Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

Принуждение лица к причинению вреда правоохраняемым интересам заключается в применении по отношению к нему неза­конных методов физического или психического воздействия. Такое принуждение может выражаться как в физическом насилии (по­бои, пытки, причинение телесных повреждений, незаконное лише­ние свободы и пр.), так и в психическом воздействии (различные угрозы, объектом которых может стать безопасность жизни, здоро­вья, честь, достоинство, имущественные интересы). Не исключено также прямое воздействие на психику лица (путём использования различных психотропных веществ, звуковых высокочастотных генераторов, гипноза и т. п.) с целью принудить его к совершению общественно опасных действий (бездействия).

Норма, предусмотренная ст. 40 УК РФ, охватывает ситуации, которые рассматриваются либо по правилам исключающей уголов­ную ответственность непреодолимой силы, либо по правилам край­ней необходимости.

Если вследствие физического принуждения лицо не могло ру­ководить своими действиями (бездействием), т. е. действовать из­бирательно, и в результате этого причинило вред правоохраняемым интересам, ответственность исключается, поскольку лицо дейст­вовало (бездействовало) под влиянием форс-мажорных обстоя­тельств, непреодолимой силы, исключающей мотивированное пове­дение и вину. Так, связанный сторож не может охранять вверен­ный ему участок.

Если же в результате физического принуждения лицо сохра­нило возможность руководить своими действиями, вопрос об уго­ловной ответственности такого лица за причинение вреда правоохраняемым интересам решается по правилам о крайней необходи­мости (ст. 39 УК). В данном случае лицо действует (бездействует), выбирая между угрожаемым вредом и тем вредом, который необ­ходим для устранения этой угрозы. То же правило действует и когда вред правоохраняемым интересам причиняется вследствие психического принуждения (угроз).

Если у лица не было иного выхода, кроме причинения вреда правоохраняемым интересам, и, если при этом причинённый вред меньше предотвращенного вреда, то данное лицо не подлежит уго­ловной ответственности, поскольку действовало в состоянии край­ней необходимости.

Типичными примерами могут, например, служить действия кассира, отдающего разбойникам под угрозой применения оружия дневную выручку, либо действия директора банка, отдающего под пытками ключ от хранилища с драгоценностями. Разумеется, об общественно полезной направленности таких действий говорить не приходится, но уголовная ответственность исключается.

При отсутствии ситуации крайней необходимости ответствен­ность наступает на общих основаниях.

Если состояния крайней необходимости в подобных случаях не усматривается, либо имеет место превышение её пределов, при­менённое к лицу принуждение может рассматриваться как обстоя­тельство, смягчающее ответственность (п. "е" ч. 1 ст. 61 УК).

5. Обоснованный риск

Включение в УК РФ 1996 г. нормы об обоснованном риске представляется весьма своевременным. Оно соответствует обозна­чившейся в российском обществе тенденции на развертывание инициативы и самостоятельности, научно-технической, хозяйственной, профессиональной смелости, на принятие новых, нестандартных решений в любой области, где работает тот или иной гражданин⁰.

В соответствии со ст. 41 УК РФ не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам при обоснованном риске для достижения общественно полезной цели.

Обоснованный риск, состоящий в правомерном создании воз­можной опасности правоохраняемым интересам в целях дости­жения общественно полезного результата, которым не мог быть получен обычными, нерискованными средствами, является обстоя­тельством, исключающим преступность деяния. Такой риск возмо­жен в любой сфере деятельности: производственной, научно-тех­нической, врачебно-медицинской, правоохранительной и т. д., а так­же в экстремальных ситуациях, возникающих в сферах быта и проведения досуга. Риск – это в значительной степени право лица на творческий поиск (например, при разработке новых мето­дов лечения в медицине).

По моему мнению, право на риск имеет любой гражданин, независимо от того, в каких условиях он рискует (при осуществлении профессиональной деятельности либо преодолении ситуаций, воз­никающих в сфере быта или досуга). Не случайно в УК РФ 1996 г. законодатель употребляет термин "обоснованный риск", а не "оп­равданный профессиональный и хозяйственный риск", как в Осно­вах уголовного законодательства 1991 г.

Источником, порождающим опасность причинения вреда пра­воохраняемым интересам при обоснованном риске, являются дей­ствия самого лица, намеренно отклоняющегося от устоявшихся тре­бований безопасности для достижения общественно полезной цели.

