Psiholog problemi samoregulirovaniy (719215), страница 5

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

Теперь я хочу, чтобы вы вспомнили все это наоборот, точно, как при обратной перемотке фильма.

Когда закончите, подумайте о том, чему вы научились или что поняли. Оно такое же, каким было несколько минут назад?

Марти: Прокручивая фильм вперед, я прошла от состояния замешательства к "Ага! Я понимаю!" А потом, когда я крутила его наоборот, -- в итоге оказалась в том месте, где была в замешательстве.

Да, таков запуск наоборот. Что вы испытываете сейчас, когда думаете о том, что несколько минут назад понимали безо всяких сомнений?

Марти: Ну, я снова в замешательстве, и все-таки часть меня знает, что у меня по-прежнему есть то понимание, которое пришло позже. Я не могу создать такое же чувство полного замешательства, какое было в первый раз. Но я и не так уверена.

Как насчет остальных. Так же?

Бен: Ну, я узнал нечто новое -- о чем мне неизвестно, чтобы я осознавал это в тот момент, -- о происшедшем со мной в том опыте.

Да, это интересно, но это не то, о чем я спросил. Я хочу знать, изменилось ли ваше восприятие того, что вы узнали.

Бен: Нет, не изменилось.

Вообще никак не изменилось? Вы должны действительно остановиться и подумать об этом. Вы не можете просто сказать: "О, это то же самое". Это все равно что сказать: "Я пробовал научиться летать, но не смог выбраться к самолету -- значит, это, не работает".

Бен: Знаете, это забавно, что вы упомянули полеты, потому что я вспомнил именно обучение ощущению посадки на воду -- ощущению этого контакта с водой. Когда я прокрутил фильм назад, я вышел из этого ощущения, и, чтобы заставить самолет двигаться назад, мне пришлось смотреть на него со стороны. И это добавило новое измерение к обучению контакту с водой.

Это дало вам новый взгляд. Знаете ли вы теперь о посадке самолета хоть сколько-то больше, чем раньше?

Бен: Ага.

Чего еще вы не знаете? Пока? Из одного только обратного прокручивания фильма можно получить весьма многое. Многие просматривают фильмы от начала к концу, чтобы учиться из опыта, но мало кто крутит их наоборот. Как насчет остальных? У вас такие же ощущения?

Сэлли: Нет. Изменились детали. Изменилось то, на что я обращаю внимание. Последовательность происходящего организована по-другому.

Последовательность организована по-другому. Ну, а то, чему вы научились, теперь изменилось?

Сэлли: Да.

Как оно изменилось? Вы знаете нечто, чего не знали раньше? Или вы могли бы теперь сделать что-то по-другому?

Сэлли: Само знание не изменилось. То, чему я научилась, не изменилось, но изменилось то, что я чувствую в связи с этим и как на это смотрю.

Это повлияет на ваше поведение?

Сэлли: Да.

Несколько человек здесь получили довольно многое, просто потратив минуту на просмотр события в обратном порядке. Сколько бы вы узнали, если бы прокрутили назад все, что с вами происходило? Видите ли, Сэлли абсолютно права. Просмотр фильма наоборот меняет последовательность событий. Подумайте о двух переживаниях: 1) способность что-то сделать и 2) неспособность сделать то же самое. Сначала расположите их как 1-2, сначала вы можете, потом не можете что-то сделать. Теперь расположите 2-1, сначала вы не можете, а потом можете что-то сделать. Довольно разные вещи, правда?

События вашей жизни произошли с вами в определенном порядке. Большая часть этой последовательности не была запланирована; это просто произошло. Большая часть вашего понимания основана на этой как бы случайной последовательности. Поскольку у вас только одна последовательность, у вас только один набор пониманий, и это ограничивает вас. Если бы те же самые события произошли в другом порядке, ваши понимания были бы совершенно иными, и вы бы совершенно иначе вели себя.

Вы обладаете целой личностной историей -- тем богатством, которое используете, чтобы двигаться в будущее. То, как вы его используете, определит то, что из этого получится. Если у вас есть лишь один вариант использования -- вы будете очень ограничены. Будет много такого, чего вы не заметите, много мест, в которые не попадете, и многих идей у вас просто не возникнет.

Прокручивание событий вперед и назад -- это лишь два из бесконечного числа способов, которыми вы можете организовывать свой опыт. Если вы делите фильм только на четыре части, появляется еще двадцать две последовательности, которые можно пережить. Если делить на большее число частей, количество последовательностей еще возрастает. Каждая последовательность породит новый смысл так же, как разные последовательности букв создают разные слова, а разные последовательности слов -- разные значения. Множество техник НЛП -- это просто способы менять последовательность переживаний.

