71132 (700043), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

4. Культурологические традиции русской эмиграции

Можно говорить о том, что деятели русской культуры, даже кратковременно находясь за границей, чувствовали себя в какой-то мере эмигрантами; а становясь – хотя бы на короткое время эмигрантами, они тем самым освобождались от тяготивших их на родине условностей, политической и духовной цензуры, политической и моральной слежки, от экономической зависимости, от атмосферы официальности или идеологической скованности.

Эмигрантами по преимуществу были в своем огромном большинстве русские революционеры. Русская эмиграция рождала не только ностальгическую «странную» любовь к оставленной отчизне, но и мечтательные проекты, и утопические модели относительно желательных в ней изменений. Не случайно, например, ранние русские славянофилы, страстные патриоты России и русской культуры, родоначальники «Русской идеи», были людьми, получившими образование в германских университетах и подолгу жившими за границей (т.е. являлись в своем роде эмигрантами); потому они знали Запад гораздо лучше, нежели свою родину, и недолюбливали его за это, а Россию как свой высокий идеал выдумывали, художественно воображали, творили как произведение искусства особого рода, как высшую форму духовного творчества.

Пребывание на Западе, даже очень кратковременное, чрезвычайно изменяло видение России, достоинства и недостатки которой представлялись на расстоянии крайне преувеличенными и идеализированными, а революционный переворот – крайне легким и простым. Речь идет не о заимствовании каких-то черт или идей из западной культуры и затем – буквальном перенесении их на русскую почву, как это подчас представляется. Гораздо точнее говорить об эффекте сложного медиативного взаимодействия (своего рода сканирования) западной и русской культур в феноменах русской эмиграции и культуры русского зарубежья. Это русская культура в контексте западной культуры глазами русского человека, или ностальгическое видение русской культуры и России из дальнего, во многом неприемлемого и ненавистного Запада. Впрочем, так было не только у русских эмигрантов-революционеров, но и у белоэмигрантов-контрреволюционеров – монархистов и либералов, эсеров и меньшевиков, надевшихся на скорое падение большевисткого режима и саморазложение русской революции, на легкую и саморазумеющуюся реставрацию старой России.

Но у русской эмиграции была не только трагедия – отчуждения от родины и отрыва от реальности, ностальгии и одиночества. Во многих случаях инокультурный контекст, высвечивавший своеобразие русской культуры, выявлявший инновативное содежание тех или иных ее феноменов, позволял европейской и мировой культуре заново открыть для себя русскую культуру, придать ее достижениям значение и смысл, выходящие далеко за пределы национальной истории. Более того, некоторые открытия русской культуры в контексте отечественной культурной традиции не получили адекватной оценки, выпадая из системы ценностей и норм, общепринятых в данную эпоху.

5. Тенденция развития культурологи в современной России

Современная российская культура на рубеже XIX-XX веков оказывается одновременно включенной в рыночные механизмы и в процесс посттоталитарной стагнации; она насквозь монополизирована, ориентирована на государственный патернализм и в то же время пронизана конкурентной борьбой «на выживание»; она презирает «массовую культуру» (особенно западную) и жаждет сама стать столь же массовой, но без конкурентов, монопольно; она соприкасается с теневой экономикой и криминальной культурой (а подчас и прямо базируется на них) и в то же время открыто лоббируется правоохранительными органами, правительством, различными политическими партиями и движениями. Границы между естественным и искусственным стремительно размываются; культурная предметность легко переходит в социальную среду, и детективный сюжет органично размещается в действительности как некая «общая канва» исторических и житейских событий. Все это косвенный черты современного состояния российской цивилизации.

Некоторые реальные сдвиги в сторону размывания бинарности в русской культуре можно наблюдать уже сегодня. Так, один из характерных примеров культурной жизни последнего времени – дополнение тралдиционной для советской культуры антиномии «наука / искусство» (т.е. рационально-логическое/чувственно-образное) третьим компонентом культуры (интуитивно-субстанциональным) – религией, верой. Однако в отличие от тех цивилизаций, где познавательная и художественная культура давно – мирно и творчески – сосуществуют с культурой религиозной, в постсоветской России десекуляризация приобретает деструктивную направленность. Благодаря своему третьему компоненту современной российской культуре оказывается возможным апеллировать к эмоциям вместо аргументов, подменять логическое исследование образно-ассоциативным или непосредственно мистическим видением мира, в доказательствах или при проверке истинности – рассматривать веру равной знанию и вообще представлять культуру как непрерывную область размытых значений и смыслов, где наука превращается в особое искусство или религию; религия предстает как некое учение и непосредственное знание действительности, но одновременно и как специфическое искусство; искусство оборачивается, с одной стороны, специфически препарированным вненаучным знанием, а с другой стороны – эстетизированной верой. (2; 466).

