117302 (712822), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Русские воеводы разрабатывали планы пленения Девлетгирея, а он, лишённый поддержки, стал просить мира, обещая принять русское подданство. Однако, хотя крупные набеги и прекратились, мелкие калмыцкие отряды всё также проникали на территорию Южного Зауралья. Так, летом 1638 года ясачные татары принесли в Тюмень известия о передвижении калмыков в районе Исетского озера и с самой Исети. Татары Катайской волости видели калмыков на зверовье по Тоболу на Абуге и Тогузаке. Татары Айской и Катайской волостей решили сами отомстить калмыкам. Их отряд в 80 человек нашёл последних на Уе в 8 днях от Тюмени. Татары, побоявшись вступать в бой с превосходящими их силами отогнали у них лошадей. Часть калмыков бросилась в погоню, но по пути была перебита татарами. Татары сообщили русским об этом нападении, а также о том, что в Южном Зауралье в 7 днях от Тюмени в Тергеч бору калмыки поставили 7 изб, где, видимо, собирались зимовать. 1639 год был мирным, русские обменивались посольствами с калмыками, сдерживающими Кучумовичей. Зато уже в мае 1640 года ограбленные Тобольские татары, прибежав с верховий Ишима, где охотились, сказали о готовности Девлетгирея к новому походу в русское Зауралье. Нападение на Тарханский острог произошло только в октябре. Девлетгирей с 100 воинами разграбил татарские юрты по Исети, но взять сам острог, где защищались 40 "годовальщиков" из Тюмени, не смог. Большие тайши не поддержали его, как это было в 1634 году, поэтому на этот раз пришлось ограничится грабежом ясачных окраин.(19)
Ответный поход 1641 года Ильи Бакшеева всего с 272 русских и татар увенчался полным успехом. Отряд внезапно напал на кочевья Девлетгирея, так, что большинство грабителей было перебито сразу или взято в плен. Девлетгирею удалось бежать, но в плен попали племянник и племянница могущественного тайши Урлюка, воинские ресурсы которого оценивались в 10 - 12 тыс. человек. В это время как раз умер его главный враг на востоке калмыцких кочевий тайша Талай и Урлюк стал самым сильным князем в степях по Тоболу, Ишиму и Яику. Его подданство признавали владельцы 40 тысяч калмыцких кибиток. До этого Урлюк с русскими в Сибири старался не враждовать, но теперь вынужден был вмешаться в конфликт. Отряд Данилы Аршинского из Тюмени искал в степи в августе 1641 года остатки банд Девлетгирея, но неожиданно встретил 700 калмыков тайши Урлюка. После короткой стычки русские рассеялись во все стороны. Данила Аршинский с 13 человек удалось добраться до Тарханского острога. К большой войне в степи с основными силами калмыков русские были не готовы. В 1642 году Урлюк кочевал по Тоболу в 2 неделях от Тюмени, сюда вскоре приехали его сыновья и ещё 5 тайшей с улученными калмыками ясачные татары наблюдали передвижение калмыков по Елуртле. На Тобол тайша пришёл из степи Девлетгирей. Он требовал от них организации крупного похода на Тару и Тюмень для полного свержения власти России в данном районе, говоря то, что в русских владениях люди живут беззаботно, воевать легко. Русские укрепляли города и остроги во всём Зауралье. Ожидали настоящей войны, а не мелких стычек, бывших до сих пор. Но тайши отказали Девлетгирею, у них были совсем другие планы полного завоевания земель по Волге и Кабарде. Даже Девлетгирей, лишённый помощи калмыков поймав в ноябре 1645 года на верховьях Тобола на нижней Алабуге группу из 4 служилых татар из Тюмени на зверовье, отдал им их вещи и отпустил к русским с просьбой о мире. С Девлетгиреем было всего 40 человек. С Тюмени 12 ноября послали проведать в Южное Зауралье на Тобол и Нижнюю Алабугу проезжую станицу сына боярского Карпа Чеглокова с конными казаками, стрельцами и юртовскими татарами посмотреть ушёл или нет Кучумович из государевой вотчины, предписывая "ехать... с великим бережением, укрываючи крепкими местами, чтоб царевичевы и калмыцкие или иные какие волинские люди безвестно на них не напали и дурна какова не учиняли".(20)
В декабре на русские волости в 1647 года небольшая группа людей Кучумовичей опять ловила в Южном Зауралье зверовщиков. На Суерских вершинах они ограбили несколько Тюменских служилых татар, похваляясь, что за ними стоят крупные силы калмыков. Посланная сразу же после этого известия станица Тюменского сына боярского Григория Шикунова из 20 человек обнаружила только следы изменников. В то же время тюменские ясачные татары видели группу калмыков в 300 человек на Исети, едущих с разграбления башкирских волостей. Русские послали из Тюмени крупный отряд, отогнавший калмыков в степь.(21) Они бежали в кочевья Тайчина, который узнав, что их ищет крупный русский отряд, отправил в Тюмень с просьбой принять его обратно в русское подданство и разрешить кочевать на старых местах.
