самооценка (внешности, телесных проявлений), на динамическом – поведение человека в связи с представлением о своем теле и его самооценкой. Каждая из этих составляющих может рассматриваться как Я-реальное (как человек видит и оценивает свое телесное Я и как в связи с этим действует), как Я-идеальное (каким бы он хотел видеть свое тело и внешность и как это отразилось бы на его активности) и как Я-зеркальное (как, по его мнению, его тело и внешность видится и оценивается другими людьми, и как это представление сказывается на его поведении). Степень совпадения этих показателей может говорить как о гармоничности личности, высокой удовлетворенности собой, низкой тревожности, так и о неразвитости самосознания, завышенной самооценке и вытеснении тревоги. Поэтому сами по себе эти показатели имеют малую диагностическую и прогностическую ценность для исследователя, а должны анализироваться в общем контексте жизнедеятельности индивида.
Подобный подход к пониманию отношения физического Я к общей Я-концепции человека можно назвать «функциональным»: он предполагает существование многих частных аспектов самосознания в ряду которых находится и телесное Я. Однако специфика физического Я раскрыта в этом подходе слабее остальных элементов структуры. Тем не менее, такая специфика, безусловно, имеет место: телесность, в отличие от эмоциональности, духовности, социального статуса и т. д., является материальным объектом, что делает ее доступной непосредственному чувственному восприятию. Как отмечает Т. Шибутани, «поскольку каждое человеческое существо есть органическое целое, существует неоспоримая связь между его телом и его ощущением индивидуальности» (Шибутани, 1999; 183).
Второй тип отношений телесного Я и Я-концепции существует в так называемых «генетических» схемах, связанных, в частности, с именами З. Фрейда и Э. Эриксона. Этот подход предполагает существование Я-физического на ранних этапах онтогенеза как предпосылку и базис формирования самосознания. Ниже мы остановимся подробнее на проблеме формирования физического образа Я в процессе психического развития ребенка.
Тесно смыкаются и во многом пересекаются с генетическими схемами уровневые теории самосознания. Согласно концепции В.С. Мухиной, структурными единицами самосознания являются ценностные ориентации, которые формируются на различных этапах онтогенеза: 1) ориентация на признание своей внутренней психической сущности и внешних физических данных; 2) ориентация на признание своего имени; 3) ориентация на социальное признание; 4) ориентация на физические, психические и социальные признаки определенного пола; 5) ориентация на значимые ценности в прошлом, настоящем и будущем; 6) ориентация на основе права в обществе; 7) ориентация на долг перед людьми (Мухина, 1985).
Самосознание предстает у В.С. Мухиной как психологическая структура, представляющая собой единство звеньев, развивающихся по определенным закономерностям. Причем содержательное наполнение этой структуры, в отличие от универсальной структуры сознания, строго индивидуально для каждого человека. Одним из звеньев самосознания является физическое Я, понимаемое здесь как представление о собственной внешности и осознание своей половой принадлежности.
В.В. Столин также включает физическое Я в свою схему «вертикального строения самосознания». В соответствии с тремя видами активности Столин выделяет три уровня в развитии самосознания: организменный, индивидуальный, личностный. На уровне организма активность субъекта определена системой организм-среда, имеет прежде всего двигательный характер и вызывается потребностями в самосохранении, нормальном функционировании, физическом благополучии. В недрах этой активности формируется «схема тела» или «Я-образ» организма - итог всех процессов, отражающих состояние внутренних органов, мышц и активации организма в целом (Столин, 1983).
На уровне социального индивида активность человека подчинена принадлежности к общности. Она регулируется нормами, правилами, обычаями, уставами и т.д. Я-образ облегчает человеку ориентацию в системе этих активностей за счет формирования в нем системы самоидентичностей: половой, возрастной, социально-психологической и т.д. На уровне личности активность субъекта вызывается прежде всего потребностью в саморегуляции, и основой Я-образа становится дифференцирующая составляющая, направленная на выделение личности из социума, и обеспечивающая ее самоактуализацию (Столин, 1983).
Таким образом, опыт, связанный с самовосприятием и «переживанием» человеком собственного тела, рассматривается как важная характеристика и условие формирования самосознания. Но его дальнейшая роль в общей структуре самосознания или вообще опускается или признается, что физическое Я есть сложный биосоциальный комплекс. В связи с этим возникает ряд вопросов, требующих специального обсуждения: во-первых, является ли формирование телесного Я самым ранним этапом построения Я-концепции, на который затем «надстраиваются» другие компоненты самосознания; во-вторых, завершается ли формирование физического Я в раннем возрасте или оно корректируется, дополняется и трансформируется в течение жизни человека, и какие факторы могут здесь считаться определяющими; в-третьих, как физическое Я вплетено в социальную жизнь индивида.
