Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

В одном из первоначальных вариантов эта групповая композиция трактовалась как горельеф. В окончательном варианте группа вновь была решена как круглая скульптура. Но её первоначальная природа горельефа дает себя знать: композиция с фронтального обозрения выглядит лучше, чем с боковых аспектов.

Композиция «Народные мстители» (Илл. 11) помещается на темном фоне мраморной стены. В центре группы возвышается, как вожак отряда, старик-партизан с автоматом, в позе грозной решительности. Возле него партизанка с автоматом и молодой паренёк в пилотке, припавший с винтовкой в руке на одно колено. Здесь вновь проявился талант Манизера- безошибочно находить в жизни типы, характерные для данного времени. Группа хорошо смотрится, она пластична и выразительна.

Далее, спустившись по лестнице в подземную часть станции, зритель видит перед собой у пилонов: справа величественную фигуру колхозника «Матвея Кузьмина» (Илл. 12) и слева «Зою» (Илл. 13). Скульптор не просто повторил статую сорок второго года, а ввел в характеристику героини новые оттенки психологического содержания. Там Зоя изображена уходящей в партизанский отряд, здесь она стоит у пилона, как часовой. Во всей её напряженной позе отчетливо выражены чувство долга, упорство бойца. Рядом с «Матвеем Кузьминым» юность «Зои» ощущается ещё острее.

В целом вся изобразительная часть станции «Измайловская» проникнута единым содержанием, посвященным партизанской борьбе. Найденное взаимодействие скульптуры и архитектуры повышает художественное качество ансамбля. Подобное скульптурное оформление как-то уже трудно назвать «декоративным». Весомость и значительность скульптур так велика, что архитектура становится как бы пантеоном партизан Великой Отечественной войны.

Помимо М. Г. Манизера в годы войны работало много известных скульпторов, основной темой которой была борьба советских людей как на фронте, так и в тылу. Среди них следует выделить Г. И. Мотовилова, который воплощает тему Великой Отечественной войны в своих произведениях, созданных для станций московского метрополитена, которые занимают большое место в его творчестве. В годы, предшествовавшие войне, и частично в военное время, Мотовилов выполнил свои первые работы для метро – медальоны с фигурами на сводах наземного павильонов станции «Электрозаводская» ( 1942-44 годы) и «Новокузнецкая» ( 1944 год), скульптурную группу у входа на станцию «Электрозаводская» и большой цикл рельефов в её подземном зале. Цикл этот, воплощающий тему героического труда советских людей, принадлежит к лучшим произведениям Мотовилова.

Заполняя промежутки между триглифами несущих пилонов, рельефы расположены по обе стороны перонного зала. Они отделены один от другого боковыми проходами, и в то же время связаны между собой поверху мраморным поясом карниза. По своему типу и по своему местоположению в архитектуре рельефы Мотовилова напоминают античные метопы. Вспомним хотя бы к примеру чудесные метопы Фидия или горельефы с быком – они в пространстве, как и рельефы Мотовилова на станции «Электрозаводская», продолжают сохранять целостность благодаря возвращающимся формам, то есть имеется в виду тот момент в композиции, когда движению одной фигуры в той или иной мере противодействует движение другой, стремящейся как бы возвратить первую к её исходному положению. Примером аналогичной композиции может служить хотя бы известная картина Рубенса «Похищение дочерей Левкиппа».

Каждый из рельефов и сюжетно и пластически представляет законченное целое, и, вместе с тем, по своему содержанию они как бы продолжают друг друга. Сборка автомашин и самолётов, укладка путей, текстильное производство, ремонт машин, работа нефтяников, самолётостроителей, трактористов, животноводов – из всего этого слагается широкая картина труда людей ( Илл. 14 ). В фигурах людей, в их размеренных, точных движениях ощущается сам ход хорошо налаженного производственного процесса, его четкий ритм, его напряжение, целеустремленный характер. Фигуры скомпонованы контрастно- профильные чередуя с поставленными в фас, обращенными к зрителю. Контрастности способствует разнообразие и в трактовке складок одежды, чередование крупных тяжелых и легких форм. Большую роль в композиции играет заполнение пространства между фигурами, орудиями труда, частями машин, растениями, всегда несущими определённые сюжетные и декоративные функции. Скульптору удалось найти точное ритмическое членение фигур и групп в каждом изображении, которое заканчивается в рамках отведенного ему архитектором пространства и в то же время имеет внутреннее смысловое продолжение в соседствующем с ним рельефе. Этим достигается единство всего замысла.

Архитектурные и скульптурные формы, образующие ансамбль станции «Электрозаводская», привлекают внимание своим редким созвучием. Образ пластический сливается с образом архитектурным. Раскрывая тему станции, рельефы Мотовилова являются в то же время одним из основных средств художественного оформления её внутреннего пространства.