Весной 1648 года Бугай и Кучук нашли на пограничные уфимские волости Зауралья. Тюменские бухарцы узнали в Катайской волости, что те увели 20 человек ясачных татар. Сам Девлетгирей ездил на охоту, и, встретив ясачных татар, жаловался им на племянников, что те воют против его воли и предупредил даже об их желании идти на государевы города. В 1648 году по Тоболу в 10 днях от Тюмени кочевали Кулдек, Ирдень, Бакшан и Девлетгирей. Беглый казанский татарин сообщил в Тюмени, что у Ирденя был план напасть на государевы города. Весной 1648 года он предложил это Девлетгирею, но тот отказался, сказав, что теперь его жалует государь, и он под города воевать не пойдёт.(22) Конец спорам положила новая война с Баатыром, заставившая на время забыть о походах за добычей под русские города, хоть мелкие отряды заходили иногда в Южное Зауралье. Так, в марте 1649 года на речку Барнёвку (приток Исети) проникла из степи группа калмыков со 100 лошадьми, грабя небольшие группы охотников. Что представляет здесь особый интерес - пострадавшие от нападения сплошь русские. 11 марта группа Ивана Шипицина из Ирбитской слободы ловила рыбу. Одного из рыбаков Федьку окружили 5 человек "он де языка их какие они люди не знает", правда, одежду определили как калмыцкую. Его связали и поехали искать товарища Исака Чакурина. Федьке удалось бежать, до вечера он отсидел в лесу, а к ночи добрался до стана, где сообщил остальным товарищам, которые срочно перешли в лес. А Фёдор был послан в Ирбитскую слободу с известием. Подобные происшествия произошли и с промысловыми группами из Нижне-Ницинской и Киргинской слобод. Григорий Фёдоров "с товарищи" 4 человека и Пронька Васильев "с товарищи" 4 человека на устье Барнёвки были ограблены 30 калмыками, уведшими 2 киргинских крестьян. Тюменский воевода послал проведать в поле станицу сына боярского Илью Бакшеева из 10 конных стрельцов и служилых татар 18 марта 1649 года. Илья Бакшеев калмыков уже не застал, но по следам установил, что они пришли с верховий Исети и ушли той же дорогой.(23)
8 сентября 1651 года отряд Кучумовичей разорил Далматову пустынь на Исети, перебив и взяв в плен 5 старцев и "человек с полшестьдесят" - крестьян и служилых, ограбив и юрты ясачных татар Зауралья.(24) К середине XVII века калмыки продолжали зверовать в районе рек Тобола, Ишима и Исети по местам, где "преж сего ясачные люди зверовали и ясак добывали, не боясь ничего бесстрашно".(25) Таким образом, мы ясно видим стеснение угодий ясачных людей Южного Зауралья на север, откуда уже шел поток русской колонизации. Калмыки, стеснением ясачных людей, поддержкой Кучумовичей создали условия, обострившие отношения русских и аборигенов Южного Зауралья.
