3613-1 (709538), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Святоотеческая литература лишена формализованных определений, распространенных в науке, поэтому в текстах Отцов Церкви порой сосуществуют неоднозначные смыслы, оттенки образа Божиего. Обычно в образе Божием видят разумность и духовность человека. Понятно, что разумность можно до какой-то степени соединить с духовностью, но все-таки каждое из этих понятий приобрело свои смыслы, и разумность часто связывают с достоинствами ученого, философа, а носителем духовности может быть святой, далекий от интеллектуальных изысков; высокий разум в подлинном смысле тянется к высшему разуму, к божественному совершенству, и тогда разум оказывается одновременно и духовностью. Некоторые святители православия сближали образ Божий со святостью, ибо только непрестанное нравственное совершенствование, отказ от соблазнов мира приближают к Богу.

Признаком образа Божия в человеке считали нередко свободную волю и способность творчества. "Бог-Творец отпечатлел на Своем создании и богоподобную способность творчества" ⁹, хотя, конечно, Творец один, а люди призваны лишь к сотворчеству. Образ Божий дарует человеку призыв к совершенству, основу стремлений к росту, к вечности, а это и есть свобода. Богоподобие дает человеку то, что роднит его с Богом, творческие дарования. "Человеку дано творить, правда, не из ничего, как творит Сам Создатель, но всё же творить нечто до него не бывшее. Это большое прозрение богословской мысли. И когда позднейшие философы будут говорить именно о таком понимании богоподобия и будут особенно ценить эти творческие дарования и задания человека (Н. Бердяев), то они будут только развивать мысль давно живших Отцов Церкви. Это не является открытием философов XX века, а заветом учителя Церкви ХIV столетия (св. Григория Паламы), который сам, в свою очередь, развивал мысль раннейших отцов и писателей" ¹⁰. Творчество человека окрыляется свободой, а не фатальной судьбой эллинов. Бог не подчиняет человека, а дает ему возможности деятельного выбора. Человек может вслушаться в свое божественное предназначение и выполнять послушание служения в творчестве, а может заглушить возможность богообщения и свой путь творчества. И в платоновской, и в христианской традиции творчество в красоте именовали Эросом. "Бог есть Эрос, а потому и мы, будучи Его образом, отображаем этот Эрос" ¹¹ — это мысль, развиваемая и Паламой, и повлиявшим на него Дионисием Ареопагитом. Творчество — не просто способность человека, к которой можно отнестись по своему произволу, оно предстает в православном учении как задание всей жизни человека, т. е. как свобода, ответственная перед Богом. Предназначение человека, таким образом, — быть по образу Божиему творцом, т. е. жить с ним в со-творчестве, вдохновляясь Божьей искрой, и, зажегшись ею, вершить тайну прозрений, озарений.

Есть и еще одно богословское объяснение образа и подобия Божия, связывающее их с господствующим, исключительным положением человека на Земле. Здесь предполагается также высокая ответственность человека перед всей природой, мироустройством, ибо господин способен сеять добро и зло в своих владениях и само по себе господствующее положение в мироздании не может с определенностью запечатлеть в человеке образ Божий. Как раз хищничество человечества в отношении к природе возрастало до сих пор по мере расширения возможностей человека — от земли до космоса.

Наиболее философичную по глубине осмысления и по-русски наиболее прочувствованную трактовку образа Божия в человеке дал В. В. Зеньковский, ему это удалось в силу сочетания в одном лице знаний, способностей мыслителя, богослова, педагога, столь необходимых для подлинно целостного и сущностного постижения человека ¹². Он пришел к выводу о том, что учение об образе Божием не исчерпывается богословскими истолкованиями, ибо в этом учении заложена "надежная основа для разрешения самых трудных и существенных проблем антропологии и натурфилософии" ¹³.

Начиная с ХV века идея образа Божия практически не использовалась вне богословской догматики, а в современных учениях сохранились лишь слабые отголоски этого учения в психолого-философских объяснениях совести. Хотя учение об образе Божием было забыто и философией, и наукой, и педагогикой, оказавшись "отодвинутым настолько глубоко, как никакая другая идея", тем не менее такое забвение сильнее, чем что-либо, свидетельствует, сколь "безнадежны тупики метафизической антропологии" ¹⁴.