Далее я перечислю условия правомерности обоснованного риска, при которых он является обстоятельством, исключающим уголовную ответственность.

а) Действия (бездействие) рискующего должны быть направ­лены на достижение общественно полезной цели. Они соверша­ются для достижения результата, который приносит выгоду, глав­ным образом не лично тому, кто действует в условиях риска, а другим людям, обществу или государству. Дости­жение определённого общественно полезного результата – именно та цель, которая определяет социальную полезность тех или иных действий при обоснованном риске.

б) При правомерном риске поставленная цель не может быть достигнута обычными, нерискованными средствами. Возможность реализовать эту цель обычными, нерискованными методами снимает правомерность рис­ка, превращает его в общественно опасное действие (бездействие). Если такая возможность существовала и лицо ею не воспользова­лось, а предпочло рисковать и в результате причинило вред правоохраняемым интересам, оно подлежит ответственности на общих основаниях.

в) Риск не должен переходить в заведомое причинение ущер­ба. Причинение вредного последствия при риске является лишь возможным. Там, где речь идет о заведомом причинении ущерба, правомерный риск отсутствует. В частности, риск не может быть признан обоснованным, если он заведомо был сопряжён с угрозой для жизни многих людей, с угрозой экологической катастрофы или общественного бедствия (ч. 3 ст. 41 УК).

г) Совершённые при риске действия (бездействие) должны обеспечиваться соответствующими знаниями и умениями, объ­ективно способными в данной конкретной ситуации предупредить наступление вредных последствий.

Так, действия, совершаемые в условиях правомерного риска профессионалами, должны соответствовать современным научно-техническим знаниям и опыту, современным требованиям той или иной профессиональной деятельно­сти. Положительный результат, достигнутый в результа­те совершённых в состоянии риска действий (бездействия), может в последующем послужить основанием для формулирования новых правил, в соответствии с которыми будет осуществляться деятельность в затронутой области.

Правда, в ситуации риска нередко приходится исходить из объективно сложившихся конкрет­ных условий и имеющихся в распоряжении рискующего возможно­стей, опираться на тот опыт, знания и умения, которыми он сам обладает. Речь идёт о возможностях так называемого среднего че­ловека. Было бы неправильно лишать такое лицо права на риск в различных экстремальных ситуациях – главное, чтобы он давал шанс на позитивный результат.

д) Лицо, допустившее риск, должно принять достаточные, по его мнению, меры для предотвращения вреда правоохраняе­мым интересам. Оно должно предвидеть размер вероятных вред­ных последствий и с учётом имеющихся возможностей правильно избрать те меры, которые могут максимально уменьшить их размер или устранить совсем. Речь идет именно о субъ­ективных расчётах и мерах действующего в ситуации риска лица, способных, с его точки зрения, предотвратить возможные вредные последствия.

При соблюдении указанных условий лицо, допустившее риск, не несет ответственности за причинённый правоохраняемым инте­ресам вред в ходе рискованных действий независимо от того, дос­тигнута им общественно полезная цель или нет.

В тех случаях, когда лицо ошиблось и несмотря на принятые им меры и вопреки его расчётам наступивший вред оказался зна­чительно большим, чем он мог бы быть при принятии иных мер, не связанных с риском, его действия выходят за границы риска и ста­новятся общественно опасными. В таких случаях имеет место пре­вышение пределов оправданного риска и может наступать уголов­ная ответственность. Следует иметь в виду, что в отличие от крайней необходимости вред, причинённый при обоснованном риске, иногда может быть и больше того, который предотвращён. Превышение пределов обоснованного риска рассматривается как обстоятельство, смягчающее ответственность (п. "ж" ч. 1 ст. 61 УК).

6. Исполнение приказа или распоряжения

В соответствии с ч. 1 ст. 42 УК РФ "не является преступлени­ем причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам лицом, действующим во исполнение обязательных для него прика­за или распоряжения".

