71122 (700030), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Здесь упомянута лишь часть социальных функций театра. Все эти, а так же множество не названных мной функций находятся в постоянном взаимодействии и дополняют друг друга.
Н.Н. Корниенко пишет в своей статье о функционировании театра: «Современный театр стремится к разнообразию. Разнообразие, функциональная вариативность театра относительно норм и художественных стандартов общества с неизбежностью ведут к диффузности, взаимопроникновению его социальных функций, типов и стилей его «поведения». Само по себе обилие театральных идей, смыслов, форм, стилей «поведения», целей, оценок, ориентаций театра обеспечивает развитие и обновление художественной культуры за счёт новой комбинации её структурных элементов».
1.3 Социальная роль актёра.
Актёр, взаимодействуя с партнёрами на сцене, использует тот же арсенал средств, которыми располагает человечество для установления непосредственной социальной коммуникации, прежде всего это речь и жест. Общение на сцене ничем не отличается от непосредственного взаимодействия в жизни, разве что повышенная эмоциональная окраска интонации и жеста увеличивает эффективность коммуникации. Искусство актёра – это искусство жизненного общения.
Это позволяет говорить о социальном восприятии созданного актёром образа, который воспринимается нами как социальное существо, как конкретный человек в реальном облике актёра. Если художественное восприятие роли определяется её идейным содержанием, исполнительским мастерством актёра и всей целостной структурой спектакля, то социальное обусловлено теми представлениями о человеке, которые довольно устойчиво существуют в каждом обществе.
«Существует немалое количество свидетельств (например, многочисленные письма зрителей в редакции и непосредственно к актёрам), убеждающих, что для значительной части зрителей актёр выступает отнюдь не как художник, а именно как носитель социальных ценностей. Важно подчеркнуть, что не индивидуальность артиста сама по себе, а именно её зрительское признание, само зрительное «соучастие» в процессе становления актёрской популярности кристаллизует потребности и склонности, которые в другом случае могли остаться смутными, неявными. Именно в таком смысле следует понимать процесс удовлетворения актёром зрительских потребностей. Такое понимание позволяет сформулировать «социологический смысл» взаимодействия актёра с публикой, перефразируя известный афоризм: скажи мне, кто твой любимый актёр, и я скажу тебе, кто ты».
При этом следует помнить, что актёр – прежде всего творец, художник, что в отношении зрителей к нему должно проявляться и отношение к искусству в целом, и наоборот, его влияние на зрителей всегда есть их приобщение к искусству, в этом – его главная задача.
Отношения между актёром и зрителем складываются сознательно и бессознательно, они наполняются конкретным социальным содержанием, в них впечатления всей жизни человека неотрывны от впечатлений, полученных от сыгранной артистом роли. Массовое представление об актёре в сознании зрителя складывается в некий «образ», в нём личность и художник составляют один «целостный образ актёра». Таким образом, роль или совокупность ролей, сыгранных актёром, и человеческие качества самого артиста сливаются в сознании зрителей в особую, наполовину условную, наполовину реальную фигуру.
Этот образ актёра – образ идеальный, в нём всегда есть нечто не присущее актёрской личности, идущее от его ролей, от персонажей. Но для публики он выступает как реальность, в которой личность актёра и то, что не присуще ей неразделимы. «Даже когда у зрителя есть возможность увидеть артиста не в роли, а в качестве самого себя, то и в таком случае не художественного взаимодействия актёра с публикой оно всегда опосредованно ролью – социальной ролью актёра».
Актёр, становясь кумиром у публики, становится обладателем огромной силы внушения, силы воздействия на массовое сознание. Под воздействием его таланта формируются общественные идеалы, высмеиваются пороки общества, обнажаются нравственные и социальные проблемы.
Так, «целостный образ актёра» влияет на восприятие того или иного художественного образа, но при этом разнообразие ролей, играемых актёром на театральной сцене и позволяющих обнаружить всю широту его творческих возможностей, обусловит разнообразие представлений, подвижность установок и множественность ожиданий публики.
1.4 Репертуар
Изучение театрального репертуара – это изучение театра, зрителя и социального контекста театральной жизни, это так же один из подходов к комплексному исследованию проблемы «театр в духовной жизни общества». Из всех показателей театрального процесса, именно репертуар наиболее полно раскрывает панораму идейно-художественного климата, взаимодействия театра и зрителя.
Репертуар театров страны – это отражение её культуры, идеологии и экономики, репертуар же конкретного театра отражает идейно-художественную позицию коллектива, его творческое лицо.
«Включая в репертуар ту или иную пьесу, всегда надо твёрдо знать, ради чего она берётся, что театр хочет сказать зрителям выбранным им произведением».
Репертуарная политика сегодняшних театров очень разнообразна. Часто в борьбе за массового зрителя и коммерческий успех в репертуаре театров оказываются низко-художественные и откровенно пошлые пьесы, которые тем не менее востребованы публикой. Вообще-то это явление не новое. В 1973 году в статье А.Н. Алексеева и В.Н. Дмитриевского приводится замечание главного режиссёра Тартусского театра «Ванемуйне» Каарела Ирда: «Критика бесспорно ошибается, когда думает, что пьесы пользуются успехом у зрителей именно потому, что они плохие и слабые. Просто в них содержится нечто такое, что волнует зрителей, и, несмотря на весьма посредственный уровень этих произведений, зрители всё же приходят в театр смотреть их. Что привлекает широкую публику в этих пьесах, что её волнует в них – это, по-моему, и должно в первую очередь заинтересовать наших теоретиков театра и литературы, стать объектом анализа и изучения».