После создания систем укреплений по Исети и строительства слобод по Тоболу и Миассу русско-калмыцкие столкновения в Южном Зауралье отходили все больше на второй план. Большое влияние на данный регион оказал центральная линия Московского правительства начала 60-х годов XVII века на союз с калмыками для борьбы с ногаями в Поволжье. Под влиянием этого сглаживались и русско-калмыцкие отношения в Зауралье. Во второй половине XVII века часть калмыков кочевала от пределов Бухары летом до Сибирской границы (в т.ч. и Южного Зауралья) "ради изобилия там топлива" (26), стараясь соблюдать в целом мирные отношения с местным населением, что и позволило положить основание русской колонизации.
& 3
Башкиры и Южное Зауралье
Русско-башкирские отношения в Южном Зауралье во второй половине XVII - первой половине XVIII века сыграли значительную роль в заселении и административном устройстве края. Причину частых конфликтов в данный период трудно свести лишь к "колониальной политике" России в Зауралье. Не охватывает и все известные факты концепция А. Ю. Огурцова о встречном движении русской и башкирской колонизации в Южном Зауралье. Немногочисленное башкирское население Южного Зауралья, входившее в состав Уфимского, а затем Верхотурского уездов часто покидало территорию края, в случае угрозы набегов калмыков, отступая на Уральские горы. Характерно, что первые русские сошлись в Приисетье или договариваясь о земле с тюрками как старец Далмат или селясь на пустующую после ухода группы "сырянцев" к Кучумовичам в район около Катайска, откуда русская колонизация шла в другие места Зауралья, сталкиваясь к кочевым хозяйством башкир.
Экстенсивный характер колонизации Южного Зауралья в 50-е - начале 60-х годов XVII века не мог не вызвать обострения противоречий между всеми субъектами колонизации в целом (башкирам и русским служило - крестьянским населением, крестьянами и служилыми людьми, национальными группами и местной администрацией, монахами Далматова монастыря и казаками Катайского острога и т. д.), даже при условии очень редкого населения этой территории. Но особенно острым становились те экономические противоречия, на которые накладывалась разность национальной принадлежности с присущими часто очень большими отличиями ментальности - особенно в области хозяйственно-правовых отношений. Последним толчком стал приход Зауралья от Кучумовичей крупной группы башкиров-сырянцев "выходцев на государево имя". Настроенные традиционно антирусски, недовольные происшедшим без них разделом угодий Зауралья именно они стали центром притяжения для более мелких национальных групп Зауралья, требующих изменения существующего положения. Уже в декабре 1661 года приказчик Катайского острога получил информацию, что башкирские выходцы с "лучший человеком Сары Мергеном хвалятся идти войной на Катайский острог и на Далматову пустыню во шти стах" (1). Как выяснилось позднее "подговаривали" воевать именно Катайский острог "черемиса" - группа из 22 семей мари и чувашей, недавно пришедшая в Приисетье и испытавшая притеснения со стороны приказчика Ивана Широкого, вымогавшего у них деньги.(2) Летом 1662 года они попытались бежать "на Уфу", но около Синарского озера их остановил 4-сотенный отряд "выходцев" башкир и мари под руководством Уразмета и Ембета. Они объединились и пошли назад воевать у слободы Зауралья (3).