Я бы хотел внедрить в вас то, что я считаю одним из важнейших шагов в эволюции вашего сознания: не доверяйте успеху. Всякий раз, когда вы чувствуете себя уверенно и несколько раз успешно решаете задачу, я хочу, чтобы вы заподозрили, что чего-то не замечаете. Когда у вас есть нечто работающее -- это не значит, что другие средства не работают или что больше нельзя сделать ничего интересного.

Много лет назад какие-то люди вычислили, что можно выкачивать из земли вязкую липкую черную жидкость и сжигать ее в лампах. Потом они вычислили, как сжигать ее в большом стальном ящике и катать его туда-сюда. Вы можете даже сжечь ее на конце трубы и отправить трубу на луну. Но это не значит, что нет других способов проделывать такие штуки. Сотню лет спустя люди будут смотреть на нашу "супертехническую" экономику и качать головами так, как делаем мы, когда думаем о воловьих упряжках. Истинное нововведение было бы проще совершить в самом начале. Они могли бы сделать поистине поразительные вещи. Что если бы они сказали:"Глянь-ка, это действительно работает! Что еще будет работать? Что еще можно сделать? Какие еще есть способы двигаться, кроме как сжигая всякую всячину и изрыгая ее с какого-нибудь конца? Какие еще есть способы двигаться, кроме катания в металлических ящиках и полетов в железных трубах?" Чем большего успеха вы добиваетесь, тем более уверенными становитесь и тем меньше вероятности, что вы остановитесь и подумаете:"А чего я не делаю?" То, чему я вас учу, работает, но я хочу, чтобы вы думали о том, что еще могло бы работать даже лучше.

Мозг: Кладовая слов.

Вес мозга всего три фунта (около 1360 г). Тем не менее Хупер и Терези', говоря о мозге, называют его трехфунтовой Вселенной. "Сведения" об этом многофункциональном органе подтверждают их правоту: наш мозг управляет всеми важными функциями организма, такими, как дыхание, мышечный тонус, циркуляция крови, обмен веществ; он же определяет стиль и способ мышления. Мозг состоит примерно из десяти миллиардов нервных клеток, хотя некоторые эксперты предполагают, что их число гораздо больше, в пределах ста миллиардов. В свою очередь, каждая отдельная клетка мозга благодаря наличию разветвленных нервных отростков может связываться с десятками тысяч других. Таким образом, расхожее уподобление мозга с его многочисленными возможностями компьютеру ни в коем случае не оправдано. Исследователи мозга склоняются скорее к тому, чтобы сравнивать с компьютером отдельные клетки мозга. Вся эта комплексная "кабельная сеть", работающая на электрохимической основе при участии так называемых нейромедиаторов, или "глашатаев мозга", служит чрезвычайно продуктивным накопителем информации. В мозге заложены невероятные мощности для обработки информации и передачи ее всем системам тела. Если сравнивать то, что мы знаем о мозге, и то, что нам известно о других органах нашего тела, становится ясно: исследователи в области мозга столкнутся еще с многими загадками. Каждую неделю, каждый месяц новые результаты дают ученым пищу для размышлений. Мозг заботится о том, чтобы вы видели эти буквы, чтобы их сочетания идентифицировались в вашем мозге как слова и эти слова рождали такие же образы и ассоциации, какие сейчас, при написании этих строк, роятся в моем мозге. Но действительно ли речь идет об одинаковых мыслях? Хотя мы с вами используем при чтении и понимании одно и то же слово, тем не менее наши мысли и чувства могут быть в зависимости от индивидуальной истории жизни и особенностей личности весьма различны. Если вы предложите десяти своим знакомым подумать о дереве, с уверенностью можно будет сказать лишь о том, что в головах этих людей всплывет именно образ дерева, и все же подумают они о десяти разных деревьях: о ели, дубе, пальме, березе, вишне и т. д. Путем искусного подбора слов герои романов изображаются как живые, однако каждый читатель представляет себе эти вымышленные образы по-своему. Именно по этой причине Так, например, на настоящих географических картах главные улицы или центральные и площади имеют свое соответственное обозначение и цвет. Если человек любит собак, то и это слово мозг хранит "на карте" по соседству с понятиями "удовольствие, свободное время, дружба, верность" и т. д. Если же сосед страдает собакофбией, это же слово будет "передано на хранение" в мозг, в тот отдел, где собраны впечатления от ботаники, угрозы и страха. Несмотря на явные различия в переживаниях двух соседей, оба, однако, когда речь заходит о собаке, думают о четвероногом, лающем, покрытом шерстью животном. Точно так же, когда дает о себе знать слово проблема, один человек приободряется, работает и закатывает рукава, в то время как другой готов бежать куда глаза глядят. испытывают разочарование многие кинозрители, когда смотрят экранизацию: слишком сильно она отличается от их фантазий.