В. В. Зеньковский, как было отмечено уже в его анализе концепций педагогики XX столетия, считал наиболее распространенной ограниченностью современной антропологии — больший или меньший натурализм, убежденность в абсолютных возможностях естественнонаучных объяснений на основе детерминизма. Если дарвинизм в истолковании человека откровенно натуралистичен, то трансцендентализм Канта с его трактовкой свободы как действия вопреки причинности "неизбежно впадает в новый, лишь более утонченный натурализм" ¹⁵. Дарвинизм, с точки зрения Зеньковского, оказывается формой пессимистического натурализма, а кантианство — оптимистического, но за пределы натурализма ни одна концепция, не обращающаяся к образу Божиему в человеке, не выходит. Попытки объяснить сущность человека на основе тварной природы — это лишь диапазон проявлений натуралистических концепций.

"Образ Божий есть не статическое, а динамическое начало, начало жизни и творчества" ¹⁶, динамичность образа Божия в человеке связана с духовной жизнью человека, со степенью напряженности строительства своей души. Духовная же жизнь выражается в том, что душа ищет вечное, абсолютное, идеальное, небесное. "Душа наша глядится в Бесконечное и Безусловное, — вернее, томится о Нем… Образ Божий, как мы думаем, и дан нам в этом неустранимом влечении к Безусловному: мы можем питать это влечение суррогатами, но душа непобедимо ищет Вечного, безусловного всюду и во всём" ¹⁷. В животном мире, при всей его миллионнолетней эволюции, нет самых слабых проявлений такого томления по Бесконечному, нет проблесков совести и возвышенного поклонения: в человеке же, самом падшем, способно пробудиться томление по высокому, совершенному, потому-то при утрате подлинной веры так мечется душа в поисках хоть какой-то замены подлинности на мнимость, верования на подобие веры. Жажда Бесконечного не иссякает в человеке при отпадении от веры в Бога, но неудовлетворенность, беспутство в стремлении к творчеству, к постижению высших предметов бытия не приводят к истинному творчеству, а при погружении в сатанизм делают человека и вовсе бесплодным.

"В человеке, — отмечал В. В. Зеньковский, — объективная возможность "выбора" дана как раз в открытости для нас Бесконечности: добро в нас не есть природная сила… Образ Божий, при истолковании его как неиссякаемого потока духовной жизни, питаемой обращенностью к Богу, вскрывает живую связь личности с Богом, личность не замкнута в себе, не обладает "бесконечностью", но дано ей выходить за пределы тварного мира, искать неустанно Бога. Не сама по себе духовная жизнь в нас, но понятая лишь как образ Божий, как видение Бога и искание Его, договаривает тайну человека" ¹⁸. Нетрудно предположить, сколь сложно преодолеть в себе ученому-позитивисту, не желающему слышать о надприродной тайне человека, стремление объяснить творчество, любовь, нравственность детерминистски, не впуская в свое сознание ничего божественного. Если уж марксисты обнаружили диалектику идеального в том, что оно одновременно есть и его нет, идеального нет в виде материализованной вещи, некоей морфо-физиологической данности, но оно есть как данность жизни человека и его общения, то разве меньшая тайна — вочеловечивание человека через вечный поиск идеальных оснований и оправданий своего бытия?

Список литературы

1. Булгаков С. Н. Свет невечерний. М., 1994. С. 268–269.

2. Зеньковский В. В. Проблемы воспитания в свете христианской антропологии. М., 1996. С. 43.

3. Протоиерей Иоанн Мейендорф. Введение в святоотеческое богословие. Вильнюс; Москва, 1992. С. 341.

4. Солженицын А. И. Как нам обустроить Россию. Л., 1990. С. 28.

5. Ильин И. А. О грядущей русской культуре // Родина и мы. Смоленск, 1995. С. 444.

6. Там же. С. 477.

7. Зеньковский В. В. Об образе Божием в человеке // Православная мысль. Труды Православного богословского института в Париже. Вып. II. Париж, 1930. С. 126.

8. Архимандрит Киприан (Керн). Антропология св. Григория Паламы. М., 1996. С. 353–388.

9. Там же. С. 355.

10. Там же. С. 369.

11. Там же. С. 375.

12. Зеньковский В. В. Об образе Божием в человеке.

13. Там же. С. 102.

14. Там же. С. 113.

15. Там же. С. 106.

16. Там же. С. 117.

17. Там же. С. 118.

18. Там же. С. 122, 126.

Характеристики

Список файлов реферата