69605 (698129), страница 2
Текст из файла (страница 2)
5. На пятой «плоскости», — анализ предметно–пространственной ситуации опирается на определяемые в предшествующих разделах ведéния проектного анализа результаты и значимые для средовой ситуации свойства, качества и характеристики проектируемого объекта, а также выделяемые его художественные, структурные, организационные, морфологические, функциональные, предметные и пространственные особенности и значения. Исследование по данному разделу учитывает их, и позволяет фиксировать требования и принципы достижения такой целостности проектируемого объекта, которая позволяет обеспечивать его гармоничное внедрение в существующий ценностный, культурный, исторический, стилистический, композиционный и т.п. контексты, предъявленные исследователю наличной предметно–пространственной данностью Места, в котором предполагается реализация проекта. Иными словами, в данном разделе исследований анализ нацелен на выявление состава требований и ограничений, ориентированных на достижение гармоничной целостности предметно–пространственной ситуации «будущего», как пространства–образа и пространства–формы, где проектируемый объект может быть также рассмотрен как равнодействующий «персонаж» пространственной мизансцены. Здесь этот факт оказывается замечательным также потому, что для дизайна архитектурной среды наряду с персонажами сообщества непосредственных потребителей и сложившихся сообществ «возникает» еще одна действенная и поэтому персонифицируемая группа. Группа, которую образуют конкретные материально представленные «предметы–персонажи», исконно организованные как некоторая целостность в выделенном нами (или заказчиком) пространстве, и в «ткань» которого предполагается внедрение проектируемого объекта. Группа, в которой каждый материальный предмет как «персонаж» «живет», вступает с нами в социальную, историческую, культурную и тому подобную коммуникацию: управляет и служит, предлагает и обеспечивает, сообщает и предоставляет, воспитывает и развивает, сохраняет и оберегает… и тогда, действительно участвует в повседневной жизнедеятельности человека и обеспечивает всю совокупность межчеловеческих взаимодействий. Этот вопрос оказывается одним из проблемных в средовом подходе и нуждается в исследовании.
Очевидно, что само по себе параллельное продвижение по намеченным аналитическим плоскостям не позволяет поручиться за достаточность и тем более качество аналитических выводов и их эффективность при выборе и утверждении проектных решений. Это становится возможным при наличии фиксаций и соотнесения результатов аналитических действий, их экспертной оценке по обнаружению их проектной значимости, поверке результатов на их соответствие объективным содержаниям и значимости для субъектов среды. Решение таких задач требует введения внешних, по отношению к анализу средовых ситуаций и «развивающихся» по мере их изучения параллельных «плоскостей промежуточного синтеза», — чувственно–эмоционального и рационального освоения анализируемых объективных содержаний. В качестве таковых могут быть введены как минимум две «плоскости» (рис. 1.). Первая из них, «плоскость» фиксации и моделирования в промежуточном синтезе результатов анализа с точки зрения выявления образно–художественных свойств, качеств и требований, формирующих и проектно обеспечивающих уникальное своеобразие и выразительность средового объекта. Назовем ее «плоскость художественного проектирования». Вторая же, — «плоскость» фиксации и моделирования в промежуточном синтезе результатов анализа с точки зрения выявления структурно–организационных и пространственных особенностей, условий, ограничений и требований, оптимизирующих стиль, образ, ритм, техники осуществления жизнедеятельности всех без исключения групп средовых персонажей (их типов), выявленных и имеющих какое бы–то ни было отношение к средовому объекту. Соответственно назовем ее «плоскость структурно–организационного проектирования».
Введение в параллель аналитическим процедурам таких «плоскостей» дает право рассчитывать на то, что зафиксированные на них модели позволят обнаруживать вероятностные варианты и формы решения, противоречий вскрытых непосредственно в ходе аналитического осмысления средовых ситуаций и фиксируемых «здесь–и–сейчас».
Результаты «промежуточного синтеза» могут быть транслированы в средовое сообщество практически на любом этапе, цикле или фазе ведéния проектного анализа (см. рис. 2, 3.), вследствие чего возникает возможность налаживания «обратной» связи, и, следовательно, дополнительной оценки сообразности проектных предложений и выводов, а также их проектно–рефлексивного анализа.
Таким образом, проектный анализ в дизайне средового объекта нацелен на обнаружение и освоение совокупной средовой ситуации; на сравнение и сопоставление результатов аналитических действий, и экспертную оценку по обнаружению их проектной значимости; на поверку соответствия проектных предложений и решений объективным содержаниям и их значимости для средовых субъектов. При такой трактовке целей, задач и содержаний проектного анализа оказывается, что аналитическая работа и ее результаты по своей сути представляют базовую основу для всего комплекса проектных исследований, в состав которых, помимо проектного анализа, входит непрерывный дизайнерский синтез средового объекта и специфическая проектная рефлексия. В свою очередь, такая рефлексия в дизайне средового объекта направлена на осмысление: способов и целей «связывания» содержаний анализируемых аспектов совокупной средовой ситуации; проектной сообразности разрабатываемых направлений и предложений; полноты сообразности принимаемых решений объективным содержаниям конкретной средовой ситуации; проектно «продвинутой» на каждом этапе и все же всякий раз «исходной» средовой ситуации. Очевидно, что при такой структуре ведéния работ результаты проектной рефлексии будут активно влиять на дальнейший ход выполнения проектного анализа. Бесспорно также и то, что такой подход к ведению аналитической работы может позволить снять вероятность абсолютизации авторской воли, способствовать предотвращению ошибочных интерпретаций объективных средовых картин и расширению поля возможностей действительного и адекватного попадания в средовые смыслы и содержания, и, следовательно, надеяться на повышение эффективности и качества проектно–исследовательских усилий.
