1143 (693402), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Однако появление подобного рода деятельности Монетной конторы дало прецедент некоторым государственным учреждениям - совершенно далеким от финансов и кредитов - заняться "банкирским делом". По данным Сената (1754) аналогичными функциями кредитования занимались… Почтамт, Главный комиссариат (интендантское ведомство), канцелярия артиллерии и фортификации и др. Размеры кредитных операций (залог, сроки, размер процентов) остался тайной даже для высших государственных органов!
2. «Царевы» банки
2.1. Первый банк - Дворянский (1754-1786) .
Подлинная история банков относится к правлению Елизаветы Петровны, когда 23 июня 1754 г. был обнародован "Указ об учреждении Государственного Заемного Банка, о порядке выдачи из оного денег и о наказании ростовщиков". Банк состоял из двух фактически самостоятельных частей - Дворянского банка (с конторами в Москве и Санкт-Петербурге) и "Банком для поправления при Санкт-Петербургском порте коммерции".
Создателем и разработчиком устава банка стал Петр Иванович Шувалов (1710-1762) - знаменитый русский государственный и военный деятель, фельдмаршал, одаренный и энергичный человек, но страдающий маниловщиной.
Среди двух банков самым жизнеспособным оказался, разумеется, Дворянский банк, просуществовавший до 1860 г. Клиентами банка являлись дворяне империи (помещики) и иностранцы, принявшие "вечное" подданство и владевших недвижимостью в заранее оговоренных регионах России (впоследствии число клиентов расширилось за счет прибалтийских, смоленских, малороссийских и др. помещиков).
В главные функции банка входила выдача ссуд в сумме от 500 до 10.000 руб. при 6% (т.н. указной процент) сроком выплаты не более трех лет под залог имений, драгоценных металлов, бриллиантов, каменных домов (вклады банк не принимал). Размер ссуд "под имения" зависел от… количества крестьянских душ у того или иного помещика (подобные условия просуществуют до 1861 г., т.е. до отмены крепостного права). Для ограничения кредита каждый крестьянин (душа) был оценен в 10 руб. (хотя его стоимость определялась при Елизавете Петровне в 30 руб.). Позднее цена возрастала: в 1766 г. - 20 руб., в 1786 г. - 40 руб., в 1804 г. - 60 руб.
В дальнейшем банк вносил постоянные коррективы в устав. Так, из-за постоянных жалоб помещиков на срок выплаты кредита, банк был вынужден согласиться на пролонгацию ссуды: по истечению трех лет срок выплаты долгов продлили на один год, в 1761 г. - до 8 лет и т.д.
При наличии "знатных и пожиточных" поручителей должник получал еще большие отсрочки (банк-то государственный, существующий для вспомоществования, а не изничтожения дворян!).
Правило о продаже с торгов имений должников не получил широкой практики. Любопытен указ 1759 г., предусматривающий следующее: "которое имение за неплатеж денег вступило в конфискацию, оное отдавать возвратно в посессию помещикам со взятием обыкновенных процентов".
Банк шел навстречу помещикам, имевших менее 50 душ (50 душ х 10 руб. = 500 руб.) - для них уменьшили размер ссуды.
Уставной капитал Дворянского банка определялся в 750,0 тыс. руб. (московской конторе выделили 500,0 тыс., петербургской - 250,0 тыс.), что вскоре оказалось недостаточно. Помещики брали деньги, возвращать которые не намеревались. В результате уставной капитал правительство повышало неоднократно, и к 1786 г. он составил 6 млн. руб.
Из-за отсутствия банковских специалистов в России правильное ведение бухгалтерских дел сильно хромало - не только в Дворянском, но и в других банках. Поэтому правительству приходилось нанимать "немцев", т.е. иностранцев, и для обучения приставлять к ним "стажеров". Но спустя многие годы бухгалтерией практически всегда занимались "немцы". Хотя по указу Сената (7 апреля 1761 г.) Дворянский банк был обязан ежемесячно отчитываться о состоянии дел, в действительности постановление не соблюдалось. В 1781 г. новый директор банка пишет, что бухгалтерские книги "…во множестве без правильного производства перечней и окончания находятся… в таком состоянии, что точного не подают сведения".
