73645 (702173), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Космос требует новых ритмов, других размеров, диктует смелую головокружительную метафору. Здесь ковш Большой Медведицы черпает волю сном. Здесь небо изливает ведром лазури, а вытекшая душа удобряет чернозем русских «небесных пажитей». Отказ от рифмы в поэме «Преображение» продиктован все тем же стремлением вырваться на волю из привычных оков:
Ей, россияне!
Ловцы вселенной,
Неводом зари зачерпнувшие небо…
Сеятель слова, ловец вселенной, собирающий звездный урожай, неводом слова вытягивающий звездный улов, - таков образ Есенина в 1917 году. Пройдет год, и небо превратится в колокол, где язык – месяц, а звонарь – поэт, взывающий к «вселенскому братству людей».
Для крестьянского поэта Есенина хлеб земной и небесный – одна краюха. Жатва словесная, и жатва космическая, и жатва земная – единый труд. Его полет к небу не от земли, а вместе со всей землей. Деревянный резной конек превратился в огненного коня, несущего землю к небу.
Сойди, явись к нам, красный конь!
Впрягись в земли оглобли.
Нам горьким стало молоко
Под этой ветхой кровлей…
Мы радугу тебе – дугой,
Полярный круг – на сбрую.
О, вывези наш шар земной
На колею иную.
Так промелькнули и умчались небесные кони в поэзии Есенина. Эта вспышка космических метафор длилась два года – с 17-го по 19-й, а потом стихи обрели привычную ритмику, образ мира-космоса постепенно отошел на второй план, так в древней живописи поздний слой закрывает ранний, не уничтожая его.
Внутренний космический огонь – в глубине поэзии Есенина, он похож на пламенные белые блики в темной живописи Феофана Грека. Это огонь изнутри, отсвет космического пламени. Есенин не повторялся, но и не отказывался от былых прозрений.
Сейчас трудно определить, кто на кого влиял, но космос Есенина удивительно схож с космосом Хлебникова и Маяковского. Это сходство разных поэтов в обращении к одной теме свидетельствует о вполне объективной закономерности рожденья космической метафоры в русской поэзии тех лет. От «Облака в штанах» Маяковского к поэмам Есенина 1917-1919 годов, от поэм Есенина к «Ладомиру» Велимира Хлебникова пролегает путь непрерывный.
У Сергея Есенина земля – телега в оглоблях небесного коня, золотой калач, теленок, рожденный небом. Небо и земля – чаша двух полусфер, отраженных друг в друге. Освоение космоса он не считал задачей чисто технической. Нужно еще и новое космическое зрение. Человек должен «родиться» для космоса. «Многие пребывают в слепоте нерождения. Их глазам нужно сделать какой-то надрез, чтобы они видели, что небо не оправа для алмазных звезд, а необъятное, неисчерпаемое море…» 8
Образ дивной красоты – солнечно-лунный космический человек Есенина. К нему не следует искать научных отмычек. Он прекрасен в своей поэтической завершенности.
3. Последний период жизни. Русское зарубежье о С.Есенине
Маяковский во время последней встречи с Есениным обратил внимание на «двух его темных (для меня, во всяком случае) спутников», от которых несло спиртным перегаром. Дурное настроение поэта, его недовольство собой Маяковский, в частности, объяснял «черствыми и неумелыми отношениями окружающих».
К осени 1925 года все это осложнилось физическим нездоровьем поэта. У него были явно расшатаны нервы, и врачи посоветовали ему пройти двухмесячный курс лечения.
26 ноября Есенин был принят на лечение в психоневрологическую клинику… Здесь были написаны стихотворения: «Клен ты мой опавший, клен заледенелый…», «Не гляди на меня с упреком…», «Ты меня не любишь, не жалеешь…», «Может поздно, может, слишком рано…», «Кто я? Что я? Только лишь мечтатель…». Все они, кроме первого, вошли в цикл «Стихи о которой…»; Есенин решил включить его в собрание своих сочинений, готовившееся Госиздатом. Из клиники он следил за тем, как идет эта подготовка, общался с редактором и т.д.
За время лечения у Есенина созрел обширный план предстоящей работы. Он собирался приняться за большую прозаическую вещь – повесть или роман. В голове роились новые стихи. Нужно было завершить подготовку собрания сочинений. Наконец – и это особенно увлекало поэта – начать издавать новый, двухнедельный журнал, о котором он уже договорился с ленинградским отделением Госиздата (Есенин должен был стать редактором этого журнала).
В Ленинград поэт приехал утром 24 декабря 1925 года. Физически он был очень слаб – в клинике явно не долечился. Поэт не выдержал очередного приступа депрессии: 27 декабря поздно вечером заперся в своем номере гостиницы «Англетер», спать не ложился и далеко за полночь, между тремя и пятью часами утра, покончил с собой.
31 декабря состоялись похороны. По Никитскому бульвару траурный кортеж направился на Страстную площадь, к памятнику Пушкину. Трижды вокруг памятника был обнесен гроб с телом Есенина, символизируя живую связь его поэзии с великой пушкинской традицией.9
В 1993 году в Москве был выпущен двухтомник «Русское зарубежье о Есенине». Большинство представленных на его страницах материалов, ранее закрытых в спецхранах, публиковались у нас в стране впервые и без купюр.
Приведу фрагмент статьи «Самородки» Ивана Бунина, лауреата Нобелевской премии, который высказывает противоречивое отношение к жизни и творчеству Сергея Есенина.
