13943-1 (714468), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Представляют также интерес консолидированные акты, такие, как, например, законы Сингапура или Южной Кореи. Такие законы посвящены, во-первых, общему регулированию электронной коммерции, в том числе: заключению и правовому признанию электронных сделок, а также юридическому статусу, правам, обязанностям и ответственности лиц, занимающихся электронной коммерцией, и информационных (сетевых) посредников. Во-вторых, названные законодательные акты включают значительное число норм, регламентирующих применение электронных подписей, а также деятельность центров сертификации ключей электронной цифровой подписи. Подобные законы действуют также в Канаде, Малайзии и ряде других стран[11].
2. Государства - члены Европейского Союза заинтересованы в скорейшем устранении пробела налогообложения в сфере электронной экономической (хозяйственной) деятельности, строят внутреннюю и внешнюю налоговую политику на основе концепции максимального государственного регулирования электронных экономических отношений, исходя из примата бюджетных и налоговых интересов.
Таким образом, государства второй группы, во главу своей внутренней и внешней политики в области электронной экономической (хозяйственной) деятельности, ставят понимание того, что «взимание налогов с оборотов коммерческих сделок, осуществляемых в глобальной сети Интернет может стать в перспективе важной, а на определенной стадии развития мировой электронной экономики – важнейшей статьей пополнения как национального бюджете этих государств, так и консолидированного интеграционного бюджета Европейского Союза» [12]. При этом, для достижения поставленных задач предлагаются различные налогово – правовые конструкции.
Например, эксперты Эшмановского института (Бельгия) предлагают «ввести так называемый «побитовый налог» – поставить счетчики и взимать деньги за объем переданной информации (трафик), точнее «перекачанных битов», независимо от того, какие сведения они предоставляют и предоставляют ли вообще. По сделанной в свое время оценке бельгийского министерства коммуникаций, при ставке такого налога 1 доллар за 100 мегабит налоговые поступления этой страны могли составить порядка 10 млрд. долл. в год (4 % ВНП Бельгии)» [13].
Во Франции в июне 2001 г. для целей последующего налогообложения субъектов электронной экономической (хозяйственной) деятельности рассматривается возможность обязательной государственной сертификации торговых Интернет - компаний. В докладе комиссии по финансам Национального собрания Франции предлагается ввести специальный «опознавательный знак», которым отмечались бы те торговые Интернет - компании, которые предлагают достаточные гарантии налоговой прозрачности и технологической безопасности при осуществлении платежей с использованием банковских карт[14].
Вместе с тем, еще в мае 2000 г. французским пользователям сети Интернет было запрещено совершать сделки по приобретению товаров в Интернет - магазинах и аукционах, организаторы которых не получили в установленном порядке разрешение на ведение торговли и проведение аукционов и не встали на налоговый учет для целей учета оборотов и уплаты налога на добавленную стоимость. Правовым основанием введения такого запрета послужило Решение муниципального суда г. Париж «По делу о налогообложении Интернет - аукционов, осуществляемых в режиме реального времени» от 5 мая 2000 г. № 456/7/А7. Судебное разбирательство было начато после того, как компания Nart.com преступила к продаже произведений французской живописи через веб - сайт своего американского представительства.
Вместе с тем, в сентябре 2001 г. во Франции введены в оборот специальные небанковские пластиковые карты Easysmartcodes стоимостью 50, 100 и 200 франков, предназначенные для оплаты стоимости приобретенных с помощью сети Интернет товаров (услуг). Такие небанковские пластиковые карты имеют индивидуальный номер и 25 кодов, которые указываются при оплате товаров (услуг), приобретаемых с использованием сети Интернет. При каждой покупке использоваться один из этих кодов.
Достоинством такой системы электронных расчетов специалисты называют ее анонимность - использование карты не связано с личностью покупателя и не требует создания специального банковского счета. Владелец системы - компания SEP-Tech, заключила соглашения о введении такой системы оплаты с рядом сайтов порнографического содержания[15]. С другой стороны, по оценкам налоговых органов Франции внедрение таких карт осложнит установление общеправового (в том числе налогово-правового) контроля над электронной экономической (хозяйственной) деятельностью, и, кроме того, развитие подобных предоплаченных финансовых продуктов в будущем может существенно ослабить стабильность банковской системы и эмиссионной политики Франции.