Для поиска ответа на поставленные вопросы обратимся к теориям, освещающим структуру телесного образа Я и процесс его формирования в онтогенезе.
Осознание своей телесной сущности формируется на самых ранних этапах онтогенеза и в норме остается достаточно стабильным в течение всей жизни.
Как уже говорилось выше, под образом Я (в частности, физическим образом) принято понимать описательный компонент Я-концепции как системы всех представлений индивида о себе. Две других составляющих представляют собой самооценку, или аффективный компонент Я-концепции, и поведенческие реакции, или ее динамический компонент. Эти три составляющих самосознания имеют относительно независимую логику развития, однако в своем реальном функционировании обнаруживают тесную взаимосвязь. Так, неудовлетворенность своими физическими данными, фиксация на физическом дефекте неизбежно влияют на представление о своем телесном Я, на общий уровень самопринятия. Таким образом, процесс построения физического Я-образа неотделим от формирования эмоционально-ценностного к нему отношения.
В социальной психологии проблема развития физического образа Я остается практически не изученной, разрабатываясь преимущественно в рамках клинической психологии. Здесь сегодня выделяется несколько направлений исследования телесного образа. В первом из подходов тело понимается как граница Я. Понятие «граница образа тела» было введено С. Фишером и С. Кливлендом, которые исходили из того, что люди различаются по тому, насколько «твердыми» и «отгораживающими от внешнего мира» они воспринимают границы собственного тела. Как правило, это восприятие неосознанно и проявляется в чувстве определенной отграниченности от окружающей среды (Соколова, 1989).
Согласно психоаналитическим взглядам, граница образа тела формируется на раннем этапе онтогенеза и определяет дальнейшее построение телесного образа Я. Первоначально ребенок не различает внешний мир объектов и внутренний мир субъективных желаний: его собственное тело в его представлении представляет единое целое с телом матери. Концепция Я как независимой сущности развивается в течение периода от двух до трех лет (Арлоу, 2000). Физический контакт с матерью создает основу для накопления опыта, приводящего к осознанию границ собственного тела. Существуют данные, доказывающие, что люди с хорошо определенными границами в значительной степени ориентированы вовне: это проявляется в выраженной автономии, легком приспособлении к окружению, заинтересованности в контактах с другими. У лиц с низкой определенностью границ образа тела в сознании личностные особенности проявляются в слабой автономии, высоком уровне личностной защиты, неуверенности в социальных контактах (Соколова, 1989).
Теоретико-экспериментальные исследования ряда отечественных авторов также показывают, что одним из факторов, определяющих развитие самосознания в раннем онтогенезе, является осознание ребенком своего Я-физического в результате манипулирования совместно со взрослыми. В сферу осознания Я-физического вовлекаются вначале отдельные органы чувств и части тела. Перцептивный и двигательный опыт ребенка при сопоставлении с действиями взрослого приводит его к оценке своих рефлекторных и моторных возможностей. Через синтез отдельных представлений у него возникает первичный образ собственного тела и способность владения им в форме произвольных движений, что также свидетельствует о моменте выделения ребенком себя из того пространства, в котором он находится (Чамата, 1968; Мерлин, 1996).
Процесс различения Я и не-Я и укрепление границ Я сопровождается постепенным формированием схемы собственного тела. Это понятие было предложено Боньером в 1893 г. Оно означает пластичную модель собственного тела, которую каждый строит, исходя из соматических ощущений. Схема тела обеспечивает регулировку положения частей тела, контроль и коррекцию двигательного акта в зависимости от внешних условий.
Понятие «схема тела» не тождественно понятию «образ тела»: если первая определяется работой проприоцепции, то образ тела следует рассматривать как результат осознанного или неосознанного психического отражения. В современной психологии распространен подход к пониманию образа тела как сложного комплексного единства восприятий, установок, оценок, представлений, связанных и с телесной внешностью и с функциями тела: это тот «базис, на котором развертывается дальнейшее развитие Я-концепции» (Налчаджян, 2000; с.279).
