73664 (702184), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Несмотря на откровенно пропагандистскую заданность романа «Мать», антихристианский в целом пафос, знакомство с ним все-таки обогатило нас, например, сочувствием к правде маленьких домиков, которая всегда противостояла и будет противостоять правдам «спортсменов от революции» (А Белый), новых политических доктрин, модных лжеучений.
«Несвоевременные мысли». Выходившая в Петербурге газета «Новая жизнь» в период с 1 мая 1917-го по июнь 1918 г. из номера в номер публиковала заметки М. Горького о революции и культуре, которые потом составили книгу «Несвоевременные мысли». В советское время она, естественно, была запрещена. За эту книгу писателя назвали «клеветником», «изменником», «дезертиром», а Сталин предупредил: «Русская революция ниспровергла немало авторитетов… Их, этих громких имен, отвергнутых революцией, – целая вереница… Мы боимся, что Горького потянуло к ним, в архив. Что ж, вольному воля… Революция не умеет ни жалеть, ни хоронить своих мертвецов». И прямая угроза эта осуществится во всей полноте, когда писатель будет в 30-х гг. томиться под неусыпным оком НКВД в особняке Рябушинского в Москве.
Читая «Несвоевременные мысли», нельзя не преклониться перед мужеством «буревестника революции», восставшего против вакханалии 1917–1918 гг. и поведавшего правду о происходящем и о будущем советской «демократии». Вот строки, написанные накануне 25 октября, которыми Горький пытался предотвратить безумие грядущей революции: «…На улицу выползет неорганизованная толпа, плохо понимающая, чего она хочет, и, прикрываясь ею, авантюристы, воры, профессиональные убийцы начнут «творить историю», и повторится та кровавая, бессмысленная бойня, которую мы уже видели».
Со всей публицистической страстностью Горький назовет Ленина и Троцкого «Наполеонами от социализма», а их последователей – «послушными школьниками и дурачками», за деяния которых русский народ заплатит морями крови. Еще любопытное высказывание: «Я особенно подозрительно, особенно недоверчиво отношусь к русскому человеку у власти – недавний раб, он становится самым разнузданным деспотом, как только приобретает возможность быть владыкой ближнего своего». Обращаясь к рабочему человеку, писатель предупреждал: «…Тебя ведут на гибель, тобою пользуются как материалом для бесчеловечного опыта, в глазах твоих вождей ты все еще не человек!»
Накануне Рождества в 1918 г. Горький напишет слова, знаменательные для духовных исканий самого писателя: «Сегодня день Рождения Христа… Христос – бессмертная идея милосердия и человечности»… «Жизнью мира движет социальный идеализм – великая мечта о братстве всех со всеми – думает ли пролетариат, что он осуществляет именно эту мечту, насилуя своих идейных врагов?» Горький начал сомневаться в том, во что верил, наблюдая садистское наслаждение, с которым люди грызли глотки друг другу. «Мы ленивы и нелюбопытны, – цитирует он Пушкина, – но надо же надеяться, что жестокий, кровавый урок, данный нам историей, стряхнет нашу лень и заставит нас серьезнее подумать о том, почему же, почему мы, Русь, – несчастнее других?»
В этом крике души позиция Горького совпала с позицией Достоевского в романе «Бесы» и А. Белого в романе «Петербург», развенчавших революционное «бесовство» и напомнивших русскому человеку о Евангелии – христианском учении о Добре, Красоте и Истине.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
