71110 (700024), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Захватывающая человечность и потрясающая мощь, с которой звучит в этой картине призыв к состраданию, великодушию и любви, с которой выражена в ней вера художника в их великую преображающую и возвышающую силу, делают «Блудного сына» вершиной «трагического гуманизма» Рембрандта.
Рис 5. «Возвращение блудного сына». 1668 – 1669 гг.
Конец 50-х и 60-е годы – время его величайших творческих свершений – были и годами тяжелых личных испытаний: Рембрандт разоряется, смерть уносит самых близких людей; он теряет приверженцев, ему изменяют ученики. Художник узнает горечь старости и одиночества. Но на своих автопортретах, написанных в эти годы, Рембрандт предстает как человек, до последних дней сохранивший достоинство и гордость, независимость и нравственную силу, которые давали ему счастье творчества, сознание правильности избранного пути и то величие духа, которое требуется, чтобы идти по нему до конца (автопортреты в собр. Фрик в Нью-Йорке, 1658 г; в Венском музее, 1652; в Национальных галереях Вашингтона и Лондона, 1659г., 1669 г.).
5. Графика
Рембрандт ставит в своем искусстве проблему этической ценности личности, нравственного смысла человеческой жизни. В русле этой проблематики идут его художественные искания в 50 – 60-е годы – как в живописи, так и в графике.
Графика – рисунок, гравюра – была совершенно самостоятельной областью творческой деятельности Рембрандта. Особенно много он работал в офорте – как офортист Рембрандт не знает себе равных в мировом искусстве. Он обогатил технику офорта новыми приемами, которые придали ей необычайную гибкость и безгранично расширили арсенал ее выразительных возможностей. Травление Рембрандт дополнял так называемой «сухой иглой, – то есть штрихами, проведенными прямо на поверхности печатной доски; по краям бороздок оставались частицы процарапанного металла, так называемые барбы, которые задерживали краску. Новшеством явилось также то, что он достигал различных живописных эффектов при самом процессе печатания – в зависимости от того, как он накладывал краску (только ли втирал ее в углубления или оставлял ее также на гладких частях доски и т.д.). В результате Рембрандт добился в офорте и особой остроты рисунка, и постепенности градаций освещения, и мягкости, расплывчатости линий, и богатства тональных контрастов. Иногда Рембрандт вносил изменения в уже готовую печатную доску – каждое из ее состояний, по существу являлось самостоятельным произведением.
Тематика офортов Рембрандта очень разнообразна – бытовые сцены (жанр к которому мастер не обращался в живописи), портреты, пейзажи, религиозные сюжеты. Каждая тема получает свое графическое решение. В пейзажах с предельным лаконизмом, используя лишь выразительность штриха и не заполненных частей бумаги, Рембрандт создает впечатление бескрайних просторов равнины, света, наполняющего пространство, вибрации воздушной атмосферы («Вид на Омваль», 1645г.; «Мостик Сикса», 1645г.; «Поместье взвешивателя золота», 1651 г.) В офорте «Три дерева» (1643 г.) пейзаж строится на контрасте масс света и тени. Борьба солнечных лучей с тучей, обрушившей на землю потоки воды, придает пейзажу героическую мощь.
Столь же монументален и широк по образному звучанию и другой знаменитый лист – многофигурная композиция «Христос исцеляет больных» (конец 40-х гг.). Каждый по-своему ожидает чуда исцеления – с верой, нетерпением, покорностью, с затаенным страхом или всепоглощающим желанием, опрокидывающим все сомнения. Эту тему надежды и страстного ожидания оттеняют недоверие и насмешки богачей и какая-то внутренняя робость самого Христа, – словно так же, как и бедный люд, как все страждущее человечество, собравшееся возле него, он ждет и надеется на чудо, которое должны сотворить его любовь и сострадание к ним.
В графике Рембрандта с особой непосредственностью выразились его демократизм, его сочувствие миру обездоленных.
Лучшие, наиболее совершенные офорты Рембрандт создал в 50-е годы (после 1660 г. он более не занимался гравюрой). В это время Рембрандт обращается главным образом к сюжетам Ветхого и Нового завета. Он воплощает в них свои размышления о тайне человеческой жизни и ее назначении, об этических проблемах бытия и его трагических конфликтах. По силе эмоционального выражения офорты 50-х годов не уступают его живописи, а порой и превосходят ее.
В «Слепом Товие» (1651 г.) легкие штрихи пронизывают пространство, растворяя границы предметов и фигур – все кажется наполненным трепетным скользящим светом, передающим тончайшие нюансы чувств отца, напряженно и взволнованно ожидающего прихода сына, все оттенки робкой, но неистребимой надежды, которая поддерживает жизнь одинокого и беспомощного старика, отгороженного от мира своей слепотой.
Рис. 6. «Слепой Товий». 1651 г.
В «Проповеди Христа» (ок.1656 г.) плетением штрихов, градациями светлого и темного показано сложное многоголосие различных настроений и эмоциональных реакций – сочувствие, презрение, равнодушие, непонимание, тупое высокомерие, снисходительность, человеческое участие.
В гравюре Рембрандт остается тем же неповторимым мастером светотени, причем как штрихи, так и градации света, жизнь света стали в офортах 50-х годов необыкновенно многообразными по своим функциям, по своей экспрессии. В так называемом «Фаусте» (ок. 1653 г.) два насыщенных, ярких световых пятна – голова алхимика и диск на фоне окна – становятся воплощением духовных способностей, творческого усилия, которое награждает человека откровением истины. В «Снятии с креста» (1654 г.) сгущение теней, вспышки и затухание света передают душевное состояние персонажей, трагизм события и его возвышенный смысл. В «Положении во гроб» (ок. 1659 г.) печальное и трепетное сияние света концентрирует в себе переживания всех участников сцены, драматическое безмолвие людей, связанных общностью страдания. В «Принесении во храм» (ок. 1658 г.) призрачное мерцание света во тьме рождает впечатление волнующего приобщения к тайне и напряженного, исполненного трагических предчувствий провидения будущего.
В офортах нашла отражение и одна из центральных тем творчества Рембрандта 50 – 60-х годов – одиночество человека и призыв к духовной близости людей. В офорте «Три креста» (первые три состояния – 1653 г., четвертое – 1660 г.) хаос пятен света и тени создает представление о массе людей, мечущихся у подножия распятия – в страхе и отчаянии. Льющийся с небес таинственный свет подчеркивает и тот мрак, в который смерть Христа погрузила землю, и прозрение людей, в трагизме случившегося нашедших путь друг к другу. В скорбном единении людей, которых пережитая драма вывела из своего замкнутого мира, в этом братстве страдания, быть может, и находит свое осмысление и оправдание гибель Христа, вознесенного над миром и толпой во тьму ночи и вечного одиночества.
Список литературы:
-
«Введение в культурологию» под редакцией Е.В. Попова, Москва, 1995 г.
-
Гриненко Г.В. Хрестоматия по истории мировой культуры. Москва, 1998 г.
-
Дмитриева Н.А. Краткая история искусств. Вып. 2. Москва, 1990г.
-
История искусства зарубежных стран XVII – XVIII вв.: Учебник. Москва, 1988 г.
-
История искусства стран Западной Европы от Возрождения до XX века. Москва, 1988 г.
-
История эстетики. Памятники мировой эстетической мысли. Том 2. Москва, 1964 г.
-
Лазарев В.Н. Старые европейские мастера. Москва, 1974 г.
-
Ротенберг Е.И. Западноевропейская живопись XVII века. Москва, 1989 г.
-
Советский энциклопедический словарь. Москва, 1982 г.