В Германии с мая 2000 г. рассматривается возможность дополнения действующей системы налогов новым фискальным платежом – «Налогом на использование сети Интернет в деловых целях». При этом для целей обложения названым налогом сеть Интернет с экономической точки зрения предполагается рассматривать в качестве средства производства. В качестве плательщиков налога (субъектов налогообложения) могут выступать только юридические лица - налоговые резиденты Германии, использующие глобальную сеть Интернет для извлечения прибыли («в деловых целях»). В этом случае объектом налогообложения будет выступать время, в течение которого компьютер юридического лица был подключен к сети Интернет и использовался для осуществления предпринимательской деятельности. Предполагается, что при составлении соответствующей налоговой декларации сотрудники финансовых подразделений компаний будут дополнительно заполнять графу «Интернет». В названной графе будет указываться время, проведенное в сети («продолжительность работы в Интернет»), тематика посещаемых сайтов и т.д.
При этом важнейшим обстоятельством становится не разрешенная пока проблема порядка осуществления соответствующего налогового контроля за достоверностью предоставляемых сведений[16].
В свою очередь, аналогичные идеи были заложены и в основе ряда законопроектов и в Швейцарии. Однако в июле 2000 г. парламент этой страны категорически выступил против «введения общенационального налогообложения экономической деятельности (электронных банковских услуг и Интернет - банкинг), осуществляемой в Интернет» [17]. Кроме того, было заявлено, что реализация нематериальных товаров (информации о курсах валют, биржевых котировках, новостей и т.д.), приобретаемых через сеть Интернет, не будет облагаться налогом на добавленную стоимость.
Претендующая на вхождение в Европейский Союз Турция выступает апологетом более жесткого подхода к правовому регулированию электронного сегмента национальной экономики. В соответствии с Законом Турции от 7 июня 2001 г. «в качестве базовой схемы по аналогии, с которой предполагается осуществление правового регулирования и налогообложения информационных обменов (электронной экономической (хозяйственной) деятельности – А.Т.) в рамках турецкого сегмента глобальной компьютерной сети Интернет избранна правовая конструкция, использующаяся сегодня для регулировании деятельности печатных изданий. ...Интернет приравняли к средствам массовой информации и пригрозили штрафами. Так, названный Закон Турции предусматривает штрафы размером до 100 млрд. турецких лир (около 85 тыс. долл. США) за публикацию на веб-сайте, собственником которого является юридическое или физическое лицо - налоговый резидент Турции неверных новостей делового характера, оскорблений и других подобных материалов. Однако правительство отказалось утвердить положения закона, требующие разрешения местных властей на открытие веб - сайта (по аналогии с процедурой создания и государственной регистрацией обычного печатного издания или электронного СМИ (юридического лица)). Избран более мягкий - уведомительный порядок открытия веб – сайтов» [18].
Кроме того, следует отметить, что в первоначальном проекте закона предусматривалась обязанность владельцев веб - сайтов ежедневно предоставлять печатный вариант сайта соответствующему органу власти, наделенному соответствующими контрольными полномочиями. Предполагалось, что такой контроль в будущем позволит безболезненно перейти к распространению действующего турецкого налогового законодательства на хозяйствующих субъектов, осуществляющих электронную экономическую деятельность. В этом случае основные контрольные функции в этой сфере постепенно предполагалось перераспределять в пользу налоговых органов страны.
3. Государства, политические системы которых не являются демократическими (или могут считаться токовыми лишь отчасти), в первую очередь Куба, Китай, Монголия, Иран, Афганистан и др. реализуют концепцию максимального контроля над информационными (а не над экономическими) отношениями в глобальной компьютерной сети Интернет. Электронные экономические отношения рассматриваются не с точки зрения налоговой политики, а сквозь призму общегосударственной политики моноидеологичности. Среди зарубежных ученых - специалистов в области информационного права существует достаточно распространенное мнение, что широкое предоставление доступа к информации, распространяемой с использованием сети Интернет, ведет к развитию свободы слова и демократии. Поэтому большинство американских исследователей предрекали неминуемый крах политических режимов государств третьей рассматриваемой нами группы (Куба, Иран, Китай, Афганистан при талибах и др.) по мере «проникновения» новых информационных технологий на территорию таких государств. Вместе с тем, «авторитарные политические элиты названных государств, нашли способы контролировать политические дебаты в сети Интернет в пределах своих стран» [19].