Рост доходов в банке никак не мог угнаться за расходами дворянства - в особенности высшего. Идеалом придворного служил французский придворный, которого русский сановник пытался общеголять. Невольно на память приходит персонаж бессмертного произведения И. Ильфа и Е. Петрова "Двенадцать стульев" Эллочка Щукина, старающаяся "обставить" дочь американского "железнодорожного" миллионера Вандербильда.
Опыт нескольких лет управления Дворянским банком продемонстрировал огромное желание помещиков брать деньги, но не отдавать обратно. Вставал вопрос о пополнении банковского капитала помимо казенных средств, и поэтому в 1770 г. решили прибегнуть к практике приема вкладов.
Первоначально Дворянский банк частные вклады не принимал, а если принимал, только в виде исключения и за 1% от суммы, выплачивающейся банку. Теперь устанавливались следующие правила: банк принимал вклады с условием выплаты 5% годовых.
Высшие правительственные круги выказали обеспокоенность по сложившейся ситуации и банку предложили отделять частные вклады от остальных капиталов; вклады получали гарантии от правительства. Вклады отдавали выборочно, "по старшинству, кто прежде о возврате объявление подал".
Главным источником пополнения вкладов по-прежнему оставалось государство. С 1762 по 1786 гг. Дворянский банк получил для поправки дел дворянства около 6 млн. руб. Но дела банка шли плохо, особенно в 1778-1779 гг., когда ему пришлось отпустить 300,0 тыс. руб. Дальнейшие попытки привести дела Дворянского банка в порядок ни к чему не привели, и 9 июля 1786 г. Екатерина II повелела преобразовать Дворянский банк в Государственный заемный.
2.2. Медный (1758-1763) и Артиллерийский (1760-1763) банки.
Аппетит приходит во время еды. Когда подавляющая масса активов Дворянского банка была израсходована, желающих получить еще, и тех, кто пока не успел, оказалось весьма велико. Поэтому для удовлетворения их нужд государство (по проекту энергичного Шувалова) создает дополнительные банки: в 1758 г. - "Банковскую контору для обращения внутри России медных денег" (т.н. Медный банк) и в 1760 г. - "Банк Артиллерийских и Иженерных корпусов" (т.н. Артиллерийский банк).
Медный банк (уставной фонд - 2 млн. руб. медными деньгами) был создан для привлечения в казну серебряной монеты. Ссуды выдавались под переводные векселя (вексельный устав появился еще в 1729 г.) медной монетой из расчета 6%, а возвращать следовало по следующей схеме: 75% серебряной монетой, 25% - медной. Ссуды выдавались под те же условия, что и Дворянский банк.
В уставе Медного банка впервые появляется очень важное положение - разрешалось отдавать деньги "в заем на векселя" купечеству, коммерсантам, фабрикантам и владельцам заводов (заводчикам). Самый крупный куш сорвали екатеринбургские заводчики, присвоившие почти весь капитал, удивив размером "кредита" даже современников. По восшествии на престол Екатерина II издала специальный указ о взыскании с заводчиков ссуд, но бoльшую часть денег вернуть так и не удалось.
В 1760 г., по инициативе Шувалова ("о собственной пользе никогда не забывавший"), создателя т.н. секретной гаубицы (кстати, не оправдавшей себя), на казенные деньги создается Артиллерийский банк. Целью создания банка явилось желание Шувалова "помочь" государству, "дабы впредь подобных прежним в деньгах недостатков последовать не могло" - перечеканить в монету старые медные пушки и на созданный капитал открыть банк. Доход банка предполагалось пустить на усовершенствование артиллерии…
В результате повторилось история с прежними банками - огромные суммы выдавались неизвестно кому (самым большим клиентом банка являлся сам создатель - Шувалов), вернуть ссуды не представлялось возможным, государственные средства продолжали расхищаться.
В 1763 г. было принято решение расформировать оба банка. Сколько в точности ссуд было роздано и сколько денег получилось в результате переплавки пушек, осталось до сих пор неизвестно, поскольку бухгалтерский учет переживал стадию младенчества. Специальная сенатская комиссия даже не могла установить приблизительные расходы банков, в частности, Артиллерийского. Причем финансовые махинации происходили во время Семилетней войны (1756-1763)! По самым скромным подсчетам, из казны - через Медный и Артиллерийский банки - за 8 лет выкачали треть годового бюджета России!
