Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 10)

Мы учим детей, что земная жизнь есть подготовка к жизни вечной. Но ведь подготовка, а не ожидание! Жизнь – это деятельность, созидающая и преобразующая работа. Иначе она становится похожей на томительно-напряженное ожидание в очереди к зубному врачу: "Боже мой! Когда же все это кончится!"

Наши дети панически боятся ошибок. Это наверняка происходит от непонимания ими сути греха. Они путают свои неизбежные на первых порах "рабочие" ошибки с грехами и потому жить боятся. Расскажите им притчу о талантах! Дайте понять, что Господь не ждет от них с первых шагов какой-то по-особенному выверенной и безошибочной жизни. Использовать таланты, отдав их в торговлю, это риск. Риск ошибиться и потерять все. Но Господь отдает предпочтение именно такому рискованному решению, а не безопасной возможности зарыть имеющийся талант в землю.

Принципы семейного воспитания

Когда начинать воспитание ребенка

Однажды профессора Московской Духовной Академии А.И. Осипова спросили, с какого возраста следует начинать воспитание ребенка. "А с какого возраста начинают развращать?" – ответил он. Начинают развращать, к сожалению, когда он находится еще в материнской утробе, если родители ведут не целомудренный образ жизни, не задумываясь о будущем своего чада, – и это уже влияет на будущего человека, формирует его душу, реально существующую еще до момента появления ребенка на свет Божий. Вот тогда-то и начинается процесс воспитания – или не-воспитания. Все здесь важно: и как мамочка себя ведет в период беременности, и как папочка относится к жене и ребенку. На Западе проводились определенные исследования, и есть свидетельства, что в период чревоношения ребенок реагирует на внимание со стороны отца и матери. Это естественно, ведь ребенок – плод родительской любви, отвечает на любовь. Но он чувствует также и нелюбовь – в том случае, если он нежеланный. Это нельзя забывать.
Святые отцы советуют матери во время чревоношения часто исповедоваться, причащаться Святых Христовых таин, молиться, ходить на службы, быть более собранной и внимательной к себе, помня о теплящейся под сердцем жизни. И благодать Божия будет действовать на еще не родившегося в мир, но уже живущего младенца.

Дитя человеческое начинает свою жизнь с материнской утробы – следовательно, с этого времени начинается и его взаимоотношение с миром. И если это взаимоотношение не управить, не организовать, не согреть Божией благодатию, то мир сам начнет воспитание младенца – но уже по своим законам, законам "века сего".

Ничто не заменит ребенку семью

По монастырскому обычаю, в воскресной школе учатся мальчики.
И вот почему. В традиционной школе всегда считали, что раздельное обучение правильнее. Не только мальчики, но и юноши в России получали образование отдельно от девочек и девушек. Так было и в Древней Руси, и позже. В университетах учились мужчины, а в институтах благородных девиц, на женских курсах – девушки.

Основание этому – в глубоком различии назначения мужчины и женщины. Об этом различии мы забыли, и более всего забыли о назначении женщины, хранительницы семьи. Для женщины семья всегда была главным деланием. Не работа, не учеба, не карьера и тем более не общественно-политическая деятельность – все это разрушает женщину, убивает ее внутренние, глубинные основы. Но теперь все смешалось, и женщина уже не знает своего призвания. Поскольку нет созидательницы и хранительницы семьи, нет домашнего тепла и уюта, семья разваливается. Утрачивается чувство ответственности за брак, все чаще создаются "семьи-однодневки". Не понравились друг другу, не сошлись характером – разбежались. Проблемы в этом теперь не видит никто. Никто не задается вопросом: почему же такое блуждание является грехом, почему Церковь всегда выступала против блуда и прелюбодеяния? Потому что, соединяясь с другим человеком, мы оставляем в нем как бы часть себя, часть своей личности. А тот человек оставляет часть себя в нашем сердце, в нашей душе. Представим себе: если зеркало, в котором отражается наш образ, разобьется на кусочки, и в каждом из них зафиксируется наше отражение, что произойдет с образом? Получится некоторое множество нашего "я". Целое рассыпется. В этом, кстати, один из смыслов греха нецеломудрия – нецелостность. Во мне, в моей душе много других "я", а мои "я" тоже где-то гуляют. Могут быть и духовные прелюбодеяния, когда человек, сохраняя видимую верность, душой прилепляется к другому. Здесь та же ситуация нецелостности – нецеломудрия. Многие острые вопросы нашей жизни, многие неурядицы, горе и трагедии связаны прежде всего с развалом семьи. Нет семьи – и человек лишается корней.

