69934 (699088), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Последствия такого воспитания нельзя назвать иначе как негативными. Вырастает эгоцентрист, которому с трудом находится место в компании, трудовом коллективе, в новой семье и т.д. Не исключено, что он всю жизнь будет обиженным, потому что жизнь даром ничего не дает, его желаниям не подчиняется и вообще существует сама по себе.
«Ничего нельзя» — это, конечно, тоже условно-обобщенная формула. Суть ее состоит в том, что по всякому, даже самому пустяковому поводу ребенок приучен спрашивать разрешения у взрослых. В сущности, это принцип тотального подчинения, когда буквально ни шагу нельзя сделать без разрешения. Ребенок, воспитанный в такой системе, не умеет и, скорее всего, не будет уметь настоять на своем, даже выйдя во взрослую жизнь. Если в системе «все можно» ключевой фразой для ребенка становится «я хочу», то в системе «ничего нельзя» — «можно, я сделаю то-то и то-то?» При этом, как правило, негативный ответ не требует мотивировок («Можно, я позвоню Саше?» — «Нет» — «Почему?» - «Потому что я сказала нет!»). Результаты воспитания по этому принципу тоже не приносят оптимального результата: ребенок может на всю жизнь сохранить комплекс неполноценности, неумение самостоятельно решать жизненные задачи, инфантилизм; его личность будет подавлена, но, внутренне восставая против этого, он может совершить один или два экстравагантных поступка (от женитьбы на проститутке до прямого нарушения закона), чтобы доказать самому себе, что и он чего-нибудь да стоит как сознательная личность.
Сейчас у читателя может сложиться впечатление, что выхода нет и обе системы воспитания дают одинаково негативный результат. Однако на самом деле это не так, что мы увидим дальше, так что для отчаяния пока что нет места.
Но пока рассмотрим следующую пару понятий, определяющих стратегию воспитания: «опека и самостоятельность». Опека как проведенный до конца принцип отношения к ребенку — одно из самых отрицательных и к тому же неплодотворных разновидности воспитания. Вообще-то опекать потомство — вполне естественно, но доведенная до крайности эта тенденция может дать очень печальные результаты. Ведь речь здесь идет не столько о том, как уберечь ребенка от простуды, сколько о том, как ему вести себя в критических жизненных ситуациях. В результате ребенок вообще отвыкает от ответственного отношения к жизни, подсознательно, а потом и сознательно понимая, что все важные вопросы будут решать за него взрослые. Поначалу ему так даже легче, но наступит время, когда решение придется принимать самому, а способность к этому у личности атрофировалась. Кроме того, опека нехороша еще и тем, что отучает человека отвечать за свои поступки — ведь опекуны всегда найдут для него все возможные «смягчающие обстоятельства». Так что для воспитания личности, которой волей-неволей когда-нибудь придется жить своим умом, вариант опеки тоже не представляется оптимальным.
«Самостоятельность» как принцип воспитания — пожалуй, самый разумный и перспективный. Он учит справляться со сложностями без чьей-либо поддержки, прививает ответственность за свои поступки, избавляет от многих комплексов, развивает множество полезных качеств (в частности, умение реально оценивать разные житейские ситуации), оптимально готовит к переходу из детства и отрочества во взрослую жизнь. Однако эти преимущества являются таковыми при непременном соблюдении двух принципов. Во-первых, самостоятельность не должна переходить в своеволие, самолюбование, безразличное или даже враждебное отношение к окружающим, в эгоцентризм. Если это условие не соблюдено, то на выходе мы скорее всего получим тип сентиментального циника, который, как говорится, пойдет по трупам, если это потребуется ему для утверждения собственного «я», для удовлетворения собственных потребностей или иных целей. Во-вторых, если речь идет о воспитании ребенка, то его самостоятельность не должна ни порождаться одиночеством, ни вызывать одиночества. Самый самостоятельный ребенок довольно долго (иногда лет до двадцати) нуждается в моральной и материальной поддержке, у него должна быть стена, к которой можно прислониться, нужны доброжелательные и заинтересованные в нем родители или другие члены семьи, нужна помощь, дом и очаг.
Комбинация разных принципов воспитания дает иногда самые неожиданные и зачастую непредсказуемые результаты. Так, например, сочетание принципа «все можно» с принципом опеки порождает в конечном итоге весьма странные характеры, в той же степени ленивые, как и неприспособленные к жизни, что усугубляется еще чувством (ни на чем реальном не основанном) собственного превосходства над окружающими. Именно такой характер как результат соответствующего воспитания представлен в романе Гончарова «Обломов». В детстве желания героя автоматически становились законом, он был избалован до крайней степени, но в то же время нормальные детские инстинкты поведения регулярно пресекались: на галерею ходить нельзя — не дай бог упадешь; бегать в овраг — тоже нельзя, потому что там вообще вместилище всяких опасностей (не реальных, конечно, а вымышленных), с деревенскими ребятами играть, понятно, нельзя, и вообще: «Ах, упадет, ах, стукнется, ах, простудится» и т.п. Если кому-то нарисованная здесь картина воспитания покажется безнадежно устаревшей, то такому человеку можно только посоветовать повнимательнее вглядеться в систему воспитания в окружающих его семьях.
