70832 (699870), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Литература и искусство: социалистический реализм в действии
В 1930-е гг. архитектура и кино, все виды и жанры литературы и живописи должны были соответствовать критериям социалистического реализма. Инструкциями ЦК ВКП(б) определялась главная тема литературы и искусства – созидание новой жизни, борьба за социализм. Образ светлого будущего и нового человека противопоставлялся темному, мрачному прошлому и тем, кто мешал движению в прекрасное завтра.
В уральской литературе того времени наиболее известны произведения «Урман» И. Панова, «Стручок» Б. Гранина о новых явлениях общественной жизни, «Бунт» и «Долматов монастырь» И. Поповой о прошлом уральского края. Появились сборники стихов «Убеждение» К. Реута, «Бой» П. Куштума, «Вторая родина» Б. Ручьева.
Рассказы, повести, стихи и даже сказки (например, «Малахитовая шкатулка» или «Хозяйка медной горы» П.П. Бажова) создавали образ прошлой жизни, полной несправедливости, жестокости и унижений рабочего человека, или прославляли революцию и советскую власть, сделавших счастливыми всех людей. Известно стихотворение В. Маяковского «Рассказ литейщика Ивана Козырева о вселении в новую квартиру», посвященное изменениям в быту рабочих ВИЗа и прочитанное в Свердловске в 1928 г.
Исключением оказались появившиеся в 1935–1937 гг. первые книги рассказов молодого писателя Б. Рябинина избравшего главными темами своего творчества мир природы и жизнь животных, – «Каменные загадки» и «Мои друзья».
Попытки художественного осмысления прошлого и советской действительности предпринимались писателями-рабочими. В литературно-художественном журнале «Штурм» публиковались рассказы и повести рабочих, являвшихся членами Уральском Ассоциации пролетарских писателей (УралАПП). Наиболее известными были «Моя жизнь» работницы А. Коревановой, «Моя школа» слесаря А. Бондина, «Я люблю» машиниста Л. Авдетко. Выступая на III конференции УралАПП в 1931 г., И.Д. Кабаков в своем докладе назвал появление пролетарских писателей одним из громадных достижений культурной революции. Однако были и противоречия: «призыв ударников-рабочих в литературу», объявленный УралАПП в 1930 г., способствовал вовлечению рабочих в новую сферу деятельности и распространению культуры, но уровень творческого мастерства писателей-рабочих был очень низким.
Участие в социалистическом строительстве являлось обязательным для всех деятелей культуры. В 1930-е гг. театры шефствовали над заводами и стройками: проводили концерты в цехах и Дворцах культуры, отправлялись на гастроли в промышленные районы, помогали создавать репертуар театрам рабочей молодежи, участвовали в Днях ударника, высмеивая лодырей и нарушителей трудовой дисциплины.
Художники направлялись в творческие командировки, их картины были гимном героическому труду, преображающему мир, и людям, побеждающим все трудности и невзгоды. Однако на этих картинах нельзя было увидеть обессилевших от голода и непосильной работы ссыльных, заключенных ГУЛАГа, беспризорников или умирающих от недоедания крестьянских детей…
Многие художники специализировались в жанре монументальной живописи, изображали символику советского государства, вождей, наиболее значительные события Октябрьской революции и Гражданской войны, героические трудовые подвиги. Эти темы стали главными и в театре. Даже театры оперы и балета, ориентировавшиеся на классику, уступали свои сцены «советским операм» и «красному балету». В репертуаре Свердловского оперного театра наряду с произведениями М. Мусоргского, Н. Римского-Корсакова, А. Бородина были оперы «Декабристы» В. Золотарева, «Тихий Дон» и «Поднятая целина» И. Дзержинского. По свидетельству современников «самой советской» оперой была «Поэма об Урале* М. Фролова, посвященная 15-й годовщине Октябрьской революции и социалистическому преображению края. Оперу Б. Трамбицкого «За жизнь» (1938 г.) критики назвали новым советским оперным произведением.
В 1930 г. в Свердловске начали работать ТЮЗ и Театр драмы. В их репертуарах были «Первая Конная» и «Оптимистическая трагедия» Вс. Вишневского, «разлом» Б. Лавренева, «Любовь Яровая» К. Тренева, «Платон Кречет» А. Корнейчука. Появились «ленинские спектакли» Н. Погодина «Человек с ружьем» и «Кремлевские куранты». Зрители смотрели пьесы «на уральскую тему» – «Приваловские миллионы» Д. Мамина-Сибиряка, «Малахитовая шкатулка» по сказам П. Бажова, «Павлик Морозов» А. Яковлева. Сохранялись в репертуаре и классические спектакли: «Король Лир», «Гамлет» и «Отелло» В. Шекспира, «Горе от ума» А. Грибоедова, «Ревизор» Н. Гоголя.