Никто, даже самый хороший и добрый батюшка или самый прекрасный педагог, самый замечательный детский дом или интернат не могут заменить ребенку папу и маму. Дети это очень глубоко чувствуют. Был такой случай. В один из рейдов по Москве группа сотрудников милиции вошла в зал ожидания Казанского вокзала и увидела такую картину: возле билетных касс полулежит женщина, еще не старая, худая, синяя, обезображенная пьянством, в каких-то лохмотьях; около нее – тоже вся оборванная грязная девчушка лет шести. Как только эта девочка увидела, что к ее маме приближается милиционер, то засуетилась, стала приводить ее в порядок, достала расческу с тремя зубьями, чтобы причесать... Маленькая, умом еще ничего не понимает, но: это – моя мама, моя семья; она частичка чего-то такого, чего и сама еще не осознает.

И так практически у всех детей. Никакая организация не заменит того, что вложил в родителей, особенно в мать, Господь: дар не только рожать, но дар воспитывать, учить детей. Все глубинные отношения человека с Богом, с ближним, с миром закладываются в семье. От семьи – все импульсы жизни.

Родители учатся вместе с детьми

Семья, родители должны активно включаться в процесс духовного образования ребенка, быть первыми помощниками Церкви в этом деле. В наше время родители, воспитывая детей в Церкви, одновременно и сами потихоньку духовно растут. Бывают случаи, и нередкие в наши дни, когда ребенок воцерковляется самостоятельно от семьи и приводит в храм родителей.

Наша воскресная школа работает не только с ребенком, но и с его семьей. Родители, подавая прошение о приеме детей в школу, обязательно дают свое согласие на посещение занятий. Другое дело, как они это выполняют. Но мы никого не неволим.

В нашем разноликом мире, где отсутствует какое бы то ни было единство, трудно воспитывать человека в цельности. Очень страшно, когда в детскую душу вносится разлад. Приведу такой пример. После беседы о сотворении мира приходит ученик нашей школы домой и рассказывает своему отцу о том, что узнал у нас. А тот слушал-слушал, глядел вялым взором на своего ребенка, а потом сказал: "Все это поповские бредни". И все. В следующее воскресенье мальчик был неузнаваем: смотрит недоверчиво – мнение папы для него оказалось убедительнее. Для семи-восьмилетнего малыша родительский авторитет очень высок.

Когда-то на Руси церковное воспитание было неотделимо от семейного. Осуществить это в наше время не так-то легко, поскольку связь поколений прервана во всем, в том числе и в деле воспитания. Нельзя забывать, что многие из родителей наших учеников – в прошлом питомцы яслей, детсадов, "продленок" и других детских учреждений – сами были лишены тепла семейного очага. И теперь, если мы хотим вернуться к нашим семейным традициям, то учить прежде всего нужно родителей. Это касается не только воскресной школы, но и светской. Очевидно, потребность эта пока не осмыслена нами в достаточной степени, так как в целом такой практики – просвещения родителей – у нас пока нет.

Мы должны помнить, что забота о ребенке – это не только добывание для него хлеба насущного. Намного важнее то, что в детстве формируется душа человека, душа гражданина Царства Небесного. [5]

Как воспитать религиозность у детей

Закон Божий, которому учат в школах, не имеет целью дать детям знание Бога (это знание он предполагает уже существующим); он дает детям только знание о Боге.

А так как знание о Боге, как и всякое другое знание, усвояется только умом и памятью, то изучение Закона Божия в школе обычно становится отвлеченным, внешним усвоением религиозных истин, не проникающим в глубину души.

Знание Бога отличается от знания о Боге.

Знание Бога — непосредственное восприятие Бога внутренним чувством, знание о Боге — достояние ума и памяти.

О знании Бога говорит Евангелие: Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа (Ин. 17, 3). О том же говорит пророк Исайя: Вол знает владетеля своего, и осел — ясли господина своего; а Израиль не знает [Меня], народ Мой не разумеет (Ис. 1, 3).

И самое слово «религия» означает не простое понятие о Боге, а живую связь между живыми существами — человеком и Богом.

Прийти к познанию Бога — не значит найти Бога вне себя, как некоторый внешний предмет, или убедиться в его существовании какими-то логическими доводами,— это значит каким-то таинственным образом дать возможность нашему внутреннему «я» увидеть Бога внутренним оком.

Отсюда ясно, что никаким умножением богословских знаний нельзя достигнуть познания Бога. Сильные богословской ученостью иудейские книжники не в состоянии были усмотреть в Иисусе Христе Его Божественную силу, которую видели в Нем простые рыбаки, мытари и блудницы.

И в наше время богословское, семинарское и академическое образование не обеспечивает религиозности. Если познание Бога достигается внутренним зрением сердца, то главный труд, главная задача религиозного влияния и воспитания заключаются в том, чтобы суметь сохранить или пробудить в руководимом это внутреннее зрение сердца, или, иначе сказать, произвести в его сердце такое изменение, чтобы открылись духовные очи его к зрению Бога.