«Второе тысячелетие идет нашей культуре. Был у нас Киев, Новгород, Псков, Москва, Петербург, было изумительное зодчество и иконописное искусство, было «Слово о Полку Игореве», был Петр Первый и Александр Второй, мы на весь свет прославились нашей музыкой, литературой, в которой был Ломоносов, Державин, Кольцов, Пушкин, Толстой… Но нет, нам все мало, все не то, не то! Нам все еще подавай «самородков», вшивых русых кудрей и дикарских рыданий от нежности. Это ли не сумасшествие, это ли не последнее непотребство по отношению к самому себе? Вот в Москве было нанесено тягчайшее оскорбление памяти Пушкина (вокруг его памятника обнесли тело Есенина, то есть оскорбление всей русской культуре). А как отнеслась к этому русская эмиграция? Отнеслась, как к делу должному, оскорбления никакого не усмотрела. Большинство пошло даже гораздо дальше: стало лить горчайшие слезы по «безвременно погибшей белой березке», в каковую превратило оно Есенина, произведя этого маляра (правда, от природы весьма способного) чуть не в великого художника и убедив себя (в который уже раз?), что Есенины и есть подлинная соль русской земли, самый что ни на есть основной русский дух».10
Противоположной точки зрения придерживается Михаил Коряков (родился в 1911 году, писатель, историк, с 1946 года в эмиграции) в статье «Есенинщина» и советская молодежь»: «Я… три раза исключался из школы, и в моем аттестате, в графе «Общественно-политическая работа», значилось буквально следующее: «Идеологически невыдержан – насаждал есенинщину».11
И далее: «Последние стихи Есенина были криками отчаяния. И нам… нужны были его стихи, потому, что и в нас – молодежи, которая всегда чутка и отзывчива – был этот испуг перед надвигавшейся эпохой «великого перелома»…
Есенин незабываем, потому что больше, чем кто-либо в русской литературе, он был и остается частью нашей жизни».12
Заключение
Двадцатый век русской советской поэзии определяют три великих имени – Маяковский, Блок, Есенин. Это неоспоримо ясно и понятно теперь не только специалистам по литературе, но и всем, кто просто любит поэзию. Алексей Максимович Горький назвал Сергея Есенина «законченно русским поэтом» 13.
Поэзия Есенина удивительно проникновенно и ярко выражает главное в характере национального гения нашего народа – огромную душевную широту и любовь к родной земле. Мир вчитывается в стихи Есенина, чтобы увидеть в них нас. Поэт гармонически сочетал в своем творчестве народную поэтическую стихию языка с традициями истинной и высокой русской классической поэзии. Он внес в конструкцию русского стиха живую органику естественной разговорной речи, самые доверительные интонации ее, а также мелодичность песенных основ.
Мир не раз замирал от восторга перед техническими чудесами, но потом привыкал к ним и переставал удивляться. К чуду поэзии нельзя привыкнуть. В нашей новой, стальной, по выражению Есенина, России он стал нужен и дорог людям, как сама прекрасная природа ее. В его творчестве живет свежесть раздольных полей и лесов и непостижимая до конца глубина жизни.
Список использованной литературы
-
Базанов В. Сергей Есенин и крестьянская Россия. Издательство «Советский писатель», М., 1982
-
Библиотека отечественной классики. Сергей Есенин. Собрание сочинений в 3-х томах. Издательство «Правда», М., 1970
-
В мире Есенина. Сборник статей. Издательство «Советский писатель», М., 1986
-
Есенин и современность. Издательство «Современник», М., 1975.
-
Занковская Л.В. Новый Есенин. Жизнь и творчество поэта без купюр и идеологии. Издательство «ФЛИНТА», М., 1997
-
Сергей Есенин. Проблемы творчества. Сборник статей. Составитель П.Ф.Юшин. Издательство «Современник», М., 1978
-
Марченко А. Поэтический мир Есенина. Издание второе дополненное. Издательство «Советский писатель», М., 1989
-
Русское зарубежье о Есенине. Эссе, очерки, рецензии, статьи. Том 2. Издательство «ИНКОН», М., 1993
-
Эвентов И.С. Сергей Есенин. Биография писателя. Издательство «Просвещение» Ленинградское отделение, 1978
1 Подробнее см. в книге: Л.В.Занковская. Новый Есенин. Жизнь и творчество поэта без купюр и идеологии. Издательство «ФЛИНТА», М., 1997.
2 В.А.Чалмаев. Приглашение в весну (Заметки об образах и «мелодиях» Сергея Есенина). В книге: Есенин и современность. Издательство «Современник», М., 1975, стр.146.
3 Л.В.Занковская. Новый Есенин. Жизнь и творчество поэта без купюр и идеологии. Издательство «ФЛИНТА», М., 1997, стр. 91-92.
4 Алла Марченко. Поэтический мир Есенина. Издательство «Советский писатель», М., 1989, стр. 56-57.
5 Цитируется по: В мире Есенина. Сборник статей. Издательство «Советский писатель», М., 1986, стр.388.
6 Там же.
7 Там же, стр. 389-390.
8 Там же, стр.395.
9 См. подробнее, Эвентов И.С. Сергей Есенин. Биография писателя. Издательство «Просвещение», Ленинградское отделение, 1978, стр.122-125.
10Русское зарубежье о Есенине. Эссе, очерки, рецензии, статьи. Том 2. Издательство ИНКОН», М., 1993, стр. 68-69.
11 Там же, стр. 113-114.
12 Там же, стр. 122.
13 В мире Есенина. Сборник статей. Издательство «Советский писатель», М., 1986, стр.38.