При этом используются различные стратегии для контроля над информационными и экономическими процессами в глобальной компьютерной сети Интернет. Так, в Китае правительство поощряет желание своих граждан выходить в сеть, при этом, тщательно контролируя чаты и веб - страницы. 12 июля 2001 г. председатель Китая Дзянь Дзе-Минь (Jiang Zemin) призвал ужесточить контроль за использованием сети Интернет на территории Китая [20]. В настоящее время в китайском сегменте глобальной компьютерной сети «возведена» так называемая «Огненная Китайская Стена», блокирующая доступ к нежелательным веб – сайтам. Список закрытых сайтов определяется специальной комиссией Центрального комитет Коммунистической партии Китая. Кроме того, несколько «кибердиссидентов», разместивших в сети критические замечания в адрес правительства, были приговорены к различным срокам тюремного заключения[21]. Вместе с тем проблема выбора механизмов правового регулирования и налогообложения субъектов электронной экономической (хозяйственной) деятельности в Китае пока не решена. Министерство финансов Китая с апреля 2000 г. преступило к рассмотрению вопроса о возможности налогообложения субъектов электронной экономической (хозяйственной) деятельности китайских компаний[22]. На Кубе, наоборот, доступ к сети Интернет имеют только университеты и некоторые государственные учреждения. Таким образом, в связи с ограниченным доступом к сети Интернет электронная экономическая (хозяйственная) деятельность с территории Кубы практически не ведется. В Афганистане запрет на использование сети Интернет был отменен с падением власти талибов[23].
В Исламской Республике Иран, правительство страны не выступает за запрет глобальной компьютерной сети Интернет в принципе, однако пытается «обезопасить себя и население от появления в рамках границ Ирана опасных для исламистской партии материалов, а так же неконтролируемой государственными органами внутренних доходов (налоговыми органами Ирана) экономической (в первую очередь торговой) деятельности. До 1997 г. в Иране Интернет был запрещен. После его легализации в стране стали чрезвычайно популярными заведения, где иранцам предоставляется возможность пользования сетью Интернет. Однако с мая 2001 г. в стране развернута общественная кампания, направленная на усиление контроля над использованием сети Интернет и регулирования деятельности единственной в стране провайдерской службы. С этой целью в настоящий момент в Иране, как и в Китайской Народной Республике, полностью блокирован доступ на некоторые иностранные веб - сайты, в первую очередь безнравственного и финансово - экономического содержания. Иранская телекоммуникационная компания, которая является монополистом в сфере услуг подключения к сети Интернет, в соответствии с решением правительства страны постоянно фильтрует опасные для национальной безопасности Ирана материалы, распространяемые в глобальном информационном пространстве, и призвана пресекать коммерческие поползновения иранцев в сети Интернет[24].
Кроме того, особо следует отметить, что возрастающее значение электронной экономической (хозяйственной) деятельности и нарастающая острота проблем, порождаемых существующими пробелами в праве и пробелами налогообложения в этой сфере, становятся предметом пристального внимания международных организаций: Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), Всемирной торговой организации (ВТО), Комиссии ООН по международному торговому законодательстве (ЮНСИТРАЛ), Международной торговой палаты (МТП), Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), Международной ассоциации электронной коммерции (ИАЕК), Международной ассоциации финансового законодательства (ИАФЛ) и др. Например, под эгидой Европейского центрального банка и ИАЕК, в июне 2001 г. в г. Гааге (Голландия) прошла международная конференция стран Европейского Союза, участники которой попытались определить принципы, которыми нужно руководствоваться при разработке международных межправительственных актов в области налогообложения субъектов электронной экономической (хозяйственной) деятельности (электронной коммерции). Однако о единой законодательной в области электронной коммерции договориться пока не удалось.
Вопрос, в суде какого государства, и в соответствии с законодательством какой страны должен рассматриваться иск, в случае, если истец и ответчик зарегистрированы в качестве юридических лиц или предпринимателей в различных странах, всегда являлся одним из наиболее важных аспектов международного частного права. Развитие электронной экономической (хозяйственной) деятельности (электронной коммерции) предельно обострило названную правовую проблему. Поэтому основными темами обсуждения на конференции стали проблемы юрисдикции, подведомственности и подсудности дел по спорам, возникающим в процессе осуществления электронной экономической (хозяйственной) деятельности с использованием глобальной компьютерной сети Интернет.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