Сегодня, в период театральных реформ, изучение репертуара театров страны – одна из главных проблем социологии театрального искусства. С одной стороны театры никак не защищены материально и им ничего не остаётся, как только идти на поводу у публики, с другой же на театре продолжает лежать ответственность и за воспитание художественного вкуса зрителей, и за просвещение, и за создание нравственных идеалов и формирование социальных норм поведения.
«Однако, слишком часто как театр, так и зритель идут по пути, который «протоптанней и легче». Например, театру легче варьировать многократно освещённые проблемы, чем художественно раскрывать рождённые реальной действительностью жизненные конфликты и противоречия. Театру проще «подлаживаться» под невзыскательного зрителя, чем вести его за собой, поднимать его эстетическую культуру и вкус. Зрителю же подчас проще идти за этим «подлаживающимся» под него театром, смотреть то, что ставят. В результате сплошь и рядом происходит снижение взаимной требовательности. Театр всё охотнее и чаще обращается к пьесам не первого сорта, которые не открывают зрителю что-либо новое, а, наоборот, предлагают ему нечто стандартно-общедоступное, привычное, ожидаемое. Зритель же всё охотнее и чаще поддаётся «обаянию» легковесности, мало того, – требует её. Так объективно совершается отказ от установок театра и зрителя на хорошую пьесу, на высокие идейно-художественные нормативы. Зритель и театр вместе прокладывают дорогу «коммерческой драматургии»».
В условиях нравственного кризиса 1990-х годов, когда резко менялись ориентиры и ценности, пересматривались идеалы и социальные роли, театр смоделировал героя сцены, который представлял собой сконцентрированное выражение постсоветского человека испытывающего на себе все процессы социального перераспределения. В театре отразились все перемены идеологического, социально-психологического и экономического состояния. Ведь так же как театр влияет на духовную жизнь общества, так и сам он зависит от него.
Многие драматурги, режиссёры, руководители театров пришли в растерянность. «Театры – храмы», «театры – дома» оказались в идейно-художественном и организационном кризисе. Целостность трупп репертуарных театров оказалась под угрозой. Свободная конкуренция и широкие предпринимательские возможности породили развитие разного рода антреприз.
«В 1990-х годах в условиях отмены цензуры, афиша на несколько сезонов заполнилась так называемой «обличительной чернухой» – пьесами, претендующими на серьёзное социальное содержание, но чаще всего не выходившими за пределы поверхностной агитки. Уже ко второй половине 1990-х годов репертуар такого типа достиг максимальной степени насыщения, интерес к нему ослаб, тем более что политические дискуссии закономерно переместились на митинги, собрания, партийно-правительственные форумы».
Зрительский интерес к театру в середине 1990-х годов упал, но в самом театре активизировались творческие процессы. Театр искал новых установок, формирующихся в обществе. Как следствие, с середины 1990-х годов вновь активизируется театральная жизнь, возрождается интерес населения к театру. Это подтверждается количественным ростом театров в 1996–2000 годах.
Количественный рост театров в эти годы обусловлен наконец-то установившейся относительной стабилизацией художественного рынка, повышением качества спроса и предложения на сценические зрелища. Растущие возможности театрального предложения расширяют индивидуальный выбор форм досуга каждой новой формирующейся субкультурой формации.
Театральная жизнь кардинально меняется, формируются новые правила общения с публикой, театральные установки напрямую зависят от общественных потребностей. Рождается множество новых театров, но и множество умирает, что обусловлено жёсткими организационно-экономическими обстоятельствами. Эти обстоятельства и заставляют искать новые художественные, организационные, финансовые формы.
В 1990-е годы активно развивается студийное движение, открывается множество малых сцен и филиалов. Их успех у публики способствует разнообразию коммуникативных связей как с новой аудиторией, так и со «старой» публикой.
Администратор занимает в труппе лидирующие позиции, без его организаторского таланта, способности принимать нетрадиционные организационные решения, улавливать направленность интересов публики, жизнедеятельность театра становится невозможной.
В.Н. Дмитриевский представил лидирующую часть репертуара этого периода – 10 наиболее популярных названий в российской афише, ранжированных по среднему количеству зрителей на одном спектакле.
| Ранг. | Название и автор | К-во пост. театров | Число спект. (тираж) | Число зрит., просм. спект. (в тыс.) | Число зрит. на 1 спект. |
| 1. | Иисус Христос супер-звезда В. Уэббер | 3 | 65 | 47,0 | 723 |
| 2. | Чума на оба ваши дома Г. Горин | 10 | 121 | 68,2 | 564 |
| 3. | Укрощение строптивой В. Шекспир | 10 | 110 | 61,6 | 560 |
| 4. | Пигмалион Б. Шоу | 17 | 165 | 90,7 | 550 |
| 5. | Двенадцатая ночь В. Шекспир | 11 | 111 | 57,2 | 505 |
| 6. | Лес А. Островский | 11 | 114 | 55,4 | 486 |
| 7. | Восемь любящих женщин Р. Тома | 18 | 140 | 61,0 | 436 |
| 8. | Ромео и Джульетта В. Шекспир | 15 | 163 | 70,6 | 433 |
| 9. | Утешитель вдов Д. Мариотт | 9 | 111 | 48,1 | 439 |
| 10. | Ревизор Н. Гоголь | 12 | 167 | 69 | 413 |
Можно сразу заметить, что публика не удовлетворена современной драматургией, она ориентирована на полноценный литературно-художественный репертуар, преимущественно классику. В то же время представительная часть публики тяготеет к западному театральному шлягеру. Театры же стремятся ориентироваться на разные массивы публики, разных художественных установок и уровней.