Театр музыкальной комедии, открывшийся в Свердловске в 1933 г., современники называли «лабораторией советской оперетты». В 1934 г. состоялась премьера «Миллион терзаний» И. Дунаевского, потом – «Свадьба в Малиновке» Б. Александрова и др. Заметным событием в истории уральской музыкальной культуры стало открытие филармонии в Свердловске (1933 г.) и в Челябинске (1937 г.), открытие театра музкомедии в Оренбурге (1936 г.), создание симфонических оркестров.
Усиление гонений на церковь и верующих.
В 1930-х гг. продолжались активная антирелигиозная агитация, закрытие монастырей, храмов, молитвенных домов. В 1929 г. были приняты законы, согласно которым религиозная пропаганда объявлялась государственным преступлением, священники и члены их семей лишались гражданских прав. В 1930 г. местные органы власти получили право решать судьбу культовых зданий, и на Урале началась кампания но закрытию храмов и мечетей. Активисты закрывали молитвенные здания «в 24 часа, в порядке соревнования». В Свердловске кампания проходила под лозунгом «Столице Урала церкви не нужны». Закрытые культовые здания использовали под столовые, кинотеатры, склады. В Ирбите в соборе была размещена тюрьма; Никольскую церковь в Мотовилихе взорвали и разобрали на кирпичи. В 1929 г. было закрыто 229, в 1930–1931 гг. 1225 молитвенных зданий, к 1940 г. в регионе было закрыто 2448 церквей. Закрытие сопровождалось изъятием ценностей, сожжением икон древнего письма и рукописей, снятием колоколов, были утрачены предметы церковной утвари из благородных металлов, являвшиеся шедеврами художественного мастерства. Купола и кресты многих храмов были обезображены до неузнаваемости. За период «анти колокольной кампании» в Уральской области было снято 3856 колоколов. В Свердловске действовали по призыву: «Колокола переплавим на металл – ускорим темпы пятилетки!». В 1929 г. были конфискованы мощи Праведного Симеона из храма Верхотурского Свято-Николаевского монастыря.
Атеистическая пропаганда велась под лозунгом «Борьба с религией есть борьба за социализм». Вместо храмов в Свердловске, Нижнем Тагиле, Перми, Златоусте, Соликамске, Сысерти были открыты антирелигиозные музеи, при краеведческих музеях начали работу антирелигиозные отделения. Уральская организация Союза воинствующих безбожников насчитывала в 1933 г. 342 тыс. человек.
Судьбы творческой интеллигенции Урала в 1930-е гг.
Многие ученые и деятели культуры подвергались в этот период репрессиям. В ходе их погибли председатель Уральского областного бюро краеведения Я.А. Истомин (1887–1939), обвиненный в длительных связях с «врагами народа».
Несмотря на насилие над верующими и священнослужителями, власти не смогли достичь своей цели – даже в 1937 г. согласно данным Всесоюзной переписи – значительная часть уральцев оставалась людьми верующими. Документы сохранили свидетельства о том, что в престольные праздники рабочие старых уральских заводов не выходили на работу; многие сохраняли веру и передавали из поколения в поколение иконы, священные книги, молитвенники, атрибуты религиозных культов.
За годы войны на Урале значительно сократилось количество школ, увеличилось число детей, не обучавшихся в них. Вследствие этого в первое послевоенное пятилетие основное внимание было уделено строительству новых школьных зданий. Так, в Пермской и Свердловской областях было возведено 85 новых школ, однако положение оставалось сложным, во многих школах обучение шло в две и даже в три смены. Не хватало учителей, но демобилизация армии и расширение педагогических учебных заведений способствовали решению этой проблемы.
Реформа общеобразовательной школы, начавшаяся в 1958 г., была направлена на подготовку выпускников к общественно полезному труду. Для этого при школах создавались производственные мастерские, где молодые люди овладевали какой-нибудь профессией. Но в материальном и кадровом отношении реформа была подготовлена слабо и фактически не удалась.
В высшей школе произошли изменения, учитывавшие потребности научно-технической революции. В связи с этим в Свердловске. Перми, Магнитогорске и других городах региона были созданы новые вузы, в ряде вузов открылись новые факультеты. В Уральском политехническом институте в 1949–1952 гг. были созданы физико-технический и радиотехнический факультеты. В Уральском университете в 1946–1950 гг. организованы лаборатории: рентгеноструктурного анализа, физиологии растений, вакуумная, электронная, металлографическая, спектрального анализа, физикохимии высокомолекулярных соединений. В следующее пятилетие в УрГУ появилось еще 25 лабораторий и учебных кабинетов. Для расширения социальной базы студенчества в вузах были воссозданы рабфаки, выходцам с производства давались льготы при поступлении. В начале 1960-х гг. они составляли 70% всех первокурсников.
Наука Урала была сосредоточена в вузах и 35 институтах Уральского филиала Академии наук СССР. Возросла роль отраслевых научно-исследовательских институтов.
