71656 (700610), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Неоценимой заслугой Софьи Александровны является ее пропаганда изделий русских кружевниц на международной арене. В 1889 году на Международном промышленном Конгрессе в Париже Софья Александровна представляла Россию и была удостоена звания «Officier de L? Instruction publique», в1893 году она получила звание почетного члена Конгресса женского труда в Чикаго. Усилиям Софьи Александровны по воспитанию кружевниц в Мариинской школе мы обязаны тем, что кружева России вошли в общую историю культуры и утвердились под названием «русское кружево». Это случилось после присуждения кружевным изделиям России Grand-prix на Всемирной выставке в Париже в 1900 году «за выдающуюся красоту старинного рисунка». Центры кружевоплетения, существовавшие в Советское время в Вологде, Рязани, Кирове и Ельце, были основаны еще под руководством Попечительского Совета, возглавляемого Софьей Александровной. Помимо практической деятельности С.А. совместно с директором Мариинской школы, Е.Е.Новосильцевой, по настоянию В.В.Стасова и при содействии главного хранителя Императорского Эрмитажа В.Г Бока вели исследовательскую работу по истории происхождения плетеных кружев, пытаясь воспроизвести плетение коптских шапочек из Египта, которое искусствоведами считалось самой архаичной технологией плетеных кружев.
Посвятив себя изучению русского народного искусства, объездила в 1879 - 1883 гг. внутренние губернии, с целью ознакомления с русской кружевной промышленностью. Результаты этого знакомства Давыдова печатала в "Трудах комиссии по исследованию кустарного производства в России" (тома V - XV). В 1892 г. появилось роскошное (in-folio) издание Давыдовой: "Русское кружево и русские кружевницы". В 1887 г. ею издано "Руководство для преподавания рукоделий в школах", в последних изданиях дополненное "Методическими указаниями"; в 1907 г. - "Альбом русских кружев". Несколько раз Давыдова получала командировки в губернии России и за границу, а также в Среднюю Азию и Бухару. В 1892 г. организовала женские работы в наиболее пострадавших от голода уездах Воронежской и Нижегородской губерний. Устроила, при содействии министерства государственных имуществ, ряд школ пряденья, тканья и вышиванья, принимает активное участие во многих женских обществах и особенно известна деятельностью по распространению женского профессионального образования. Член ученого комитета министерства народного просвещения по профессиональному образованию и кустарного комитета при главном управлении земледелия. Мариинская практическая школа кружевниц-первое в России профессиональное учебное заведение для женщин, обладавшее мощной педагогической и практической базой. Оно готовило мастеров - преподавателей кружевоплетения для всей европейской части России. Возникновение подобной школы не было случайностью. Ему способствовал особый период в истории России, когда усилия, направленные на улучшение жизни беднейших слоев населения, в особенности крестьянства, находили горячую поддержку общественности и, что самое главное – поддержку в высших эшелонах власти. Это был период правления Александра III. Александр III поощрял все, что было связано с развитием отечественной кустарной промышленности. Среди женских кустарных промыслов кружевоплетение занимало ведущее место. Очевидно, поэтому в первую очередь именно оно и нашло свою патронессу-вдохновительницу – Софью Александровну Давыдову. Школа, получила название Мариинской в честь своей покровительницы – императрицы Марии Федоровны. Школа находилась в ведомстве Министерства финансов, а затем – Министерства торговли и промышленности; управлялась Попечительным комитетом, состоящим из председательницы, помощницы и члена от министерства. В Попечительном комитете в разное время работали: баронесса Э. Ф. Раден, Е. А.Нарышкина, кнг. М. А. Шаховская, Н. А.Огарева, Е. Н.Половцова и др. Сама С. А. Давыдова вначале была помощницей председательницы Попечительного комитета, с 1908 – председательницей.