6. Этногенетическая теория Л. Гумилева

Согласно теории Льва Гумилева этнос (народ) является природной системной целостностью и представляет собой "устойчивый коллектив людей, противопоставляющий себя всем прочим аналогичным коллективам, имеющий внутреннюю структуру, в каждом случае своеобразную, и динамический стереотип поведения". Он имеет свои сроки существования, измеряемые в целом в 1200-1500 лет, в течение которых этнос проходит ряд стадий своего развития "от рассвета до заката". В свою очередь, каждая из этих стадий-фаз этногенеза характерна только ей присущим тонусом пассионарности и, в зависимости от его (пассионарности) напряжения, стереотипом поведения людей, народов, наций, государств и даже цивилизаций. Этот базовый стереотип объективно изменяется в зависимости от фазы этногенеза, каждая из которых измеряется несколькими веками.

Характеристику самих фаз этногенеза мы будем приводить далее по тексту, в зависимости от рассматриваемых геополитических субъектов и их суперэтносов.

Принцип этногенеза - угасание пассионарного импульса вследствие энтропии, или (что то же самое) - утрата пассионарности системы из-за сопротивления окружающей этнической и природной среды. При этом согласно Л. Гумилеву "пассионарный импульс - поведенческий импульс, направленный против инстинкта личного и видового самосохранения, другими словами, это избыток биохимической, жизненной энергии людей, дающий им способности к сверхнапряжению и жертвенности, ради часто иллюзорной цели".

Стратегия

Поскольку пассионарность есть энергия, то она, после пассионарного толчка, вызванного внезапной мутацией, имеющей природный или даже социальный характер, растрачивается в процессе этногенеза. Она уходит на создание культуры, строительство городов, на создание идеологий и политическую деятельность, на территориальную экспансию и войны, то есть на тот труд, результатом которого есть сегодняшняя человеческая цивилизация. Такой труд требует усилий сверх тех, которые необходимы человеку только для того, чтобы существовать в равновесии с природой. Этот значит, что без пассионарности и без ее носителей - пассионариев, человечество просто не состоялось бы. Лев Гумилев пишет о пассионарности так: "...пассионарность - это способность и стремление к изменению окружения... Импульс пассионарности бывает столь силен, что носители этого признака - пассионарии - не могут заставить себя рассчитать последствия своих поступков. Это очень важное обстоятельство, указывающее, что пассионарность - атрибут не сознания, а подсознания и важный признак, выражающийся в специфике конституции нервной деятельности. Степени пассионарности различны, но для того чтобы она имела видимые и фиксируемые историей проявления, необходимо, чтобы пассионариев было много, то есть это признак не только индивидуальный, но и популяционный". Это значит, что не отдельные пассионарии делают великие дела, а тот общий настрой (общества), который можно назвать уровнем пассионарного напряжения". "... Работа, выполняемая этническим коллективом, прямо пропорциональна уровню пассионарного напряжения". "Хотя пассионарность - стихийное явление, тем не менее оно может быть организовано той или иной этнической доминантой.

Этнической доминантой мы называем явление или комплекс явлений - религиозный, идеологический, военный, бытовой, который определяет переход исходного для процесса этногенеза этнокультурного многообразия в целеустремленное однообразие. Но она может и расплескаться, не слившись в единый поток..." Надо отметить, что поддержание высокого уровня пассионарности нации для обеспечения ее выживания настолько важно, насколько и не понято. Это понял тысячи лет назад один из, безусловно, великих народов - евреи. Они специально и искусственно поддерживали высокий пассионарный национальный модус путем создания специальных стрессовых и мобилизующих условий его исторического бытия, начиная от исхода древних евреев из Египта, кончая его жизнью в постоянном враждебном окружении. Образ всегда имеющегося врага, угрожающего самому существованию этноса так же является пассионарным стимулом, как им является "свобода", внешняя агрессия, специально культивируемые комплексы расовой, религиозной, национальной ненависти (фобии), комплексы национальной неполноценности. "Основной тезис этнологии диалектичен: новый этнос, молодой и творческий, возникает внезапно. Он ломает обветшалую структуру и обездушенный, утративший способности к творчеству, быт старых этносов. Он в грозе и буре утверждает свое право на место под солнцем.