Большим событием в культурной жизни Среднего Урала стало создание Свердловского телецентра, первые передачи которого начались 6 ноября 1955 г. Подобные центры были открыты также в Перми и Челябинске.
В 1950–1960-е гг. заметным явлением стали книги Я. Поповой, А. Бикчентаева, М. Лямина. Т. Архиповой о революционном прошлом Урала, романы В. Очеретина «Саламандра» и «Сирена», произведения О. Корякова (Свердловск) и В. Астафьева (Пермь). Плодотворно работали уральские писатели П. Бажов, И. Ликстанов, поэты Л. Татъяничева, Б. Ручьев, М. Карим и др.
С 1958 г. в Свердловске начали выходить литературно-художественный журнал «Урал» и ежемесячник для молодежи «Уральский следопыт». Они сыграли важную роль в оживлении литературной жизни региона, способствовали распространению демократических идей. Свердловский обком КПСС пытался идеологически влиять на журнал «Урал», который отстаивал позицию искренности в литературе, выступал против иллюзии благополучия советской жизни, лакировки в творчестве неприглядной действительности. Уральский альманах не подчинился партийным указаниям и вплоть до середины 1960-х гг. сохранял духовный и нравственный потенциал «оттепели».
Пребывание во время войны на Урале видных композиторов, музыкантов и музыковедов (Д. Кабалевский, Г. Нейгауз, Д. Ойстрах и др.) положительно повлияло на уровень музыкальной культуры края, особенно на уральскую школу композиторов. Популярными стали имена К. Кацман. Е. Родыгшш, О. Моралова, Б. Гибалина, В. Топоркова.
Широкой известностью в СССР пользовалось в послевоенный период творчество шести уральских музыкальных театров. Здесь работали народные артисты РСФСР Я. Вутирас, А. Маренич, Б. Штоколов, И. Архипова и др. Крупных творческих успехов достиг Пермский театр оперы и балета. В 1946 г. за постановку опер «Иван Болотников» и «Севастопольцы» он получил Государственную премию. В 1954 г. коллективу этого театра присудили премию на всесоюзном фестивале за балет Б. Мошкова «Бэла». Свердловский театр музыкальной комедии стал ведущим в своем жанре в масштабах всей страны.
Самыми многочисленными в крае были драматические театры, ставившие классику и пьесы современных авторов. Большой популярностью пользовались выступления Оренбургского, Прикамского и Уральского народных хоров.
После окончания войны созданная в 1943 г. Свердловская киностудия была преобразована в студию научно-популярных фильмов, производство художественных фильмов возобновилось здесь только в 1956 г.
Художники и скульпторы послевоенного времени разрабатывали разные темы и жанры. В картинах. В. Зинова, В. Золотарева, Г. Мосина получила отражение историко-революционная тематика, в произведениях В. Волкова, Я. Широкова и др. – тема Великой Отечественной войны. Многих художников привлекла тема труда.
По-прежнему популярной была пейзажная живопись, достигшая высокого уровня. Картина Е. Гудина «Верба цветет» вошла в фонд Третьяковской галереи наряду с творениями В. Игошева, отображавшими жизнь народов Северного Урала.
В области книжной графики успешно работал В. Волович. в станковой графике – Б. Семенов, цветные гравюры создавал А. Зырянов. Плодотворно работали уральские скульпторы М. Крамской, Л. Головницкий, В. Зайков, Г. Петрова. Вместе с архитекторами они принимали участие в оформлении дворцов культуры, административных и жилых зданий. Архитектурные «излишества» первых послевоенных лет постепенно были сведены к минимуму.
Росту мастерства уральских художников способствовали регулярно проводившиеся областные и межобластные выставки.
Либерализация гуманитарной науки
Перестройка, закончившаяся полной сменой политического строя в стране, в первую очередь стала ощутимой в гуманитарной сфере. Гласность, «демократизация» позволили представителям интеллигенции начать серьезные споры о роли общественных дисциплин в жизни советского общества. На дискуссионных трибунах, партийных собраниях в вузах Свердловска звучали предложения убрать из учебного плана такие предметы как политэкономия, научный коммунизм, история КПСС. На одном из собраний в Уральском государственном университете даже обсуждался вопрос о лишении ученых степеней и званий тех, кто защитил диссертации по проблемам марксизма-ленинизма, научного коммунизма, развитого социализма, истории КПСС. В результате многочисленных споров к концу 1980-х гг. были почти полностью исключены ранее обязательные курсы истории КПСС и научного коммунизма. В авангарде перестройки учебных дисциплин выступили Челябинский педагогический институт, УПИ, УрГУ.
Уральское кино
Вторая половина 1980-х гг. стала «золотым временем» для уральского кино. На Свердловской киностудии тогда работали лучшие мастера отечественного кинематографа. Здесь начал свой путь к мировому признанию режиссер В. Хотиненко, автор кинокартин «Зеркало для героя», «Рой», «СВ».
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