Наиболее обращенным к внешнему миру компонентом образа Я является представление человека о собственной внешности. Пожалуй, именно этот аспект физического образа непосредственно подводит нас к социально-психологической проблематике. Как мы видели выше, и образ тела, и схема тела, формируются в непосредственном социальном взаимодействии. Но эти процессы происходят на очень раннем этапе онтогенеза и в основном завершаются к началу сознательной жизни человека. Представление о собственной внешности также закладывается у ребенка относительно рано, но дополняется и корректируется в более поздних возрастах. Отличительной особенностью его формирования является тесная связь с эмоционально-ценностным отношением (самооценкой). Характер самоотношения во многом определяется особенностями социального опыта человека на всем протяжении его жизни: «Поскольку отношение к человеку в известной мере зависит от его физических качеств, последние оказываются важной основой для формирования Я-концепции» (Шибутани, 1999; с.183).
Основы самооценки закладываются в раннем детстве, и главным фактором при этом выступает характер детско-родительских отношений. Так, неприязнь, отдаленность, неуважение переходят в дефект самоотношения вплоть до неприязни к себе – своим чертам, физическому облику. В итоге самооценка внешности оказывается практически не связанной с объективными физическими данными ребенка, а зависит от позитивного или негативного отношения со стороны родителей и ближайшего окружения. Причем оценка собственной внешности имеет тенденцию распространяться на самооценку личности в целом, и наоборот - позитивное отношение к себе в целом может делать внешний облик более привлекательным в собственных глазах: «Рост человека, его вес, телосложение, здоровье, зрение, цвет лица и т.д. способны стать ведущими составляющими его отношения к себе, главными факторами, определяющими его чувство собственной ценности, адекватности и приемлемости своей личности» (Бернс, 1986; с.96). Многочисленные исследования показывают, что существует высокая положительная корреляция между удовлетворенностью своим телом и общей удовлетворенностью собой.
В подростковом и юношеском возрасте самооценка внешности приобретает особое значение. Огромную роль наряду с оценками значимых других (теперь это главным образом сверстники и учителя) здесь играет ориентация на принятые в обществе стереотипные образы маскулинности или фемининности. Причем юношеские эталоны красоты и просто «приемлемой» внешности нередко оказываются завышенными, нереалистичными. Обнаружение каких-либо явных или мнимых физических недостатков глубоко фрустрирует подростков, порождая тревогу и дезадаптированность (Кон, 1989).
Важным аспектом проблемы самооценки внешности являются гендерные различия в ее проявлениях. Существуют данные, подтверждающие более обостренное отношение к своему внешнему облику у девушек по сравнению с юношами: «В 14-15 лет девочки гораздо больше мальчиков озабочены тем, что о них думают другие, значительно более ранимы, чувствительны к критике, насмешкам» (Кон, 1989; с.103). Высокая значимость внешности сочетается у девушек с такими традиционно относимыми к «феминным» личными качествами, как склонность к концентрации на чувствах, эмоциональность и экспрессивность. Ряд гендерных исследований показывает, что «исключительную роль в формировании «женского» типа характера играет ориентация женщин на межличностное общение и связанное с этим стремление обратить на себя внимание, понравиться… Ориентированность на внешнюю оценку, на признание другими пронизывает базовые смысловые структуры личности женщины, влияя на ее отношение к себе. Так ожидание позитивного отношения к себе со стороны других…связано с уверенностью в себе женщин» (Визгина, Пантилеев, 2001; с.99). Наше эмпирическое исследование, проведенное на женщинах-респондентах, основывается на представлении о той важной роли, которую для женщин играет стремление к принятию и ожидание одобрения в социальных контактах.
В норме болезненная фиксация на собственной внешности и ориентация на оценку значимых других к концу подросткового возраста уступает место развитию других способов укрепления самооценки (через учебу, спортивные достижения, личные качества и т.д.) и ее автономизации. В дальнейшем сформированный телесный образ Я и характер (позитивный или негативный) его самооценки сохраняют относительную устойчивость на протяжении всей жизни человека. «В целом, адекватность самооценок с возрастом, по-видимому, повышается. Самооценки взрослых по большинству показателей более реалистичны и объективны, чем юношеские, а юношеские – чем подростковые, в чем сказываются большой жизненный опыт, умственное развитие и стабилизация уровня притязаний» (Кон, 1989; с.99). В зрелом возрасте на самоотношение влияет опыт переживания травмирующих ситуаций. Степень искажения образа физического Я и его самооценки в подобных случаях зависит от ряда личностных факторов: таких, в частности, как когнитивный стиль (полезависимость) и уровень самопринятия. Любые изменения какого-то аспекта образа Я при низкой когнитивной дифференцированности влекут за собой изменение и других аспектов представления о себе; «изменение частной самооценки по какому-то значимому измерению вызовет изменение других частных самооценок и эмоционально-ценностного отношения к себе в целом» (Соколова, 1989; с.29).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