Цель, которую ставила перед собой школа, заключалась в том, чтобы помочь мастерицам из внутренних губерний России совершенствоваться в технических приемах их ремесла, образовать свой вкус и упражняться в рисовании кружевных узоров и составления сколков. По возвращении ученицы обязаны были обучать своих односельчанок приемам плетения и распространять среди них новые образцы кружев. С таким планом устройства школы С.А.Давыдова обратилась к баронессе Э.Ф. Раден, на которую были возложены поручения, касавшиеся женских заведений ведомства Императрицы Марии, и при содействии Министра финансов Н. Х. Бунге и директора Технологического института Н. П. Ильина были окончательно разработаны правила для школы кружевниц, утвержденные затем министром. С 1890, помимо кружевоплетения, в школе начали преподавать также ковроделие и вышивку. Сюда принимались взрослые мастерицы на срок от 1 года до 2-х лет. Во время пребывания в школе они пользовались готовой квартирой, полным содержанием и, сверх того, каждая получала по 50 рублей в год (средний заработок кружевницы в провинции) для личных расходов. Путевые расходы от места жительства мастериц до С.-Петербурга и обратно производились за счет школы. По возвращении на родину выпускницы были обязаны обучатьодносельчанок приемам плетения. Поначалу в школе училось всего несколько мастериц, к 1908 их число увеличилось до 40. Всего с 1883 по 1908 школу закончили 834 мастерицы, в дальнейшем ежегодно их выпускалось около 20. С 1890 г в школе начали преподавать ковроделие и вышивку. До 1901 года школу возглавляла опытный педагог Е.Е. Новосильцева, а с 1908 г. Е.Н. Воробьева В 1890-е при школе открыли платные курсы для всех желающих, где кружевоплетению обучали сами ученицы. Школа не имела собственного здания и неоднократно меняла адрес (Кирочная ул., 8; Знаменская, ныне ул. Восстания, ул., 18; Невский пр., 147; Старорусская ул., 5). В 1916, после смерти С. А. Давыдовой, начальница школы М. С. Орлова, ввиду предполагаемой эвакуации Петрограда, перевела заведение в свое имение в Рязанской губернии. Вскоре после большевистской революции школа была закрыта. Программа занятий была рассчитана на 3 года. В качестве преподавателей Попечительный Комитет приглашал высоких профессионалов. Об успехах школы можно судить по перечню наград на выставках, в которых принимала участие школа: 1885 г. – ремесленная выставка в СПб, 1888 г. – Международная выставка к Копенгагене, 1893 г. – Колумбова выставка в Чикаго, 1894 – Международная выставка в Антверпене, 1896 г. – Всероссийская выставка в Нижнем Новгороде, 1897 г. – Международная выставка в Антверпене, 1900 г. – Всемирная выставка в Париже, 1901 г. – выставка в Глазго, 1902 г. – Всероссийская кустарная выставка в СПб Помимо практической деятельности руководство школы вело и исследовательские работы. С.А. Давыдова и Е.Е.Новосильцева, по настоянию В.В.Стасова, предприняли попытку, но, к сожалению, безуспешно воспроизвести технику «старинных кружев из Египта», которые, как теперь ясно не без основания, многими искусствоведами считались предшественниками плетеных кружев. Безусловно, наиболее плодотворный период существования Мариинской школы приходится на период до 1915 года, когда Попечительный Комитет возглавляла С.А.Давыдова. Она не только сделала школу базой подготовки квалифицированных кружевниц для промыслов, но и способствовала открытию кружевных школ под руководством членов попечительского комитата. Так, Н.А.Огарева открыла собственную кружевную школу в Елецком уезде Орловской губернии, Е.Н. Половцова открыла три школы и мастерские в Скопинском уезде Рязанской губернии, в 1893 году была открыта кружевная школа в слободке Кукарка Яранского уезда Вятской губернии. Уроженка Вологды Ю. П. Шипова (Бараева) училась, затем работала в Мариинской школе, а после Октябрьской революции вернулась в Вологду и в 1928 году стала организатором и руководителем кружевной школы в Вологде.
Характер русского кружева менялся со временем. Если в описаниях XIII века кружево характеризуется как «плоское», в XV веке – «кожушное», то в XVI веке встречаются самые разнообразные названия: «в кружки», «колесчатое», «немецкое зубчатое», «немецкое золотое с полосами кованными», «низано жемчугом в шахматы», «сожено рясою», «сожено жемчугом» и т. д. Еще позже, в XVII веке, появились описания различных узоров, среди них узор «мелкотравный», «кубы», «кустики», «деревца», «гребешки», «корабль», «бантики», «кулишки». Иногда узор (сколок) кружева придумывался заранее – и это кружево называлось «русское сколочное кружево»; иногда узор повторялся, как в тесьме, а фигуры соединялись сеткой («сцепом») – такое кружево называлось «сцепным»; иногда узор срисовывали с вышивки и повторяли его посредством счета ниток – такую работу называли «численным кружевом». Первым кружевам в России «скромность» не была свойственна: плетёные кружева иногда дополнялись жемчугом и драгоценными камнями. Впервые о русских кружевах из золотой и серебряной нити упоминается в летописи второй половины XVI столетия. Кружево выплеталось с золотым шитьем, парчой, с драгоценными камнями и ценилась не столько искусная работа, сколько сам материал. Привезенное из Европы золотосеребряное кружево прекрасно гармонировало с крупноузорчатыми тяжелыми тканями, бытовавшими в России XVII века, со свободным покроем одежд, с русским жемчужным и золотым шитьем, достигшим совершенства в этот период. В музеях сохранились «металлические» кружева из золотых и серебряных нитей, которые поражают своим богатством и великолепием. Такие украшения из-за их дороговизны могла позволить себе лишь высшая знать. Предназначались они для декоративной отделки светской парадной одежды, а также церковных облачений; ими украшались разнообразные предметы великосветского и церковного обихода. Второе рождение «русского кружева» произошло, когда Петр I ввёл моду на западноевропейский костюм в России в начале XVIII века, что весьма способствовало распространению кружева.
