108820 (707772), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Выражение: "Чему хочется, тому верится" очень подходит для теории Дарвина.
Таким образом, учение Дарвина совпало со стремлениями, желаниями, тенденциями не только ученого мира, но и вообще с тем, что называется духом времени. Учение Дарвина имело общую привлекательность, особенно для массы образованных людей своей понятностью и прозрачной ясностью.
Учение было доведено до компетенции простого здравого смысла, и всякий действительно чувствовал себя его компетентным судьей. В этом смысле оно было вполне демократичным, что не могло не иметь огромной обольстительной силы.
Основные положения Дарвина просты и понятны:
1) Существование у животных и растений отличий от родителей.
2) Они имеют иногда "выгодную сторону в жизни".
3) Поскольку все организмы размножаются в геометрической прогрессии, то в короткое время они могли бы наполнить и переполнить землю.
4) Поэтому организмы должны взаимно вытеснять друг друга.
5) Малейшие выгоды дают большие шансы в этой борьбе 6) Переживает пригоднейший – а это есть естественный подбор.
– В этом объяснение происхождения всех разнообразных органических форм, населяющих землю.
Однако, как учёный, Данилевский понимал, что "в применении к морфологическим явлениям… прозрачная ясность и элементарная понятность теории составляют весьма невыгодные для неё симптомы, заставляющие предполагать в ней, именно по этим её свойствам, полное отсутствие объективной истинности" (486).
В связи с этим сравнение Данилевским филогенезиса и онтогенезиса Дарвина приводит к выводу о том, что "ясность и понятность филогенезиса собственно и зависят от отсутствия всяких объективных данных. При построении теории подбора понятность и ясность её следует искать в той свободе, которую имел Дарвин построить учение совершенно субъективного характера, ни чем объективным фактическим не стесняемое". Аналогичный пример Данилевский приводит из истории эмбриологии. За сто лет до появления сочинения Дарвина учение о развитии животных обладало теми же свойствами, которыми отличается филогенезис Дарвина. Так оно было лишено всякой фактической основы; знания фактов, относящихся до сего предмета,почти не было никакого. В нём не проявлялось никакой закономерности в тех немногих отрывочных наблюдениях, которые тогда имелись. Например: развитие птиц представляли совершенно особым процессом в отличие от млекопитающих – от смешения двух жидкостей – мужской и женской. Несмотря на открытие семенных телец, над их ролью при оплодотворении смеялись, признавали таинственную aura seminalis и т.д. Об общих законах не было речи.
Тем не менее, считали процесс развития ясным и прозрачным. Данилевский вспоминает учение Боннета о предсуществовании зародышей и их включении. В соответствии с ним первое существо каждого вида заключало в себе уже готовые зародыши всех своих непосредственных потомков. Зародыши лежат друг в друге как пасхальные деревянные яйца. Гипотеза эта, по мнению Данилевского, представляет уму совершенную непонятность и ясность, которая в своё время так обольстительно действовала, что даже такой величайший натуралист как Кювье "считал, что этот взгляд на тайну размножения живых существ предпочтительнее всякого другого" (492). В связи с этим Данилевский задаётся вопросом: "Не служат ли ясность и понятность такого рода скорее признаком фактической бессодержательности, а потому и ошибочности теории. т.е. несоответствия её фактическому объективному порядку вещей природы, чем критерием её истинности? Такая понятность и прозрачная ясность морфологической теории свидетельствуют только об остроумии их авторов".
Говоря о философском и мировоззренческом значении теории Дарвина, Данилевский отмечает, что в "Origin of Species" Дарвин предпринял решить двоякую задачу. Во- первых, решить вопрос о происхождении разнообразия органических форм. Это научная, специальная зоологическая, ботаническая часть задачи. И во - вторых, рассмотреть вопрос о целесообразности в природе. Это общефилософская часть задачи. Первый вопрос важен в соприкосновении с общечеловеческими интересами происхождения человека имеет глубокое философское значение. "Если этот мiр не более как бессмысленное скопление случайностей, принявшее только вид ложного подобия разумности, то право, совершенно всё равно, как и от чего бы ни происходил человек, от обезьяны, свиньи или лягушки. Он, во всяком случае, происходил бы от бессмысленности, и сам был бы вопиющей бессмыслицей". Несостоятельность теории объяснении органического мира Данилевским была показана в его труде на конкретных примерах. Знакомство с этим трудом, несомненно поможет каждому человеку иметь аргументированное суждение по поводу теории Николай Яковлевич снова и снова возвращался к обоснованию необходимости опровержения Дарвинизма, обусловленной мировоззренческой значимостью вопросов, на решение которых претендует учение Дарвина. "Вопрос, решаемый "Дарвинизмом", неизмеримо важнее и всего имущества и всех благ, и жизни не только каждого из нас в отдельности, но жизни всех нас и всего нашего потомства в совокупности Дарвинизмом устраняются последние следы того, что принято теперь называть мистицизмом, устраняется даже мистицизм законов природы, мистицизм разумности мироздания (стр. 28). А если разумность, то, конечно, и сам разум, как божественный, так и наш человеческий, устраняется или является одним из частных случаев нелепости, бессмысленности, случайности, которые и остаются истинными, единственными господами мира и природы." Так пишет Данилевский о значении и о необходимости опровержения дарвинизма и чётко определяет свою позицию в этом вопросе: "Я принадлежу к числу самых решительных противников учения Дарвина, считая его вполне ложным".
Список литературы
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.portal-slovo.ru/
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