В крови и муках он находит свой идеал красоты и мудрости, а потом, старея, он собирает остатки древностей, им же некогда разрушенных. Это называется "возрождением", хотя правильнее сказать "вырождением". И если новый толчок не встряхнет дряхлые этносы, то им грозит превращение в реликты. Но толчки повторяются, хоть и беспорядочно, и человечество существует в своем разнообразии".

Если этносы, а тем более их усложненные конструкции - суперэтносы живут в своих экологических нишах - вмещающих ландшафтах, то кривая этногенеза отражает их развитие достаточно полно и у них есть серьезные шансы прожить свои 1200- 1500 лет.

Если происходят крупные миграции, сопряженные с социальными, экономическими, политическими и идеологическими феноменами, да еще при различном пассионарном напряжении этносов, участвующих в событиях, то возникает проблема обрыва или смещения прямых направлений этногенеза, что всегда чревато неприятными или даже трагическими неожиданности для этих участников. При таких коллизиях проигравший (при этом совсем не всегда заведомо слабый) этнос, как правило, исчезает. Если он не исчезает, то процесс его этногенеза восстанавливается, но в теле его остаются рубцы и память об утратах, часто невосполнимых.

Суперэтнические контакты порождают нарушения закономерности развития. Их следует учитывать как объективные зигзаги и необходимые составные части этногенеза конкретного суперэтноса, так как никто из них не живет одиноко на нашей планете, а отношения между соседями бывают разнообразными. При взаимодействии двух суперэтнических систем задача может легко решаться противопоставлением "мы (наши) - они, не наши (враги)", но при трех и более, решение получить трудно.

Россия сегодня находится именно в такой ситуации, то есть практически в прямом соприкосновении с североамериканским суперэтносом, и в прямом непосредственном соприкосновении с суперэтносами Китая, Европы и Ислама.

По поводу этнических контактов Лев Гумилев отмечал, что "последствия смешения этносов всегда разнообразны, ибо зависят от ряда обстоятельств:

1. Характера взаимодействия того или другого этноса с окружающей географической средой, ибо от этого зависят способы ведения хозяйства, которые вызывают либо симбиоз, либо соперничество.

2. Соотношения фаз этногенеза обоих компонентов. Фазы могут совпасть или нет, а в последнем случае более пассионарный этнос давит на соседа независимо от личного желания его представителей, даже вопреки их воле.

3. От комплиментарности, проявляющейся при совмещении культурно-психологических доминант и которая может быть позитивной или негативной. Знак комплиментарности проявляется в безотчетной симпатии или антипатии на популяционном уровне.

4. Перспективности контакта, ибо он может вести либо к ассимиляции одного этноса другим, либо к элиминации, а проще - к истреблению одного этноса другим, либо к слиянию двух этносов в третий единый - это и есть рождение этноса". Уже только эти положения теории этногенеза заставляют нас глубоко задуматься по поводу того, что может ждать Россию в недалеком будущем в результате ее контактов с современными нам суперэтносами и "чего от кого надо ждать". Другими словами, оценка этого фактора должна дать нам выводы о стратегии России в XXI веке.

Необходимо сказать еще об одном важном свойстве этносов - о возможности их регенерации и о возможности "вторичной кристаллизации этногенеза". Лев Гумилев пишет об этом так: "Время врачует самые тяжкие болезни этносов. И наступает выздоровление, когда происходит процесс вторичной интеграции или, вернее, регенерации".

Взаимоотношения суперэтносов

История человечества убедительно показывает, что контакты на уровне суперэтносов - дело совершенно обычное, объективное и необходимое. Но эта же история говорит нам о том, что эти контакты могут проходить по разным сценариям, а их результаты иметь разные последствия. Разность последствий таких контактов прямо зависит от степени комплиментарности самих суперэтносов. Если комплиментарность этносов позитивна, то наиболее вероятен контакт, приводящий в итоге к взаимному обогащению и даже слиянию этносов, а в идеале - и к образованию нового суперэтноса. Если комплиментарность негативна, то контакты суперэтносов могут носить, и, как правило, носят характер антагонистического столкновения. Это значит, что различия при контактах столь велики, что "чужое" кажется "противоестественным и диким", а возникающий в результате столкновения стереотип поведения суперэтносов формируется по линии брезгливого отторжения ценностей друг друга. Все это может привести к обоюдному уничтожению этносов (суперэтносов), так как они обоюдно считают своих оппонентов "нелю-дью" и отказывают представителям противоположного лагеря в праве на жизнь.

О химерах и антисистемах.

Еще одним примером и частью теории этногенеза, представляющейся нам важной в плане рассматриваемой проблемы, является учение о химерах и антисистемах, как феномене контактов суперэтносов и их культур.

Характеристики

Список файлов реферата