29 июля восставшие осадили Катайский острог и Далматов монастырь, разрушив недавно построенные деревни. Главный удар был направлен на центр русской власти Среднего и Верхнего Приисетья - Катайский острог (4). Восставшие штурмовали его 4 суток, приступая "днём и ночью" "не в один ряд". Неудача под стенами острога, где находился пороховой магазин и около ста беломестных казаков, заставила их отступить к озеру Иртяш, куда вскоре подошёл с крупными силами один из лидеров движения 1662-1667 годов в Башкирии Сары Мергень, который и организовал второй поход на слободы Зауралья в августе 1662 года. Если количество участвоваших в первом набеге составляло по разным источникам 400 - 600 человек, то в августе "воинских людей" по данным приказчика Чубаровской слободы было около 2 тыс.(5) Это обеспечивало большой перевес под редкими гарнизонами разбросанных Зауральских слобод. В августе 1662 года восставшие разгромили слободы на реках Исети, Пышме, Режу, Утке, Нейве с деревнями их округи, выйдя таким образом в старо заселенное центральное Зауралье. Разбросанные малочисленные поселения Южного Зауралья не смогли остановить натиски восстания и сами стали первой добычей башкир. Несмотря на укрепления восставшие разрушили в этот раз Катайский острог, первые селения Далматова монастыря - Служнюю слободу и поселение на Нижнем Яру. Начисто разгромленным оказался недавно построенный Петропавловский монастырь с церковью на правом берегу Синары, в месте её впадения в Исеть над Белым Яром в 35 верстах от пустыни Далмата.(6) Сам Далматовский монастырь, окружённый стенами с бойницами, где имелось много как огнестрельного, так и холодного оружия, был оставлен монахами, оставшимися без помощи от служилых людей в разорённом Приисетье.(7)
Нападениям подверглись Барневская, Мехонская слободы и Царёво Городище (8). Попытка спасти положение Южного Зауралья вводом регулярных сил из ближайшего центра русской Сибири - Тюмени летом 1662 года успехом не увенчались. Отряд сына воеводы М.Д. Павлова - Ивана Павлова, казачьего и стрелецкого головы Самойла Блудова и "новоприбраных" рейтар майора Ульриха Сниттера, присланных на ученье из Тобольска, дошёл до Далматова монастыря и Катайского острога, затем до озера Маян в район реки Течи, но "воров не нашёл" (9). Восставшие применили самый эффективных способ борьбы с крупными воинскими соединениями русских - ушли за пределы досягаемости его действий, разойдясь в степь и за Уральские горы - "за Камень". Отряд не имея опоры в разрушенных пунктах Среднего Приисетья ушел назад - на реках Пышме и Ирбита и в сентябре шли ожесточённые бои. Только осенью 1662 года русским удалось добиться определенного перелома военной ситуации в Зауралье вводом в район башкирских кочевий основной массы Тобольских и Тюменских служилых людей, включая два регулярных полка Дмитрия Полуехтова. На озере Иртыш башкиры были разбиты, однако, успех был не полным - "в степи укинули снеги большие" и кочевники ушли от разгрома (10). Переговоры зимой 1662-1663 годов о примирении сторон не завершились успехом. Несмотря на желание башкиро-татарского населения Зауралья "бить челом великому государю", группа "выходцев", договорившись со своим старым сюзереном царевичем Кучуком, все ещё мечтавшим о реставрации Кучумовичей в Сибири решила продолжить борьбу.
В июне 1663 года башкиры с Кучуком "человек с 1000 и больше разгромили деревни по реке Режу, осадили Арамашеву слободу и Невьянский острог (11). Большие потери, особенно в конном составе, понесённые отрядом Д. Полуехтова в 1662 году вынудили придерживаться его оборонительной пассивной тактике, заключавшейся в рассредоточении сил по разбросанным слободам Зауралья, что привело к поражению отряда самого Д. Полуехтова на речке Березовке 9 октября 1663 года, где он сам получил 3 ранения. Эта тактика мешала восстановлению русских поселений Среднего Приисетья, как наиболее угрожаемого района в степь. Только решительный рейд Д. Полуехтова весной 1664 года в Зауралье, закончившихся разгромом восставших башкир "по сю сторону Камени" на верховьях реки Миасса у озера Чарги, где был убит глава башкир Зауралья Урасланбек изменил обстановку. Уцелевшие восставшие бежали "за Камень" и русские получили, наконец, возможность восстановить разрушенные поселения в Южном Зауралье. Так, по данным Летописи Далматова монастыря, именно в 1664 году старец Далмат и его сын Исаак "возобновили" пустынь (12). Только в 1664 году, видимо, возникла и Шадринская слобода (см. Дмитриева, что грамота на слободу не могла быть выдана в 1662 году, а лишь 2-мя годами позже - 15 сентября 1664 года).(13)