2.3. Ассигнационные банки (1769-1843).
9 января 1769 г. в Москве и Санкт-Петербурге Екатерина II основывает Ассигнационные банки, призванные пополнять постоянно нуждавшуюся казну. В качестве ближайших целей банки должны были заменить полноценную разменную монету бумажными деньгами, более удобными для обращения (в Западной Европы банки осуществляли подобные функции еще в прошлом веке).
Петербургскому и Московскому банкам было выдано по 500,0 тыс. руб. и при этом "денежную сумму, в банке находящуюся, ниже малейшую часть оной никакому правительству требовать или заимообразно брать не дозволялось". Для облегчения обмена ассигнаций открывались банковские конторы в Ярославле (1772), Смоленске, Астрахани, Нижнем Новгороде (1773) и т.д. Для каждой из контор выдавалось ассигнаций на 150-200,0 тыс. руб., вскоре размер данных сумм увеличился.
В 1786 г. Ассигнационные банки были сведены в один Государственный ассигнационный банк, имевший следующие привилегии: закупать внутри государства медь и выпускать ее за границу, ввозить из-за границы золото и серебро в слитках и иностранной монете, иметь в Санкт-Петербурге монетный двор и чеканить монету, производить учет векселей, удерживая не более 0,5 % в месяц. Для последней операции предусматривалось создание "учетных контор по векселям".
В результате Ассигнационный банк являлся депозитным, предназначенным для регуляции бумажно-денежного обращения, не имел права производить кредитных операций.
За все правление Екатерины и последующих правителей, вплоть до 40-х гг. XIX в. выпуск ассигнаций неуклонно возрастал - печатный станок должен был спасать Россию. К 1817 г. количество ассигнаций достигало огромной цифры - около 1 млрд. руб.! Попытки преодолеть инфляцию при Павле I и Александре I не позволили поднять курс асигнаций.
Вместе с окончательным изъятием из обращения ассигнаций и заменой их согласно манифесту 13 июня 1843 г. государственными кредитными билетами, Государственный ассигнационный банк прекратил существование. С 1 января 1849 г. ассигнации были аннулированы.
2.4. "Банк для поправления при Санкт-Петербургском порте коммерции" (1754-1782).
Первоочередное внимание правительство уделяло дворянам, но полностью игнорировать интересы других сословий, в частности, купечества, оно не могло и не хотело. Купечество как представитель торгового капитала, в 1766 г. составляло 189,0 тыс. чел от трудоспособного населения России (2,56%), но при своей малочисленности играло значительную роль в экономике страны.
В период с 1770 по 1800 гг. доля импорта России (при участии самых влиятельных купцов Петербурга, Твери, Москвы) вырастает с 40 до 70%, экспорта - с 10 до 40%. И тем не менее в деле конкурентоспособности с иностранными "коллегами" купечество нуждалось в мощной финансовой поддержке со стороны государства (как единственного источника получения солидных денежных сумм), в частности, в дешевом кредите.
В 1754 г., в правление Елизаветы Петровны, по инициативе неугомонного Шувалова, создается "Банк для поправления при Санкт-Петербургском порте коммерции" (с уставным капиталом в 500,0 тыс. руб.) - именно в Петербурге сосредотачивалось почти 50% всей внешней торговли России. Поскольку банк был государственным, его поставили под начало Коммерц-коллегии (отсюда его название - Коммерческий).
Функции банка были ограниченными. Он производил краткосрочные ссудные операции (не более на 75% от стоимости товара) сроком на 6 месяцев под залог товаров, находившихся на складах и в порту Петербурга. Банк не занимался учетом векселей (основные ценные бумаги в торговом деле) и производством межкупеческих расчетов; не принимал вкладов. При продаже имущества с торгов банк имел преимущественное право перед другими кредиторами, даже если кто-либо из последних выдал ссуду раньше банка.
Условия кредитования вызвали неприятие у купечества. В первую очередь, краткосрочностью кредита; во-вторых, под залог отдавались товары, которые находились только на складах. Купцы "сомневаются брать деньги с отдачей под заклад товаров, чтобы в торгующих с ними иностранных купцах не возбудить подозрения насчет их кредита". Учитывая отсутствие автомобилей и железных дорог в середине XVIII в., можно вполне понять опасения и недовольство купечества.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