Очень интересное сочетание дает иногда совмещение принципов «все можно» и самостоятельности. Здесь при достаточной настойчивости ребенка (но не капризах) и определенного компромисса со стороны родителей принципы воспитания максимально приближаются к оптимуму. За исключением некоторых критических ситуаций, о которых мы поговорим позднее, здесь доверие к ребенку и одновременно строгий контроль за его поведением обеспечивают достаточно свободное развитие личности вкупе с навыком слушаться старших. Воспитатели при этом должны со всей ясностью осознавать, какие вопросы ребенок в том или ином возрасте способен решать самостоятельно, в каких ему необходима помощь, совет, подсказка, а какие должны все-таки решать родители, часто без обсуждения их с ребенком, вопреки его желаниям и достаточно категорично в форме запрета или приказания.
В иных же случаях оптимальная тактика воспитания состоит именно в обсуждении проблемы или конфликтной ситуации, которые ребенку и подростку приходится переживать практически постоянно. Предпосылкой такого обсуждения является уверенность ребенка в том, что его выслушают, постараются понять, не высмеют, не накажут. Оптимальные отношения ребенка и взрослого примерно таковы: «Вот твоя проблема, — говорит старший, — и вот мое отношение к ней. Теперь решай эту проблему сам, а если ты хочешь, то мы еще с тобой ее обсудим». Такая тактика гораздо более результативна, чем категорическое отрицание или запрет. Например, подростку в 13-14 лет совершенно бесполезно приказывать: «Я запрещаю тебе водится с Людой!» Родители, может, тут и правы, потому что ясно видят недостатки Люды и понимают, что она не пара их Васе. Но Вася-то в Люду влюблен, и, может быть, это его первая любовь, неповторимое счастье, — так способны ли родители воспрепятствовать этому чувству? Конечно, нет, и Васе в такой ситуации придется врать, что он идет к другу играть в шахматы и т.п. Что выиграют родители от такой тактики воспитания? Очевидно, ничего, а то и хуже: ребенок начнет скрывать от них все личное, сокровенное, врать, выкручиваться и вообще испытывать сильный эмоциональный дискомфорт; в результате всех окружающих, в том числе и родителей, он начнет воспринимать как нечто принципиально ему враждебное, а отсюда недалеко от «бегства» из семьи в компанию, которая может оказаться самого разного качества. Поэтому рисковать в подобном случае ни в коей мере не следует, тем более что Вася через год-полтора сам поймет и почувствует ложность своего выбора и влюбится в Машу, которая и его родителям понравится больше, чем Люда.
Рассмотрим теперь механизмы воспитания, то есть определенные приемы, которые, по мысли взрослых, во-первых, должны добиваться повиновения, а во-вторых, сформировать личность такой, какой им хотелось бы ее видеть.
Самым древним и самым распространенным и в наше время является, очевидно, метод «кнута и пряника». За хорошие поступки поощряют, за плохие наказывают. Рациональное зерно в этом есть, но есть и негативные моменты, связанные в основном с незнанием психологических закономерностей и, так сказать, с технической стороной воспитания.
Рассмотрим для начала систему поощрения. В крайнем пределе ее можно сформулировать примерно так: «Если окончишь третью четверть без троек, пойдем в зоопарк». Оправдана ли такая тактика? Думается, что нет, и прежде всего потому, что здесь соединяются совершенно разные явления и одно ставится в зависимость от другого без всяких на то оснований. Во-первых, ребенка надо вести в зоопарк при всех обстоятельствах: это и интересно, и познавательно, и доставляет массу положительных эмоций, и ребенка их лишать нельзя. Во-вторых, при поставленном условии такого типа у ребенка вполне может развиться страх — боязнь получить плохую отметку и из-за этого лишиться удовольствия. Такой эмоциональный фон способен создать душевный дискомфорт на много дней, а то и недель, — а к этому ли должны стремиться воспитатели? Наконец, порочность этого метода в том (это самое важное), что у ребенка смещаются связи между различными предметами. Он приучается думать, что учиться надо ради какого-то постороннего удовольствия: прогулки в зоопарк, конфетки, мороженого, словом, того или иного «пряника». А между тем задача родителей — внушить ребенку, что ученье необходимо для того, чтобы стать умнее, чтобы решать в жизни важные и интересные задачи и т п. Вообще-то во многих случаях и этого не надо внушать, поскольку при правильной организации учебно-воспитательного процесса учение доставляет удовольствие само по себе: здесь ученик испытывает совершенно законную гордость от того, то он сам решил сложную математическую задачу, хорошо написал сочинение и т.п. Это — зачатки истинно творческого отношения к труду, который может впоследствии сделать человека счастливым, обеспечить ему душевный комфорт.