Комплекс проектно–исследовательских работ выполняемых на этой стадии проектирования завершается разработкой «развернутого проектного задания» на разработку аспектных объектов «сообразующих» предметно–пространственную среду жизнедеятельности средовых субъектов. При этом существенным оказывается то, что такое «проектное задание на аспектные разработки» становится для нас действительно проектным по своей сути и естеству, т.е. оно выстраивается именно на основании проектных действий и процедур. Структурно, полный комплекс проектно–исследовательских работ ведется на основании «программы проектного действия», разработанной на стадии «предпроектного анализа», предшествует предметно–аспектным «проектным разработкам» и по своей сущности может определяться как стадия проектирования средового объекта.
Естественно предположить, что такую работу невозможно выполнить «одинокому» проектировщику, ориентированному на «индивидуально–келейные» формы проектирования, она может быть осилена только лишь полипрофессиональной командой. И было бы странным предполагать, что для разработки сложноустроенного объекта потребуются неадекватно простые средства, методы и способы решения проектно–аналитических задач.
Теперь мы можем сказать: да, конечно, анализ и синтез различены как два метода и в этом смысле «разделены», но «разделены» только условно, ибо «...сама–то природа, как внешняя, так и собственная наша природа, знать ничего не знает о том, как мы ее рассекли, на какие удельные княжества дисциплин мы ее разделили для собственного удобства рассмотрения; ...сама–то природа живет не по законам феодального общества, а по законам единого и гармоничного целого, к реализации которых стремится и человеческое общество, и отдельная личность» [18, С. 15].
Список литературы
1. Бархин Б.Г., Методика архитектурного проектирования в системе архитектурного образования. – М.: Стройиздат, 1969.
2. Попов И.Е., Яровой А.В., Методические указания к учебному архитектурному проектированию «структурно–функциональный аспект предпроектного анализа в учебном архитектурном проектировании». – Харьков. ХИСИ. 1990.
3. Шалунова Г.Б., Методические указания к учебному архитектурному проектированию «Предпроектный анализ». – Харьков. ХИСИ. 1990 г.
4. Черкасова Е. Т., Методические указания к предпроектному анализу исторической городской среды в учебном курсовом проектировании (историко–культурный аспект). – Харьков. ХИСИ. 1991.
5. Даниленко В.Я. Основи дизайну: Навч. посібник. – К.: ІЗМН, 1996. – 92 с.
6. Методика художественного конструирования / ВНИИТЭ. 1–е изд. М., 1978. 2–е изд., перераб. М., 1981.
7. Методика художественного конструирования. Дизайн–программа / ВНИИТЭ. М., 1987.
8. Тез, конф. «Психология и архитектура». – Ч. 1., Ч. 2. – Лохусалу (ЭССР). – Таллин: – 1983. – 16–19, С.27–29, С. 39–43 и др.
9. Дизайн городской среды. Типологические аспекты: Труды ВНИИТЭ. Сер. «Техническая эстетика». М.: 1984. – Вып. 44.
10. Городская среда. Современные проблемы формирования городской среды. // Сб. мат. Всесоюз. научн. конф. – М.: Вниитаг. – 1989.
11. Средовой подход в архитектуре и градостроительстве. // Сб. статей – М.: Вниитаг Госкомархитектуры, 1989. – 159 с.
12. Городская среда. Дизайн. Архитектура: Сб. научн. трудов. Ч. І., Ч. ІІ – М.: Вниитаг, 1990.
13. Зинченко В.П. Мамардашвили М.К. Проблема объективного метода в психологии. // Вопросы философии, – 1977. № 6.
14. Костинский Г.Д. Образ человека и установки сознания в исследовании городской среды. Средовой подход в архитектуре и градостроительстве. // Сб. статей – М.: Вниитаг Госкомархитектуры, 1989. – С. 42 – 48.
15. Асс Е.В., Средовая типология и городской дизайн. – М., 1984, – (Дизайн городской среды. Типологические аспекты: Труды ВНИИТЭ. Сер. Техническая эстетика; Вып. 44).
16. Глазычев В. Л., Социально–экологическая интерпретация городской среды. – М., 1984 г.
17. Каганов Г.З. Формирование городской среды // Теория и история архитектуры: Вопросы теории.– М.: ЦНИИТИА, 1987. – Вып. 3. – 42 с.
18. Волков Г. Н., Три лика культуры. – М.: Мол. гвардия, 1986. – 335 с.
Сухоруков Евгений Валентинович, доцент кафедры основ архитектуры ХГТУСА, член Союза дизайнеров Украины. По окончании ХХПИ, с 1984 г. работал в ХФ ВТИИТЭ, с 1997 г. на кафедре «Дизайн архитектурной среды», где по настоящее время ведет курсовое «Архитектурное проектирование» и читает курс «Основ проектного анализа». Участник всесоюзных «дизайн–программ», зарубежных, всесоюзных и региональных специализированных выставок, проблемных конференций и проектно–теоретических семинаров. Автор и соавтор ряда НИР, публикаций и дизайн–разработок, научные и проектно–исследовательские интересы сосредоточены на проблематике средового подхода проектирования.
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://referat.ru
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