Несмотря на сравнительно небольшие размеры, рельефы Мотовилова обладают большим радиусом действия. Вид на каждый отдельный рельеф открывается с нескольких точек зрения, а в перспективе зала, атмосфера которого насыщена теплым светом множества ламп, вправленных в кессонированный свод, ряды рельефов легко просматриваются на всём протяжении, как декоративные звенья единого ансамбля.

В вопросе о месте скульптуры и о возможностях применения различных её видов в архитектуре метро есть свои трудности, свои специфические особенности. Они связаны с тем, что тоннельная архитектура метро почти лишена вертикальных стен, а пространство её жестко ограничено самой конструкцией. Задача размещения статуй в подземных станциях метро решается просто, когда это касается одной – двух фигур или скульптурной группы. В этом случае легко воспользоваться площадью пола у торцевой стены, где статуя занимает главенствующее положение в общей композиции подземного зала и где её можно осматривать на большом расстоянии. Значительно труднее расположить круглые статуи по всему пространству, как это сделал Мотовилов со своими рельефами. Сопоставление первых ансамблей метро с ансамблями третьей и четвертой очереди свидетельствует о преимуществах, которыми обладает здесь рельеф по сравнению с круглой пластикой. В отличие от последней, скульптура на плоскости в том отношении близка архитектуре метро, что отвечает требованиям экономии пространства.

Отсюда можно сделать вывод, что Мотовилов первый из скульпторов оценил значение рельефа в метро, где, в силу архитектурных особенностей, была невыгодна круглая скульптура.

В 1943 году ещё один известный скульптор Н. В. Томский выполнил для подземного перонного зала станции «Новокузнецкая» шесть декоративных скульптурных композиций на тему «Наши предки». Они помещены в боковых простенках перронного зала над скамьями и представляют собой вылепленные невысоким рельефом овальные медальоны с портретами великих русских полководцев – Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова (Илл. 15 ). По сторонам они украшены знаменами, а под каждым медальоном изображены различные виды русского оружия. Однако несмотря на то, что эти барельефы сделаны с большим мастерством, они не стали достопримечательностью станции. Общая монотонность её архитектуры, отсутствие в ней акцентов, чрезмерное обилие лепнины и архитектурных деталей, органично не связанных друг с другом, не позволяют составить от подземного впечатления.

Как бы в завершении исторической темы «Наши предки» хотелось бы отметить ещё одну работу, мраморную мозаику «Богатыри» автора В. Бордиченко на станции метро «Автозаводская», которая проникнута суровой сдержанностью, волевой силой.

Советское искусство военного периода как бы вбирало в себя всю ту незабываемую героику войны. Это было время накопления сил. Главной темой скульпторов становится героический портрет воинов. «Наша Отечественная война родила такое количество новых героев…- писала в эти годы В. И. Мухина, - что создание героического портрета не может не увлекать художника».

Третья очередь московского метрополитена была единственным монументальным ансамблем военных лет, но его строгость, суровая сдержанность и выраженная в нем огромная воля к победе полно определяли лицо того советского искусства военного периода.

ГЛАВА 3 МОНУМЕНТАЛЬНО-ДЕКОРАТИВНАЯ ПЛАСТИКА

В ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД (1945 - 1-ая половина

50-х годов )

3.1. Рельефный и скульптурный декор высотных зданий.

Победоносное завершение нашим народом Великой Отечественной войны приводит к дальнейшему развитию монументальной и станковой скульптуры, увековечивающей образы героев, боровшихся за свободу и независимость своей отчизны. Наступает новый этап в осуществлении плана реконструкции Москвы, принятого ещё в 1935 году. Заметно возрастает роль монументально-декоративной скульптуры в застройке города. Она становится более помпезная, чем до войны, резко меняется характер декора, который до войны был более скромный. Мы можем наблюдать большое количество военной атрибутики, пышный орнамент, пышный рельеф – здесь несомненно ощущается присутствие римского влияния, появляется гигантомания ( от Египта), национальное влияние, в следствии которого появляется русский декор, происходит постепенный отход от греческого влияния, который был характерен для искусства довоенного периода. В качестве примера, хотелось бы сказать несколько слов о работе в оформлении здания Министерства Вооруженных Сил СССР ( архитектор М. В Посохин и А. А. Мндоянц), которую проделал в 1945 году Н. В. Томский с бригадой скульпторов. Большой акцент здесь, также, ставился на пышность, помпезность, на изображение военной атрибутики и различных видов оружия - прославлявшие различные рода войск. Мощный объём здания, увенчанный развитым карнизом, величественный фасад с прямоугольными окнами, ритмически членящими стену, с пышным парадным входом, говорят о монументально – торжественном стиле его архитектуры, и Томский в своем оформлении старается создать определенные акценты, соответствующие характеру этого здания. Над окнами портика во втором этаже устанавливаются шесть декоративных барельефов-эмблем, посвященных основным родам войск. Главный вход украшен композицией из знамён. Завершает фасад огромный фриз на тему «Оборона СССР» (165 кв. м.), где скульптор показывает боевую технику различных родов войск- танки, пушки и. т. д. ( Илл. 16 ). Фриз построен на чередовании отдельных декоративных групп и пронизан строгим ритмом, вторящим вертикальным членениям фасада. Он хорошо сочетается с архитектурой и её образным содержанием.