Конечно, никто не мешает так или иначе поощрить успехи ребенка в какой-либо области, в которой он достиг успеха. В конце учебного года можно устроить и торжественный ужин, и поход кино, и подарить подарок — все это ребенку не повредит. Но при этом следует учитывать два важных обстоятельства: во-первых, не надо обещать никаких удовольствий заранее — иначе создастся ситуация, которую мы только что рассмотрели, а во-вторых, следует помнить, что похвала авторитетного для ребенка человека (прежде всего родителей) доставляет ему не меньше, а может быть, даже больше удовольствия и моральной удовлетворенности, чем материальное поощрение. (Перехваливать, впрочем, тоже не надо: написал сочинение на четверку — хорошо, но ничего особенного в этом нет, а вот если ребенок вышел из трудной ситуации и исправил двойку по химии на твердую четверку — скупиться на похвалу здесь не надо, отдавая при этом должное не самой отметке, а личным качествам ребенка, его воле, терпению, умению исправлять недостатки и т.п.)
Так обстоит дело с «пряником». Ситуации с «кнутом» обычно острее и сложнее. Во-первых, отметим, что как нельзя связывать произвольно такое-то поведение с обещанием всяких благ, так и неразумно поступать наоборот: «Получишь двойку — выпорю». В более сложных ситуациях наказанием может быть лишение некоторых благ: угроза «останешься без сладкого» существует не один десяток лет. Как и в системе поощрений, так и в системе наказаний отрицательное отношение кого-нибудь из авторитетных взрослых может быть сильнее и действеннее, чем наказание типа «стань в угол». Однако ситуация с наказанием много сложнее, чем с поощрением, потому что она всегда драматична и эмоционально напряжена. Кроме того, следует помнить, что ребенок сам по себе беззащитен, он намного слабее взрослых и потому часто не может не только защититься от их обвинений, но и хотя бы просто объяснить причины своих поступков: это непременно следует учитывать при наложении наказания. Вообще надо помнить, что наказание ведет за собой более глубокие культурологические последствия, чем поощрение. В принципе воспитание без наказания вряд ли возможно — приведем в пример такого авторитета, как А.С. Макаренко, который открыто признавался, что без наказания он воспитывать не умеет. Но этого, очевидно, и не надо; важно только соблюдение некоторых основных принципов в системе наказания.
Во-первых, наказание должно быть, с точки зрения ребенка, безусловно, справедливым, а следовательно, он должен точно и четко знать, за что его в данном случае наказывают. Если, например, мальчик подрался со своим ровесником, наказывать здесь нечего — мало ли по каким причинам он вступил в драку, и, может быть, он просто защищал свое «мужское», мальчишеское достоинство. А вот если тот же мальчишка побил девочку или кого-нибудь из младших — это подлежит наказанию, но прежде чем наказывать, надо объяснить ему (очень коротко), что это поступок, недостойный будущего мужчины, что это хулиганство, а может быть, и подлость.
Во-вторых, наказание не должно унижать достоинство ребенка. В связи с этим принципом дебаты между педагогами, родителями, теоретиками воспитания и другими причастными лицами идут не один год, и главный вопрос здесь «бить или не бить». Вообще-то автор противник физического наказания, потому что оно так или иначе унижает достоинство будущей личности. Да и вообще надежных воспитательных целей этим не добьешься. А.П. Чехов говорил, будучи уже в зрелом возрасте, что никогда не сможет простить отцу, что тот его в детстве сек. Так что как систему физическое наказание рекомендовать нельзя, но иногда возникают ситуации, когда подзатыльник или шлепок по мягкому месту просто необходим, но не с целью причинить боль, а как знак неодобрения того или иного поступка и поведения.
В системе наказания важно различать моменты воли ребенка и момент чистой случайности. Только первый из них требует наказания. Если, например, ребенок раскапризничается и скинет положенную ему тарелку с кашей со стола, то тут требуется непременное вмешательство и следующее за ним наказание. Если ту же тарелку он опрокинет явно случайно, то пожурить за неуклюжесть, может быть, и стоит, но не более того.
Один из наиболее действенных способов наказания, утверждающих принцип справедливости, — это заставить ребенка исправить вред, причиненный им сознательно или ненамеренно. Допустим, он опрокинул (случайно или с некоторой целью — это сейчас для нас несущественно) банку варенья на чистый стол — не тратьте времени для нотаций, а просто дайте ему тряпку и заставьте привести стол в нормальный вид. Если он без спросу взял ваш карандаш и сломал его — пусть он его заточит (но этому, естественно, надо научить). Подобные приемы хороши прежде всего потому, что приучают ребенка отвечать за свои поступки.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