Наука о значении слов называется семантика. Еще в тридцатые годы семантик Кошибский писал: "Слова - не есть вещи, о которых мы говорим". Он сравнивает слова с географическими картами, изображающими ту или иную территорию. Так, например, озеро на карте обозначается голубым пятном, но не каплей воды. К тому же реальное озеро и не бывает таким голубым. И все же человек, читающий карту, узнает на ней водоем, так как озеро изображается в соответствии со структурой реально существующей области. Сходным образом дело обстоит с горами, улицами, населенными пунктами и морями. Карта - не территория, она лишь напоминает ее формальным изображением со ссылками на масштаб.

Итак, наш мозг, наряду со словами и языком в целом, хранит огромный запас карт, отражающих действительность. При этом каждый мозг оформляет свои "картографические" зарисовки индивидуально, на основе истории жизни личности.

Итак, слова в нашем мозге субъективно связаны с миром наших чувств. И наоборот, мир чувств связан со словом. Но что происходит, когда "географическая карта" устаревает и чувства, сопряженные с сохраненным в мозге словом, больше не соответствуют окружающей действительности? В этом случае Кошибский говорит даже о "'семантической катастрофе". Например, сосед, страдающий хронической собакофобией, мог бы со временем придать своему виду и голосу должные осанку и интонации, чтобы внушать уважение собаке. Однако устаревшая "географическая карта" о животном продолжает бессмысленно ограничивать его в личной свободе передвижения.

Конечно, уместно говорить о так называемом словарном запасе. Но под этим должно подразумеваться не только количество слов и выражений, которыми мы владеем. Не менее важной, чем многообразие, чертой нашей лексики должна стать необходимость такой аккумуляции слов мозгом, чтобы слова пробуждали и активизировали наши способности, физические и творческие силы, а не вызвали слабость и страх. Магические слова составляют из всех имеющихся в нашем распоряжении слов карты островов сокровищ, ведущие нас к внутренним источникам силы.

Резюме

У каждого человека со словом связаны определенные события и ощущения. Всякий опыт, приобретенный каким-либо человеком когда-либо в связи со словом, накоплен как информация в мозге. Таким образом, одно и то же слово может у одного человека вызывать позитивные чувства и воспоминания, а у другого порождать негативные эмоции. С помощью "Магических слов" мы сможем запечатлевать слова в нашем мозге таким образом, чтобы они вызывали к жизнипозитивные силы.

ИЗМЕНЕНИЕ БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО.

"Сид, ты не понимаешь того, что большая часть нашей жизни определяется бессознательным"). Когда Эриксон сказал мне это, я отреагировал так же, как большинство моих пациентов, когда я говорю им то же самое. Я почувствовал, что смысл его слов сводится к тому, что моя жизнь предопределена и что самое большее, на что я могу надеяться - это осознание раз и навсегда установленных шаблонов функционирования бессознательного. Позже, однако, я понял, что бессознательное не является таким уж неизменным. Весь опыт наших переживаний, накопленный до сегодняшнего дня, влияет на наше бессознательное точно так же, как и на сознание. Если я читаю что-нибудь вдохновляющее, то мое бессознательное меняется. Если я встречаюсь с человеком, который лично для меня очень важен мое бессознательное меняется. По сути дела, положительная ценность любой психотерапии очевидным образом основана на способности человека изменяться и в значительной мере под воздействием общения с другим человеком или группой.

Я считаю, что эти изменения происходят наиболее быстро и необратимо тогда, когда психотерапевт ставит себе целью повлиять на бессознательные стереотипы своего пациента, а это часто включает в себя работу с его ценностными ориентациями и системой отношений. Эриксон согласился с этой точкой зрения. К концу жизни он выработал очень эффективный способ достижения этой цели - свои обучающие семинары.

Во время нашей последней встречи он объяснил мне, как у него сложился этот подход.

"Мне приходилось тратить слишком много времени на одного пациента. А я предпочел бы работать сразу с группой людей и учить их думать, правильно подходить к проблеме. Ко мне приходили десятки писем, в которых говорилось: "Вы полностью изменили мое общение с пациентами. Я принимаю много пациентов, но вижусь с ними меньше. Я стал принимать больше пациентов, но теперь могу уделить им меньше времени".

Я ответил вопросом: "А это является результатом того, что...?"

Мой респондент писал мне: "Они приходят сюда, и я рассказываю им истории. После чего они уходят домой и меняют способ своих действий".

Характеристики

Список файлов реферата