73593 (702149), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Написанный по принципу семейственности роман "Господа Головлевы" - одно из лучших произведений Салтыкова-Щедрина, которое принесло ему славу, известность и поставило в один ряд с другими великими писателями.
Исследователь Б.М. Эйхенбаум отмечал, что в литературе ХIХ века роман 70-х годов, "подготовленный всей линией развития русского семейного романа, уходил в сторону от семейности, превращаясь в роман социальный"/ Эйхенбаум роман "Отцы и дети" Тургенева считал классическим примером такого социального романа.
Однако Салтыков-Щедрин не принял форму "тургеневского романа". Он считал, что новые жизненные условия требуют иного подхода к изображению человека и его судьбы, чем это было представлено в "тургеневском романе".
М.Е. Салтыков-Щедрин остро ощущал общественные перемены, и в то самое время, когда Толстой завершал "Войну и мир", он писал в "Господах ташкентцах": "Мне кажется, что роман утратил свою прежнюю почву с тех пор, как семейственность и всё, что принадлежит к ней, начинает изменять свой характер. Роман (по крайней мере в том виде, каким он являлся до сих пор) есть по преимуществу произведение семейственности. Драма его зачинается в семействе, не выходит оттуда и там же заканчивается. В положительном смысле (роман английский), или в отрицательном (роман французский), но семейство всегда играет в романе первую роль. Этот тёплый, уютный, хорошо обозначившийся элемент, который давал содержание роману, улетучивается на глазах у всех. Драма начинает требовать других мотивов; она зарождается где-то в пространстве и там кончается... Роман современного человека разрешается на улице, в публичном месте - везде, только не дома; и притом разрешается самым разнообразным, почти непредвиденным образом"
Салтыков-Щедрин пришел к выводу, что жизнь требует нового подхода к литературе, а время любовных романов прошло.
Спустя время венгерский литературовед Д. Лукач называет жанр романа "эпопеей обезбоженного мира", а психологию романного героя "демонической"; предметом романа Лукач считает историю человеческой души, проявляющейся и познающей себя "во всяческих приключениях". Основное направление романного жанра ученый видел в "воссоздании души, заблудившейся в пустой и мнимой действительности"
Если соотнести определения Лукача с романом "Господа Головлевы" Салтыкова-Щедрина, то можно отметить соответствие в нем перечисленных направлений, воплотивших в себе и мнимую пустоту, и заблудившиеся души, и стремление героя к воссозданию в пустой действительности самого себя.
Вот исходя из этих позиций мы и можем рассматривать роман не только как социально-психологический и роман - семейную хронику, а как мифопоэтический, синтетически вобравший в себя все аспекты жизни семейства Головлевых, более сложный, чем просто подходящий под одно из этих определений.
Не в последнюю очередь поразительность книги Салтыкова объясняется наличием в ее повествовательной ткани разного рода библеизмов (цитат, сюжетов, образов из Библии), мифологических мотивов и образов, которые одни только обладают способностью конкретную ситуацию, реальности исторического времени переводить в сферу "вечных" этических проблем, тем самым предопределяя в произведении выход на философский уровень художественного обобщения. Поэтому вполне закономерным было бы обратиться к рассмотрению этих важных компонентов поэтической системы писателя, тем более, что в щедриноведении этот аспект "Господ Головлевых" еще не получил должного освещения. Библейский и мифологический пласты в произведении становятся объектом специального рассмотрения в литературоведении только начиная с 1980-х годов. Долгое время в основном один финал и давал повод говорить о непосредственной связи салтыковской хроники с текстом Священного Писания, а также о реализации в ней библейских мотивов. Только сравнительно недавно появились работы (причем, весьма немногочисленные), в которых исследователями выявляются новые библейские параллели, присутствующие в щедринском тексте, и определяется их функциональное назначение. Тем не менее, обнаруженные случаи обращения писателя к библейскому пласту так и не исчерпывают всего огромного корпуса привлекаемых писателем библейских аллюзий и реминисценций, используемых автором мифологем.
Список литературы
-
ПРОЗОРОВ В.В. Салтыков-Щедрин. М., 1988.121с.
-
ПРОПП В.Я. Поэтика. // ПРОПП В.Я. Собрание трудов. - [Т.1.] Поэтика . - М.: Лабиринт, 1998. - С.24-92.
-
ПРОСКУРИНА Т.Д. Семья в произведениях русских писателей: Учеб. пособие. - Белгород: Изд-во БелГУ, 2004. - 236 с.
-
РАКИТИНА Л.М. К вопросу о евангельских мотивах в произведениях М.Е. Салтыкова-Щедрина. // Филологические исследования. - Вып.3. - Донецк, Юго-Восток, 2001. - С.140-148.