И, так, как уже было сказано выше, большой акцент ставился на пышность оформления, при этом решались вопросы синтеза архитектуры, скульптуры и живописи, в следствии чего, 30% от стоимости заказа шло на декор. Это было время сталинского ампира или как его ещё называют- сталинским барокко, где было намешано много стилей и направлений: Греция, Восток, Рим и Древнерусские мотивы. Всё это было связанно с идеологией: Советский Союз – победитель во Второй Мировой войне, отсюда та помпезность, гордость, пышность. Появляется логический центр: Москва-Кремль, отсюда ориентация всех городов СССР на Москву, соответственно Москва должна быть украшена самыми лучшими и дорогими по стоимости заказов- архитектурными ансамблями и памятниками. К примеру в то время из разрушенного Ленинграда большая часть денег шла в Москву, на осуществление сталинского плана реконструкции Москвы, строительство которой принимает особенно широкий размах к началу 50-х годов, Именно в эти годы в Москве выросли высотные здания, которые стали композиционными центрами столицы и во многом определили выразительность её силуэта. Из указаний, которые дало правительство архитекторам высотных зданий вытекает, что пропорции и силуэты зданий должны быть оригинальны и своей архитектурно-художественной композицией должны быть связаны с исторически сложившейся архитектурой города и силуэтом будущего Дворца Советов. Отсюда можно сделать вывод, что была ориентация на Кремль. Это можно заметить в расположении зданий по периметру вокруг Кремля. Поэтому проектируемые здания не должны повторять образцы известных за границей многоэтажных зданий.

Тематика московских высотных зданий - университета, административных сооружений, гостиницы, жилые дома- определена важнейшими государственными интересами: историческим значением Москвы, как идеологический центр Столицы, задачами её дальнейшей реконструкции. Авторы высотных зданий нашли выразительные приёмы композиций, при которых функциональные требования, выдвигаемые назначением здания, многообразные условия, градостроительные задачи и художественные формы слились в цельные идейно-художественные образы, раскрывающие величие и силу, помпезность и презентативность.

Новизна решения тематической задачи наиболее доходчиво может быть проиллюстрирована на примере здания Московского Государственного Университета. Перед авторами проекта стояла сложная задача: сочетать учебные и жилые корпуса. Творческие искания архитекторов при разрешении этой чрезвычайно показательны. Старая традиция строительства подобного рода сооружения заставляла их вначале думать об университете как о комплексе раздельно существующих зданий. Они создавали ансамбль ряда сооружений, в котором здание аудиторий и учебных помещений, занимая доминирующий объём, отделялось от лабораторий, научно-исследовательских институтов. Жилые дома (общежития, дома профессорско-преподавательского состава) пониженной этажности расположились отдельно, образуя по композиции типичную жилую застройку. Но эта концепция «учебного городка» не могла отвечать градостроительному требованию- создать мощную архитектурную доминанту нового района Москвы и монументальное завершение будущего проспекта Дворца Советов, использовав самую высокую точку амфитеатра Ленинских гор. С другой стороны, композиция «учебного городка» не отвечала и новому, в то время принципу строительства подобного рода зданий. Имелось в виду, что в советском государстве отсутствовало противоположность между общественными и личными интересами людей, поэтому старая концепция «учебного городка» в конкретных условиях Москвы подлежала пересмотру, вернее, от неё нужно было отказаться и выдвинуть новую. В то время существовало понятие, что коллективный труд сплачивает советских людей, что труд в лабораториях, мастерских и. т. д., является естественным продолжением личного труда в домашнем кабинете учёного или преподавателя. Таким образом не должно быть грани между личным и общественными интересами. Это принципиально новое отношение к труду, позволило и композиционно разрешить проблему по новому, соединив все элементы, учебные, научные и жилые сооружения в едином комплексе. Эта концепция кладет начало новому типу архитектурного сооружения.

Характеристики

Список файлов реферата