В 1725 году в Новодевичий монастырь Москвы даже были выписаны 30 мастериц из монастырей Брабанта, организовавшие мастерскую, где обучались плетению кружев девочки-сироты.
Ко второй половине XVIII века золотосеребряное кружево полностью исчезло в одежде крупной знати, но продолжало использоваться в одежде русского покроя (кокошники, сарафаны, душегреи) и в украшении предметов церковного обихода. В этот же период в кружево стали добавлять цветную нить, что повысило его декоративный эффект. Постепенно оно стало выполнять не только вспомогательную роль нашивки в украшении, но и основную – создание различных аксессуаров одежды. Русские мастерицы, перенимая пришедшее из Европы коклюшечное кружево, оказались неимоверно талантливы и самобытны. Русские кружева вобрали в себя сюжеты и орнаменты, свойственные русскому народному искусству.
В Россию привозили не только готовые кружевные изделия, но и плоские золотые и серебряные нити с повышенным блеском, называемые «бити» или «плащенки», которые широко использовались в шитье и кружевоплетении. Из одного грамма золота получалось около 20 см такой нити, поэтому кружево оценивалось по весу. Узоры в ту пору были незатейливыми, геометрическими. Плели кружева без предварительного рисунка, ориентируясь на число переплетений нитей. Первым и основным поставщиком золотосеребряного кружева была Царицына мастерская палата в Москве. Позднее искусные русские кружевницы, овладев этим рукоделием, работали ив княжеских мастерских Москвы, а также во многих боярских и монастырских мастерских, расположенных в столице или вдали от нее. Сначала тончайшие кружева различных видов («валансьен», «шантильи», «алансон» и др.) поступали в Россию в качестве импортного товара. Но вскоре искусством плетения таких кружев овладели и русские умелицы-крепостные в мастерских помещичьих усадеб. Образцы и рисунки для этого привозились из Германии, Фландрии и Франции. К концу XVIII - началу XIX века практически все виды известного в европейских странах кружева производились в России. Усадебные кружевницы для этого использовали тончайшие «драбантские» нити. Постепенно производство такого типа разрослось, продукции стало хватать не только для собственных нужд, но и на продажу. Плетенное по заграничным сколкам кружево выдавали за иностранное.
Мода на кружева находила все больше и больше почитателей. Эти новомодные украшения стали широко использовать в отделке представители разных сословий – дворянства, купечества, мещанства.
Кружева высоко ценили и в крестьянской среде. Это ремесло обрело большое значение в крестьянской жизни в качестве дополнительного заработка: оно не отвлекало от домашних и сельских работ, избавляло от поисков заработка вдали от дома, превращало в помощников и малых детей. В основном им занимались женщины, но изредка к нему подключались и мужчины. Сажали за коклюшки и мальчиков 7-15 лет. Девочек же к этому рукоделию приучали в некоторых губерниях с пятилетнего возраста.
Правительство России через земские организации всячески поддерживало развитие промысловой деятельности населения, для чего содействовало созданию «складов» с образцами и сколками кружев, специальных школ и курсов по обучению этому ремеслу. Опыт Мариинской школы подчеркивал особую ценность труда кружевниц, показывал, что создание кружева является сложным творческим процессом. Он требует сосредоточенности, глубоких знаний основных закономерностей декоративного оформления предметов из тканей, умения составить или понять готовый узор и выплести его на коклюшках. Чтобы достигнуть высокого мастерства, недостаточно было одной усидчивости и трудолюбия – требовалась большая ловкость рук, художественный вкус и острый глаз. Мастерице приходилось в своей работе одновременно следить за рисунком, прокалывать его булавками и перебрасывать коклюшки. От нее зависела и возможность несколько видоизменить узор, «приукрасить» его, что достигалось введением дополнительной пары-другой коклюшек. Это делалось с целью получения нового, более изящного «манера». Некоторые кружевницы самостоятельно «сочиняли» новые «манеры» целиком. Продать такое кружево можно было более выгодно.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
