10772-1 (714141), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

ОАО "Группа "Альпари" в лице конкурсного управляющего обратилось к ОАО "Финансовая группа "Новый Мир" с иском о признании недействительным соглашения о зачете от 12 апреля 2000 г. со ссылкой на направленность этой сделки на предпочтительное удовлетворение требований одного из кредиторов - ответчика. Дело рассматривалось до вступления в силу ныне действующей редакции Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", который в ст. 78 содержал не вполне чёткое разграничение управомоченных на подачу actio Pauliana лиц. Конкурсный управляющий был назначен 4 октября 2000 г., а заявление было им подано 29 июня 2001 г. Суд установил, что имеет место пропуск исковой давности, которую следует исчислять с момента заключения договора, конкурсный управляющий полагал, что исчисление должно начинаться с момента назначения его управляющим. Кассационная инстанция не поддержала управляющего и отказала в иске.

Исходя из нового закона, мы не можем согласиться с подобным решением как с точки зрения сути явления, так и с точки зрения буквы закона.

Во-первых, до момента получения внешним или конкурсным управляющим доступа к документам нельзя и предполагать, что требование может быть заявлено - ведь тогда должник будет ссылаться на собственную злонамеренность, не говоря уже о том, что в его интересы не входит защита прав кредиторов. Только когда в дело вступит стороннее лицо, призванное обеспечить удовлетворение требований кредиторов, только тогда и окажется известным о совершении таких сделок, а потому логично и срок давности исчислять с этого момента.

Во-вторых, в ч. 2 п. 7 ст. 103 и ч. 2 п. 4 ст. 129 установлено, что иск предъявляется внешним управляющим или конкурсным кредитором от своего имени, при этом другие иски (по ч. 1 ст. 103) предъявляются от имени должника. Если бы не было последней оговорки, можно было бы предположить, что законодатель имеет в виду только общее право на действия управляющего без доверенности и не от имени, например, общего собрания кредиторов. Но противопоставление "от имени должника" - "от своего имени" исключают иную трактовку: управляющий в таком деле становится самостоятельным субъектом, а не органом управления должника. Следовательно, именно с тем, когда он узнал или должен был узнать о недействительности сделки, связано начало течения исковой давности.

Ч. 2 ст. 103 наделяет суд правом признавать сделку должника с заинтересованным лицом недействительной, если в результате неё должнику или кредиторам были или могут быть причинены убытки. Как видим, для заявления такого иска достаточно доказать только заинтересованность и наличность (возможность) убытков кредиторам или должнику. Под убытками здесь понимается только реальный ущерб, и аргументация допустима та же, что и применительно к actio Pauliana в римском праве (см. выше).

Несмотря на отсутствие указания в законе, возможность причинения ущерба также должна быть реальной, ведь иное противоречило бы правилу о том, что судебное решение не может быть основано на предположениях.

Закон ограничил круг субъектов, управомоченных на подачу этого иска, лишив кредиторов возможности оспаривать сделки с заинтересованными лицами, и такое решение может быть подвергнуто сомнению. Возможно, законодатель исходил из необходимости упрочения устойчивости гражданского оборота, сокращения числа сделок, которые могут быть подвержены сомнению. Однако нельзя исключать ситуацию, когда должник, предвидя банкротство, намеренно заключает договор с одним из кредиторов - заинтересованных лиц, увеличивая размер его задолженности, чтобы впоследствии это лицо имело большинство голосов на общем собрании кредиторов. Общее собрание кредиторов будет диктовать свою волю управляющему и приложит все усилия для недопущения уменьшения размеров требований того лица, которое определяет решения этого собрания. Защитить себя "миноритарные" кредиторы могли бы при помощи actio Pauliana, однако закон им такого права не даёт.

С другой стороны, законом не ограничен напрямую период, на который распространяется возможность оспаривания сделок должника. Если исходить из буквального содержания закона, то можно предположить, что могут быть оспорены все сделки должника с момента его создания, независимо от того, сколько времени прошло с момента их совершения. Такое положение недопустимо, т.к. любое действие должника, например, направленное на выплату дивидендов участникам из прибыли за год, может расцениваться как причиняющее убытки. Следует ограничить возможности суда указанием на предвидение банкротства, установив презумпцию, что таковое предполагается до тех пор, пока ответчик не докажет обратного. В то же время нельзя не учитывать и общего срока исковой давности, который применяется к требованиям о применении последствий оспоримой сделки - например, к требованию о возврате переданной вещи. Этот срок ограничен тремя годами в соответствии со ст. 196 ГК РФ.

При этих обстоятельствах для самостоятельной защиты своих прав кредиторам можно предложить использовать иск о применении последствий ничтожной сделки как совершённой мнимо или притворно. При наличии признаков притворности кредитор становится заинтересованным лицом и, в силу ч. 2 ст. 166 ГК РФ, приобретает право на предъявление иска. На ту же норму можно сослаться и при предъявлении иска о ничтожности сделки, противоречащей закону.

Например, в споре между кредиторами по поводу продажи акций должника "апелляционная инстанция пришла к обоснованному выводу о наличии у истцов права на иск о признании сделки ОАО "Ступинский металлургический комбинат" недействительной (ничтожной), поскольку согласно п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть заявлено любым заинтересованным лицом, а кредиторы являются такими заинтересованными лицами…"

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта www.juryev.ru

Характеристики

Список файлов реферата