Вопросы, связанные с оценкой правомерности причинения вреда охраняемым уголовным законом интересам при исполнении подчинённым приказа или распоряжения (в дальнейшем в понятие "приказ" как более широкое я буду включать и распоряжение) начальника, довольно часто возникают на практике. Прежде всего это касается военнослужа­щих, сотрудников органов внутренних дел, ФСБ, на­логовой полиции, таможенной службы и некоторых других катего­рий государственных служащих. Однако положения ст. 42 УК распространяются не только на сферу государственной службы. Обязательными следует считать также приказ администрации, адресованный рабочему или служащему любого юридического лица. Также обязательными для любого гражданина являются приказ представителя власти, отданный в пре­делах его компетенции.

Приказ начальника обязателен для ис­полнителя. Это вытекает из отношений исполнительской дисцип­лины, подчинённости. Исполнение обязательного приказа, по общему правилу, ис­ключает уголовную ответственность за причинение вреда правоохраняемым интересам.

Статья 42 УК устанавливает, прежде всего, общее положение, заключающееся в том, что действия (бездействие) во исполнение обязательного приказа, сопряжённые с причи­нением вреда правоохраняемым интересам, не являются преступ­лением. Уголовную ответственность за причинение такого вреда несёт лицо, отдавшее незаконный приказ. Здесь имеет место ситуация посредственного причинения.

Приказ – это проявление воли начальни­ка. Законодательство и практика управленческой деятельности ис­ходят из презумпции законности всех приказов начальников и их обязательности для исполнения подчинёнными. Приказы обладают большей юридической силой, чем само исполнительское действие⁰. Поэтому ответственность за по­следствия незаконных приказа или распоряжения возлагается на отдавшего их начальника.

Незаконность приказа или распоряжения может выражаться как в неправомочности должностного лица отдавать такой приказ (в частности, когда он не соответствует целям и задачам данного юридического лица), так и в не­соблюдении установленной формы приказа (на­пример, письменной). Чаще всего незаконность приказа определяется его содержанием, противоречащим требо­ваниям действующих законов и иных подзаконных актов. Преступ­ность приказа означает его несоответствие тре­бованиям уголовного закона. В большинстве случаев действия (без­действие), совершаемые во исполнение преступного приказа, связаны с нарушением прав и свобод человека и гра­жданина.

Итак, первым условием правомерности действий (бездейст­вия) лица, выполняющего приказ, является соответствие последнего требованиям закона. Незаконный приказ исполнению не подлежит. В противном случае, если причинён вред охраняемым уголовным законом интересам, наступает уголовная ответственность. При этом подлежит ответственности как лицо, от­давшее данный приказ, так и его исполнитель, если ему заведомо была известна незаконность такого волеизъявления начальника.

Отдавая незаконный приказ, начальник мо­жет действовать умышленно, вопреки интересам службы из коры­стной или иной личной заинтересованности. В подобных случаях он должен отвечать не только за последствия незаконного приказа, но и за злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК), которое выразилось в использовании подчинённого для достижения указанных противоправных целей.

Второе условие правомерности действий (бездействия) лица, выполняющего приказ, – это отсутствие у данного лица сознания его незаконности. Если исполнитель приказа заведомо знал о его преступном характере, он подлежит уголовной ответственности на общих основаниях. Здесь имеет место соучастие в преступлении с разделением ролей. На­чальник выступает в качестве организатора умышленного престу­пления, подчинённый – в качестве его исполнителя. То, что подчинённый является зависимым от на­чальника лицом и избирательность его поведения в той или иной степени подавлялась приказом начальника, может быть признано смягчающим наказание обстоятельством (п. "е" и "ж" ч. 1 ст. 61 УК).

Ярким выражением принципа справедливости является внесённая законодателем в УК РФ норма о том, что неисполнение заведомо незаконных приказа или распоряже­ния исключает уголовную ответственность (ч. 2 ст. 42 УК).

III. Применение оружия сотрудниками органов правоохраны

Правовую основу применения оружия сотрудниками правоох­ранительных органов составляют главным образом статьи УК РФ об обстоятельствах, исключающих уголовную ответственность. Наряду с этим законодатель­ством, специально регулирующим служебную деятельность право­охранительных органов, в частности, внутренних дел, предусмот­рен ряд конкретных условий, при наличии которых сотрудники имеют право применять оружие.

Неправомерное применение оружия является грубым нару­шением законности. Виновные в этом сотрудники правоохранитель­ных органов могут нести уголовную или дисциплинарную ответст­венность в зависимости от того, образуют ли совершенные непра­вомерные действия состав преступления либо дисциплинарного про­ступка.

Характеристики

Список файлов реферата