Конечно, нельзя отрицать значения и важности богословского образования и обучения Закону Божию; но надо отметить, что знание Бога надо ясно отличать от знания о Боге и, сообщая детям последнее, не думать, что этим исчерпывается задача религиозного руководства.

Знание о Боге, несомненно, необходимо, так как оно дает конкретное содержание нашему знанию Бога: оно уясняет нам наше понятие о Боге, отношение Бога к миру и мира к Богу. Детская душа, тем более возрожденная в Таинстве Крещения, обладает естественной способностью знать Бога. Это вероятно и имеет в виду Господь Иисус Христос, когда говорит: если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное (Мф. 18, 3); славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам (Мф. 11, 25); кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном (Мф. 18, 4); чистые сердцем... Бога узрят (Мф. 5, 8).

Это свойство внутреннего, непосредственного зрения Бога, некоторые люди сохраняют на всю жизнь. Таковы, прежде всего святые: преподобный Сергий Радонежский, преподобный Серафим Саровский и другие.

Не из внешнего опыта и не посредством рассуждений и логических заключений пришли они к познанию Бога. Они знали Бога так же непосредственно, как мы непосредственно воспринимаем свет и теплоту солнца. Никто не доказывает бытия солнца. Библия не доказывает бытия Божия, святые не ищут доказательства бытия Божия. Ставить признание бытия Божия в зависимость от соображений нашего разума, постоянно колеблющихся и меняющихся в зависимости от проницательности нашего ума и от запаса наших знаний— это значило бы обосновать несомненное сомнительным, или рассматривать солнце при помощи тусклой свечи.

И не только святые, но и обыкновенные люди иногда в течение всей своей жизни сохраняют дар непосредственного, живого и несомненного восприятия бытия Божия, и это особенно свойственно людям простым и смиренным, свободным от соблазнов горделивого разума или нечистого сердца.

Почему дети теряют веру в Бога

Почему же одни люди оказываются способными до конца дней своих знать Бога и верить в Него, а другие еще в молодости теряют веру? Как происходит эта потеря веры, и какими средствами возможно ее сохранить или возвратить?

Прежде чем отвечать на этот вопрос, я хочу сказать несколько слов тем, кто говорит, что не нужно «навязывать» детям религиозных верований.

Религиозная вера не может быть навязана человеку; она не есть что- либо постороннее человеку, она есть необходимая потребность человеческой природы, главнейшее содержание внутренней жизни человека.

Когда мы заботимся о том, чтобы ребенок рос правдивым, добрым, развиваем в нем правильное понятие о красоте, вкус к прекрасному, мы не навязываем ему чего-либо чуждого или несвойственного его природе, мы только помогаем ему из самого же себя извлекать, как бы освобождать из пеленок, в себе самом усматривать те свойства и движения, которые вообще свойственны человеческой душе.

То же самое нужно сказать и о познании Бога.

По принципу ненавязывания ничего детской душе, мы вообще должны бы были отказаться от всякого содействия ребенку в развитии и укреплении его душевных сил и способностей. Мы должны были бы всецело предоставлять его самому себе до тех пор, пока он вырастет и сам разберется, каким он должен быть, и каким нет.

Но этим мы не избавили бы ребенка от посторонних влияний на него, а только придали бы этим влияниям безпорядочный и произвольный характер.

Возвращаемся к вопросу, почему одни люди до конца дней своих сохраняют в душе своей постоянную, непоколебимую веру, между тем как другие теряют ее, иногда теряют окончательно, а иногда с большим трудом и страданиями возвращаются к ней?

В чем заключается причина этого явления? Мне кажется, это зависит от того, какое направление принимает внутренняя жизнь человека в его раннем детстве. Если человек, инстинктивно или сознательно, сумеет сохранить правильное соотношение между собой и Богом, он не отпадает от веры; если же собственное «я» займет в его душе неподобающее ему первенствующее и господствующее место, вера в душе его затмится. В раннем детском возрасте собственная личность обычно еще не становится на первом месте, не делается предметом поклонения. Почему и сказано: если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное. С годами собственная личность все более и более возрастает в нас, становится центром нашего внимания и предметом нашего угождения.

И эта в себе самих сосредоточенная эгоистическая жизнь обычно идет по двум направлениям — по направлению чувственности, служения телу, и по направлению гордости, узкому доверию и преклонению перед рассудком вообще, и перед своим собственным в частности.

Обыкновенно бывает так, что то и другое направление не совмещаются в одном и том же человеке. У одних преобладают соблазны чувственности, а у других соблазны рассудочности. Чувственность с возрастом переходит иногда в половую нездоровость, от которой бывают свободны натуры рассудочные и гордые.

Чувственность и гордость, как два вида служения собственной личности — это как раз те именно свойства, какие проявлялись, как мы знаем, в первородном грехе первозданных людей и воздвигли преграду между ними и Богом.

Характеристики

Список файлов реферата