В слободах Зауралья служилые люди Д. Полуехтова сорвали попытку лета 1664 года царевича Асана разорить русские поселения летом 1664 года. В сентябре 1665 года царевич Кучук организовал набеги на Беляковскую, Киргинскую слободы и Мехонский острог. Он разорил округи этих пунктов, но взять их не смог - в них и недалеко от них помимо вооружённых жителей слобод рассредоточилась около 700 служилых людей. (14) Н.В. Устюгов считает 1664 год - годом окончания восстания, когда от него отошли основные массы башкир. Принимая эту точку зрения, необходимо учитывать и то, что вплоть до 1668 - традиционной датой окончания и далее восстания (Дмитриев и т.д.) продолжались серьезные набеги на русское Зауралье царевича Кучука, в которых участвовали отряды башкир, вызвавшие организацию первой Исетской линии воеводой П.И. Годуновым. Так, в июне 1667 года слободы Зауралья были извещены из Тобольска воеводой П.И. Годуновым, что Кучук с поддерживающими его калмыками силой около 20 тыс. человек стоит "за Тоболом в Еитцких вершинах, оттуда в 15 днищах". С целью предотвратить внезапный набег на города и слободы Зауралья из Катайского острога в степь были посланы несколько проезжих станиц на разведку, проведён сбор информации среди местного населения. 15 июля "прежний изменник башкирятин Севергунко Горлаков" сообщил в Катайском остроге, что царевич собирается этим летом войной на слободы Зауралья. 22 сентября 1667 года в Катайский острог пришли 6 башкир "Аллагулко с товарищи" сообщившие о новом бегстве из стана Кучука 2 башкирских семей к озеру Маян. Они рассказали о передвижении царевича к слободам Зауралья - на верховье Ишима и его желании организовать новый набег, по калмыкам теперь отказали Кучуку в помощи и даже взяли у него аманатов "чтоб он не ходил безвестно на государевы города и слободы воевать" (16). Своих же людей изменников башкир у Кучука было "человек ста с 4, худых и добрых". В. Шишонко изучая Верхотурские грамоты 1667 года считает, что башкиры Кучука пытались нащупать пути для возврата в Южное Зауралье (17). Тем не менее все это вместе взятое привело к тому, что Кучук, представлявший наибольшую опасность для слобод Зауралья в 1667 году "никуда войной не бывал". Только глубокой осенью 1668 года Кучук вышел в район Среднего Притоболья. 18 ноября 1667 года Пётр Годунов писал, что по данным "зверовавшего" на Тоболе башкира Аймагулко Ербетова "Кучумов внук со многими воинскими людьми идёт вниз по Тоболу и Чёрной речке, а оттоль де он не ведает на которые места он пойдёт" (18). 21 ноября пришедшие в Катайский острог башкиры "Ямагузей с товарищи" сообщили, что Кучук остановился на речке Юрмыш (Юргамыш) с отрядами калмыков. П.И. Годунов приказал слободам Зауралья усилить меры безопасности.
Башкирское восстание конца 70 - начала 80 годов XVII века (хронологические рамки - Дмитриев 1676 - 1681), главной причиной которого стала попытка царской администрации усилить проникновение русской культуры среди народов Поволжья, распространилось поэтому прежде всего в Западной Башкирии. В слободах Зауралья были опасения о начале распространения войны по "сю сторону" Урала в 1677 году (19), весной 1678 года (20). В декабре 1678 года башкиры сами предупредили приказчика Аятской слободы Фрола Арапова о подготовке широкого наступления на слободы Зауралья "чтоб он из Аятской слободы выехал, потому что де он Фролка, им свой и татарской и башкирской язык знает" (21), что вызвало укрепление слобод. (22) В июле 1681 года отряды калмыков появились в Южном Зауралье по правому берегу реки Тобола, а все башкирские улусы Зауралья выехали "изо всех улусов с воинским же ружьём, только остались которые ездить на конях не могут". (23) Летом 1682 года в степи Зауралья продолжались подозрительные передвижения башкир. Здесь среди Сибирских башкир агитировали мещеряки Осинской дороги, призывая их к восстанию, в августе они вновь оставили свои поселения, съезжались на собрания между озёрами Иртяшом и Кызылтяшем в полном воинском вооружении (24). В августе 1683 года станичники Катайского острога, посланные на разведку в башкирские улусы Зауралья "не наехали ни одного человека" - бегство происходило в такой спешке, что на кочевьях остались сёдла и другие предметы (25). В слободах Зауралья велись усиленные оборонительные работы (26).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
